Джей Джессинжер – Сладкая как грех (страница 58)

— Хорошая мысль. Ладно, обещаю. А теперь, пожалуйста, не трать все утро на беспокойство обо мне. Ты же знаешь, Барни хорошо обо мне позаботится.

— Лучше бы так и было, — пробормотал Нико, беря меня за руку и выводя из спальни. — Или я оторву ему башку.

Хорошо, что я шла за ним, потому что, если бы он увидел, как я закатила глаза, моя задница, без сомнения, стала бы красной как помидор.

Нико был напряжен всю дорогу до студии. Он смотрел в окно «Эскалейда», крепко сжимая мою руку, и у него дергалась мышца на подбородке. Я сжала его руку, сидя рядом с ним на заднем сиденье, чтобы подбодрить его, но он лишь взглянул на меня, слегка улыбнулся и снова отвернулся к окну, погрузившись в свои мысли.

Я встретилась взглядом с Барни в зеркале заднего вида. Он слегка приподнял подбородок, что я воспринял как знак того, что он заметил настроение Нико и пытается дать понять, что все будет хорошо. Он был не особо разговорчив. Барни свернул на подземную парковку под офисным зданием звукозаписывающей компании. Мы проехали через ворота охраны и остановились перед стеклянным лифтом.

— Ну вот и приехали, босс.

— Барни, — тихо позвал Нико. Барни повернулся на сиденье и посмотрел на Нико через плечо.

— Да, босс?

— Не спускай с нее глаз.

Между ними что-то промелькнуло, и в глубине глаз Барни я увидела невысказанное понимание. От этого у меня внутри все перевернулось. Что здесь происходит? Что я упускаю? Барни прижал руку к карману пальто.

— Я прикрою ее, Нико. Все в порядке.

Под пиджаком его черного костюма была выпуклость, которую я раньше не замечала. Черт возьми, у него что, пистолет?

— Эм, Барни? Когда мы проходим досмотр в студии, они довольно тщательно проверяют сумки и вещи. Я не уверена, что тебе стоит брать с собой что-то… лишнее… Я не хочу, чтобы у тебя были проблемы.

Нико и Барни оба улыбнулись. Они снова обменялись многозначительными взглядами.

— Пусть об этом беспокоится Барни, детка. Он знает, как о себе позаботиться. — Нико наклонился и нежно поцеловал меня. — И о тебе он тоже позаботится. Просто веди себя хорошо и не вздумай пойти куда-то еще, кроме как обратно сюда, когда закончишь, хорошо?

— Хорошо.

Нико вгляделся в мое лицо.

— Как-то слишком легко ты согласилась.

Я вздохнула.

— Иди, ладно? Я закончу к полудню, мы вернемся и заберем тебя, а потом поедем домой, и я приготовлю свои знаменитые куриные энчилады.

Нико приподнял бровь.

— Ты готовишь?

— То, что мы в последнее время питаемся едой навынос, не значит, что я не умею готовить, — усмехнулась я. — Хочу, чтобы ты знал, я освоила как минимум четыре блюда.

Брови Нико поползли вверх.

— На самом деле может быть даже целых шесть. Сейчас проверю. — Я начала считать по пальцам. — Я умею готовить вышеупомянутые всемирно известные энчилады; чуть менее известные, но не менее потрясающие бургеры с индейкой; запеканку с чили, которая настолько острая, что у тебя встанут дыбом волосы; и тако с рыбой на гриле и соусом моле. Все эти блюда прекрасно сочетаются с «Маргаритой».

Когда Нико ухмыльнулся, я добавила: — Не то чтобы это имело какое-то отношение к делу.

— Конечно, нет. — Он поднес мою руку к губам для поцелуя. — Но это только четыре блюда. Какие же остальные два?

Благодарная за то, что его настроение, казалось, улучшилось после шокирующего открытия, что я умею готовить, несмотря на ограниченные навыки, я сказала: — Я не собираюсь выдавать все свои секреты сразу, мистер! Вам просто нужно подождать и вы все узнаете.

Нико пробормотал что-то себе под нос, похожее на «ты играешь с огнем, детка», и я шлепнула его по плечу. После чего он притянул меня к себе и быстро, крепко поцеловал.

— Увидимся в полдень. — В его голосе прозвучали одновременно предупреждение и обещание. Он посмотрел на Барни, и тот кивнул.

— Ладно, раз мы все решили, иди! Я опаздываю! — Я подтолкнула Нико к выходу. Он поцеловал меня на прощание, вышел из машины и неохотно закрыл дверь.

Он стоял у лифта и смотрел нам вслед, пока мы не свернули за угол гаража и он не скрылся из виду.

Как оказалось, Барни без труда прошел проверку безопасности в студии. Когда мы приехали, он спокойно поговорил с начальником службы безопасности, показал ему какие-то документы, назвал несколько имен, пожал ему руку, и на этом все закончилось.

Судя по всему, то, что вы бывший полицейский, бывший военный, а теперь еще и телохранитель известной личности, а также то, что у вас есть разрешение на скрытое ношение оружия, придает вам серьезный вес в глазах окружающих.

