Джей Джессинжер – Заставь меня согрешить (страница 30)
Когда он говорит, его голос звучит тихо, но в то же время напряженно, и взгляд у него напряженный. У меня сдавливает горло. Я никогда не пойму его или то, что происходит между нами. Очевидно, что Эй Джей хочет меня, но так же очевидно, что он не хочет меня хотеть. Его двойственность — это большая, жирная пощечина, и я внезапно чувствую себя потерпевшей кораблекрушение.
Что я делаю? Это глупо. Я дура.
Я не хочу чувствовать себя дурой.
— Мне нужно сделать что-то еще? — спрашиваю я AINE, опустив глаза. Я не могу сейчас ни на кого смотреть. Я слишком ранима.
— Ничего, — отвечает она. — Платье идеально сидит. Если хотите, можете взять этот образец со скидкой, или я могу заказать новый, который еще не надевали.
— Этот подойдет, — шепчу я. Поскольку я практически на мели, то благодарна за скидку. Мне придется оформить кредит и выплачивать его в течение следующих нескольких месяцев. Надеюсь, к свадьбе я уже расплачу́сь. Я спешу в примерочную и переодеваюсь.
Через несколько минут в мою дверь нерешительно постучали.
— Ло? Ты в порядке?
Я уже переоделась и открываю дверь, избегая взгляда Кэт.
— Я в порядке. Мне просто нужно вернуться на работу.
Я пытаюсь пройти мимо нее, но она преграждает мне путь, скрестив руки на груди.
— Это неправда. Дело в Эй Джее, верно? Рассказывай.
Я закрываю глаза, провожу руками по волосам и вздыхаю.
— Да. Дело в нем.
— Я не знала, что он приедет, честное слово. И я ничего не сказала Нико, так что тебе не о чем беспокоиться. Он думает, что вы по-прежнему ненавидите друг друга. — Она делает паузу. — Хотя, если вы будете продолжать так смотреть друг на друга, он обязательно все поймет.
— Вот именно. Тут и понимать нечего. С таким же успехом Эй Джей мог бы ненавидеть меня, мне от этого только лучше.
— Что ты имеешь в виду?
— Послушай… это не имеет значения. Между нами ничего нет, и он ясно дал понять, что ничего никогда не будет.
— Почему? Что он сказал?
Я тереблю пуговицы на своей рубашке.
— Скажем так, он не скрывал, что скорее лишится конечности, чем переспит со мной.
Кэт фыркает.
— И ты ему поверила?
— Нет, не поверила! Что еще хуже! Эй Джей либо самый большой лжец на свете, либо у него совсем не в порядке с головой! Что мне с этим делать?
— Я не знаю, — тихо произносит подруга. — Что ты хочешь с этим делать?
Я закрываю лицо руками и стону.
— Я не люблю сложности. Ты же меня знаешь, Кэт. Я
— Тогда сделай что-нибудь попроще.
Я поднимаю голову и смотрю на нее.
— Не хочешь рассказать мне, как это сделать?
— Просто скажи прямо: «Ты мне нравишься. А я тебе нравлюсь, да или нет? Если да, то раздевайся прямо сейчас. Если нет, то иди к черту». Конец истории.
— Если бы в жизни все было так просто.
Кэт ухмыляется.
— Я знаю, что все
— Да неужели?
— Но основная идея остается прежней. Если ты хочешь избавиться от страданий, просто поговори с ним. Скажи ему, чего ты хочешь. — Она склоняет голову набок. — Но сначала ты должна понять, чего хочешь сама.
В моей голове всплывает яркий образ обнаженного, вспотевшего Эй Джея, который входит в меня, пока я сжимаю его задницу и кричу от экстаза.
Кэт снова ухмыляется, еще шире.
— О да. Ты точно знаешь чего хочешь.
Я вздыхаю.
— Мы слишком много времени проводим с Грейс.
— Ну, может, она и неисправимая шлюха, но, по крайней мере, у нее есть четкие приоритеты.
Из соседней примерочной доносится голос Грейс: — Вы, гении, ведь знаете, что я вас слышу, верно?
Мы с Кэт хором отвечаем: — Замолчи!
Затем в дверях за спиной Кэт появляется Кенджи. На нем по-прежнему нет ничего, кроме ботинок и нижнего белья с Человеком-пауком. И накладных ресниц только на одном веке.
Указывая на меня с недоверием во взгляде, он говорит: — Эй Джей и… ты?
— О нет! — стону я. Он все слышал!
— Ты не посмеешь повторить хоть слово, — рявкает Кэт, грозя ему пальцем.
Кенджи вскидывает руки.
— Конечно, не посмею, потому что не верю ни единому слову из того, что слышу! Это плод моего воображения! Я явно под кайфом! Мы говорим о мужчине, который ест девственниц на обед, и о женщине, рядом с которой монашки выглядят шлюхами! Не существует вселенной, в которой эти двое могли бы пересечься!
— Почему все считают меня такой ханжой? — кричу я.
— Ты когда-нибудь занималась анальным сексом? — спрашивает Грейс.
— Чувак! Фу! Нет!
— Ты когда-нибудь занимался сексом с другой девушкой? — продолжает допрос уже Кенджи.
— Я не лесбиянка!
— Тебе не обязательно быть лесбиянкой, — говорит Кэт, — ты могла просто экспериментировать, когда была моложе, как и все мы.
Я ахаю.
— Ты занималась сексом с другой девушкой?
Усмехнувшись, Грейс говорит: — Дело закрыто.
Я запускаю руки в волосы. Я всех ненавижу!
В примерочной появляется AINE, она явно нервничает.
— Извините, но к вам пришел один джентльмен.
Я хмурюсь.
— Джентльмен? Кто?
— Полицейский. Он говорит, что его зовут офицер Кокс.