Джей Райтс – Джуди. Или история моих перемещений (страница 4)
— Добрый день, мистер…
— Дарси.
«Пхах, Дарси? Серьезно? А где Элизабет Беннет?»
Я прилагаю все возможные внутренние усилия, чтобы сохранить покерфейс.
— Очень приятно. Меня зовут Лео Грей.
— Так вы мой новый сосед? Мистер Янссен о вас говорил…
«Мистер Янссен? Кто это?» — в недоумении думаю я, но радуюсь, что меня хоть кто-то ждал.
— Да, я только приехал и не знаю, где именно я должен жить? На въезде мне только дали ключ от номе… — я показал ему карточку.
— Как же не знаете, друг мой? В этом самом доме, под номером сто два… Вы верно приехали, по адресу, — он вяло махнул рукой вправо.
Не может быть.
— Мои соседи заедут позже или уже прибыли?
— Так я ваш сосед, молодой человек. Кто вам еще нужен?
— Я имею в виду, я буду жить в этом доме один?
— Ну конечно. Прислуга нынче к домам не прилагается. Но вы можете вызвать клининг…
— А вам не холодно? Может, нужна какая-то помощь?
— Все в порядке. Моя супруга должна прийти с минуты на минуту.
— Что ж. Тогда я, пожалуй, пойду в дом. Было приятно познакомиться, мистер Дарси.
— Приятно, мистер Грей.
К счастью, все необходимое в доме расположено на первом этаже, мне не придется ходить по лестнице по нескольку раз на дню.
Просторная гостиная, премыкающая к ней кухня, спальня, рабочий кабинет и санузел. Минималистичный интерьер, светлые стены. Добротная крепкая мебель в коричнево-синих тонах, телевизор, компьютер, холодильник, кондиционер, микроволновка. Всевозможные шкафы, комоды и полки для хранения вещей, даже подобрана небольшая книжная коллекция. Что еще нужно для счастья? На застекленной веранде оборудован мини-спортзал с несколькими тренажерами. Пока не знаю, как к этому относиться.
Пожалуй, потом посмотрю, что там на втором.
Заталкиваю чемодан в спальню и выглядываю в окно, выходящее на соседний двор. Мистер Дарси все еще стоит на улице, но теперь в шляпе-цилиндре на голове. Не знаю, когда он успел за ней сходить, но и на том спасибо. Почему-то я за него волнуюсь, как бы он не простудился. Милый все-таки старичок. И не стыдно вам так задерживаться, миссис Дарси?
Вдруг чувствую вибрацию в кармане джинсов. Пришло сообщение. От кого это? Может, от мамы?
«Приветствую вас в Четтервиле, мистер Грей. Завтра в десять навещу вас, и обсудим детали нашего сотрудничества. А сегодня располагайтесь и чувствуйте себя как дома. Высылаю вам ссылку на приложение „Четтервиль“. С помощью него вы сможете заказать еду, клининг, сделать покупки, вызвать такси и другие службы. Желаю комфортного отдыха. До завтра. Директор Янссен».
Так вот кто этот мистер Янссен… Директор заведения. Ну отлично! Значит, сегодня я абсолютно свободен.
Достаю из чемодана бутылочку рома и апельсинового сока, включаю плоскоэкранный телевизор на стене, плюхаюсь на мягкую двуспальную кровать, скачиваю приложение и заказываю пиццу. «Оставить у двери». Теперь я готов как следует расслабиться перед первым рабочим днем.
Когда раздается звонок в дверь и я выхожу забрать доставку, мистер Дарси все еще во дворе. Предлагаю перекусить вместе, но он отказывается. Говорит, что жена придет с минуты на минуту, и они будут пить чай с яблочным пирогом. Хмм… А это считается оставлением в опасности? Как-то мне из-за него не по себе.
Просыпаюсь от того, что в глаз бьет свет уличного фонаря. За окном уже темно, а я не задернул шторы. Сколько же я проспал? Голова раскалывается. Первым делом выглядываю в окно. Во дворе никого нет. Ну слава Богу.
Нужно принять таблетку, схожу на кухню за стаканом воды.
Вернувшись, я подхожу к окну, чтобы задернуть шторы и включить свет, замираю на секунду, любуясь как легко в желтом свете фонаря возле высокой ели кружатся снежинки, и на душе становится спокойнее. Я снова маленький мальчик, завороженно разглядывающий новогоднюю елку, с замиранием сердца, никуда не торопясь, боюсь вспугнуть это радостное чувство предвкушения. По телевизору что-то бормочет Лукашин. На кухне мама суетится с приготовлением салатов и вот-вот позовет помогать чистить яйца и накрывать на стол. Взрослые праздники совсем другие — суетливые, шумные, молниеносные… Частенько с провалами в памяти. А последний. Был ли он вообще? Как я его пропустил? Я помню, что были бокалы, большой зал, декор, тосты, угощения, женщины. Но куда делось это тихое волшебство?
Вдруг замечаю во дворе мистера Дарси какое-то мельтешение… Присматриваюсь. Маленький женский силуэт в огромном капюшоне робко подбирается к крыльцу, зажав что-то подмышкой, кажется, какую-то коробку.