Пока я работала, он оставался в тени, не мешая, но и не скрываясь из виду. Моя клиентка так беспокоилась о своем лице, что почти не замечала его присутствия. Время пролетело незаметно, и когда я закончила работу, у нас оставалось еще больше часа до того, как нужно было забирать Нико. И тут мне в голову пришла идея.

— Барни, я хочу ненадолго заехать ко мне домой.

Когда мы выезжали со стоянки студии, я села с ним на переднее сиденье, потому что мне казалось странным ехать одной на заднем, пока он ведет машину.

Он бросил на меня страдальческий взгляд.

— Ничего не могу поделать. Ты слышала, что сказал Нико. Нам нужно сразу же вернуться в…

— Я знаю, но до встречи с ним у нас еще час, а мне нужно переодеться. Я уже больше недели хожу в одном и том же. Да ладно тебе, это займет всего несколько минут. Я просто зайду и выйду.

Он крепче сжал руль.

— Не заставляй меня выбирать между ним и тобой, Кэт.

Я поняла, к чему он клонит. Очевидно, что я не выиграю в этом подбрасывании монетки. Нужно было зайти с другой стороны.

— Послушай. Нико хочет, чтобы ты убедился, что я в безопасности, верно? — Короткий кивок. Барни понял, что я что-то задумала. — И единственный способ убедиться, что это так, — быть со мной рядом, верно? И я думаю, мы оба понимаем, что для тебя было бы гораздо лучше поехать со мной домой за одеждой, чем если бы я поехала туда одна. Скажем, посреди ночи. Когда тебя не будет рядом, а Нико будет спать.

Барни широко раскрыл глаза.

— Зачем тебе это делать?

— Потому что мне нужно забрать свои вещи! И, похоже, никто не знает, где найти Майкла, так что у меня плохое предчувствие, что в обозримом будущем я останусь без большей части своей одежды, потому что Нико, по сути, держит меня под домашним арестом.

— Тогда просто попроси его отвезти тебя к тебе домой позже.

Я не стала упоминать, что уже пробовала эту тактику. В ответ Нико сказал, что наймет человека, который приедет в «Хижину», чтобы снять все мои мерки и подобрать мне новый гардероб.

— Я не хочу новый гардероб. Мне нравится тот, что у меня уже есть. И мы можем заняться этим прямо сейчас, нам не придется доставлять никому неудобства. И я позабочусь о том, чтобы Нико знал, что ты этого не хотел, — поспешила добавить я, увидев, как помрачнело лицо Барни, — но я заставила тебя это сделать, когда сказала, что все равно улизну из дома. Так что на самом деле ты оказываешь нам обоим большую услугу.

Барни постучал большим пальцем по рулю. Он искоса посмотрел на меня. Покачал головой, и я подумала, что проиграла, но потом он развернул машину в сторону шоссе. Я сжал его руку.

— Спасибо, Барни. Ты лучший.

— Да. Не забудь передать это Нико, когда он будет готов отрубить мне голову.

— Не волнуйся, все будет хорошо. Я зайду в дом, а через десять минут выйду. Проще простого.

Барни проворчал что-то, снова покачав головой. Он явно был недоволен своим положением. Я почувствовала укол вины, но все же решила, что Нико слишком беспокоится о безопасности.

Пока, конечно, я не распахнула входную дверь своего дома и не заглянула внутрь.

Глава 31

Катастрофа.

Перевернутая мебель валялась на полу. Журнальный столик в гостиной лежал на боку, стеклянная столешница была разбита, ножки сломаны. Из рваных прорех в диване торчала бледная набивка. Мой книжный шкаф лежал на боку, его содержимое радужными цветами рассыпалось по ковру. На кухне мой деревянный обеденный стол был разбит вдребезги. Дверца холодильника была распахнута, полки пусты, а все, что когда-то находилось внутри, теперь было разбросано по кафельному полу вперемешку с тарелками и стаканами из шкафов, которые разбились вдребезги.

Я вскрикнула от неожиданности и, зажав рот рукой, бросилась вперед.

Прямо за моей спиной выругался Барни. Он быстро обошел меня, положил руку мне на плечо и сказал: — Оставайся здесь. — Затем сунул руку в карман пальто, достал маленький серебряный пистолет и быстро обыскал все комнаты в доме. Не найдя никого, он сделал короткий телефонный звонок. Его голос был тихим и неразборчивым.

Все, на чем я мог сосредоточиться, — это грызущее изнутри чувство глубочайшего унижения. Как кто-то мог так поступить?

И почему?

В моей спальне одеяло и простыни были сорваны с матраса и брошены в угол. Сам матрас был разрезан от угла до угла, и разрезы образовывали букву «Х». Под ногами хрустело битое стекло, пока я в оцепенении шла вперед, ощущая в воздухе сильный аромат цветов и мускуса.

Все флаконы с духами на туалетном столике в ванной были разбиты и с силой брошены в зеркало. Они валялись кучами на мраморной столешнице и в раковине. Все, что было в ящиках под раковиной, было выброшено в ванну.