Джей Миллис – С волками водиться (страница 3)
Деревня располагалась возле Кромки Леса, и, если зайти чуть дальше в чащу, там можно было найти не только редкие колдовские травы. Волшебные существа или, как их ещё называли, дети Леса часто забредали на территорию Кромки. Многие деревенские жители видели шелестян, маленьких лохматых духов, наяд, резвящихся на берегах Селины, светоносов – величественных оленей со светящимися рогами.
Эстер слушала друга и улыбалась. Она любила вот так беззаботно болтать обо всём и ни о чём одновременно. В такие моменты она забывала о любых кошмарах. Ей было хорошо, как никогда. Наверное, так и ощущалось счастье.
За окном сквозь рваные облака проглядывала бледная луна – круглая, полная. Под такой луной на озёрах расцветали голубые лилии, и пугливые глубинные приливники всплывали на поверхность.
Вечером дождь наконец закончился, и Дэниел, выпив ещё одну кружку перцового отвара, отправился к себе.
– Пусть тебе приснится что-нибудь хорошее, – сказал он на прощание, обнимая подругу. Его рубашка пахла Лесом, дымом и чем-то неуловимым – его запахом, запахом Дэниела.
Эстер хмыкнула. В её случае хорошие сны были непозволительной роскошью.
– Я сказала бабушке, что ты собирался поучить меня охотиться.
– Так и есть, – спокойно кивнул Дэниел. – Давненько мы этим не занимались. Держу пари, ты разучилась арбалет держать.
– А вот и неправда.
– Вот и проверим.
– До завтра.
– До завтра. Может, поймаем оленя. Покажешь, что помнишь из моих уроков.
Эстер наблюдала, как фигура Дэниела постепенно растворяется в темноте. Её вдруг охватило странное предчувствие. Словно в ответ на её мысли где-то в Лесу раздался смех морочников. Эстер поёжилась и закрыла дверь на засов.
Когда бабушка уже спала, Эстер вскипятила воду и добавила в котёл необходимые ингредиенты. Аромат сон-травы щекотал ноздри. Эстер вдруг захотела зевать.
После того, как вода приобрела серебристый оттенок, она сняла котелок с огня, процедила отвар и перелила его в глиняный горшок, предварительно смазав тот маслом душицы. Осталось подождать всего три ночи.
Ложась спать, Эстер в кои-то веки чувствовала себя спокойно.