Вдруг в прихожей загорается свет, и силуэт бросается наутек, в сторону моего дома, разом перемахивает через изгородь и останавливается у окна, спиной ко мне.
Я тихонько стучу костяшками пальцев по стеклу.
Она подскакивает, разворачивается и с громким хлопком прижимает ладони к стеклу, капюшон спадает с головы, обнажая взлохмаченные розовые волосы. Она точно не может меня увидеть, в доме темно, я еще не включил свет, да и лица ее не могу разглядеть, но ощущаю всем существом, что она смотрит прямо мне в глаза. Что еще за нечисть?
Я отшатываюсь на несколько шагов, розововолосое существо ныряет вниз, под окно. Тру кулаками глаза, собираюсь с мыслями, осторожно подхожу снова, выглядываю. Никого.
Все, больше не пью.
На следующий день я встаю в половине девятого, по будильнику, чтобы привести себя в порядок перед визитом директора. Я не заказал еду, но, к счастью, холодильник уже заполнен продуктами первой необходимости. Позавтракав яичницей с хлебом и чашкой крепкого кофе, я решаю прогуляться вокруг дома и подышать свежим воздухом. У меня еще почти полчаса до назначенного времени.
Я провожу ладонью по шероховатой поверхности стриженных кустов. Свежий пушистый снег рассыпается, взмывает в воздух, приятно похрустывает под ногами. Особенно приятно осознавать, что я на улице, но никто за мной не наблюдает, не анализирует неуклюжую походку, не задается вопросом «что случилось с этим парнем», и не вздыхает мысленно «как жалко, такой молодой». Я чувствую себя свободным.
Вдруг взгляд цепляется за какое-то яркое пятно возле дома. Что это? Под окном спальни из снега торчит красный кусок картона.
Подхожу поближе, опираюсь на стену и, кряхтя, как старый дед, наклоняюсь, чтобы вытащить находку — в последнее время это кряхтение при любых физических усилиях вырывается неосознанно, но каждый раз становится смешно от самого себя. Наверное, не зря мне выбрали престарелого соседа, сочтя нас близкими по духу людьми и удачными собеседниками. Думаю, мы подружимся. Но вернемся к находке. Это открытка в форме сердечка. На ней написано: «Любимому мистеру Дарси». И больше ничего. Никакой подписи.
В голове начинают со скрипом вращаться заржавевшие шестеренки. Так это мне вчера не привиделось? Эта открытка, должно быть, от той коробки, что притащила вчерашняя странная девица. Обронила, наверное, когда подпрыгнула. Подождите-подождите… У милого старикашки что, молодая любовница? Пожилая супруга не сиганула бы так резво через изгородь. Да и вообще зачем бы ей убегать и писать любовные записки? Трудно в это поверить…
А может… может, это юная аферистка, которая решила развести состоятельного наивного старика на наследство? Надо бы за ними приглядеть… Зайду к соседям после встречи и заодно познакомлюсь с миссис Дарси.
Фырканье мотора со стороны дороги прерывает поток мысленных догадок и подозрений, я быстро запихиваю открытку за пазуху, медленно оборачиваюсь и нахожу глазами желто-черные шашечки такси напротив невысокой кованой калитки в заснеженной живой изгороди, окружающей мою скромную территорию.
Дверца возле переднего пассажирского сидения открывается, и мужчина во всем черном выставляет наружу ноги, затем показываются голова и руки, наконец он разворачивается во весь свой внушительный рост и направляется к моему дому.
Глава 4. Мистер Янссен
А я почему-то думал, что мистер Янссен прибудет на личном транспорте…
— Здравствуйте, мистер Грей, — окликает он, делая приветственный жест рукой. — Извините, я приехал чуть раньше. Надеюсь, это не доставит вам неудобств.
Поравнявшись со мной, он протягивает ладонь для рукопожатия, и я вежливо отвечаю.
— Что вы, никаких неудобств, очень рад познакомиться.
— Томас Янссен. Директор «Международной Языковой Школы Четтервиля». Действительно, знакомство в баре получилось несколько скомканным. Теперь мы сможем обсудить все в спокойной обстановке, не торопясь. Я счастлив, что вы приняли наше предложение. Надеюсь, вам здесь нравится, — он переходит на русский, очевидно, понимая, что серьезный, содержательный разговор для всеобщего блага и во избежание недопониманий со мной пока лучше провести именно так.
Так это он подошел ко мне в баре? Вот почему он кажется таким знакомым. Я зависаю на несколько секунд, продолжая машинально потряхивать руку мистера Янссена, уже забыв его последнюю фразу, и не успеваю сообразить, что мне следует говорить, пока он сам не разрывает рукопожатие.
— Вы позволите? — Он указывает жестом на входную дверь.
— Да-да, конечно, проходите!
Вот тугодум, не додумался даже предложить войти, заставляю такого важного гостя мерзнуть на улице…
В прихожей мистер Янссен снимает пальто и обувь, последней вешает на крючок шляпу с продольным заломом на невысокой тулье и загнутыми узкими полями. Кажется, мама говорила, что такие называются «хомбург». Интересно, как там они с отцом? Совсем забыл позвонить и предупредить, что уехал.