Джей Джессинжер – Королевы и монстры. Яд (страница 68)
– А если они не найдут таких денег?
Я задумываюсь. Все было бы намного проще, не свяжись Ставрос с подругой Натали. Если бы он действительно не смог добыть денег, я бы стал отрезать по одному пальцу на его руках или ногах за каждый день просрочки. А если бы он не заплатил и на десятый день, начал бы отрезать что-то другое.
– Об этом не беспокойся. Просто сделай так, чтобы они поняли, какие последствия их ждут, если они снова облажаются.
Не то чтобы Ставрос уже не в курсе, но никогда не бывает лишним напомнить.
Я приказываю Михаилу встретиться с ним. Потом выхожу со склада и направляюсь к машине, которая ждет меня снаружи. Как только усаживаюсь в свой «бентли», я сразу тянусь за телефоном».
Мое желание исполнилось. Сообщение от Натали.
Словно яркая вспышка, у меня перед глазами встает ее улыбающееся лицо. А потом всплывает другой образ – она подо мной, голая и разгоряченная, с закрытыми глазами и разомкнутыми губами; синяк, оставленный моим жадным ртом, проступает темным пятном на ее изящной шее.
Мое сердце словно сковывает стальной обруч. Я тяжело вздыхаю и шепчу себе под нос:
– Я тоже скучаю, детка.
Пока мой шофер медленно выкатывает машину с пустынной парковки на главную улицу, я набираю ее номер и с нетерпением жду, когда она возьмет трубку.
На третьем гудке Натали отвечает.
– Привет!
Она явно рада моему звонку. Обруч сжимается туже.
– Узнал вот, что ты скучаешь.
– Тут стало на удивление тухло без рявкающего бандита, раздающего приказы. Можешь себе представить?
– Тебе нравится, когда я отдаю приказы.
– Только когда мы в постели.
Я представляю ее – связанную, с завязанными глазами, сосущую мой член и раскачивающую бедрами, пока я вожу по ее мокрой киске вибратором. И чуть не рычу от вспыхнувшего желания.
Я понижаю голос.
– Могу дать тебе несколько приказов прямо сейчас. Иди в кровать.
Она ахает и тихо смеется.
– Я бы с удовольствием, но здесь Слоан. Может быть неловко.
– Она вернулась?
– Да. Она порвала со Ставросом… Ну, ты, наверное, уже в курсе.
Не в курсе, но я рад. Это упрощает дело в том случае, если он не соберет деньги для Макса.
– У вас девичник?
– Мы заказали пиццу и открыли пару бутылочек вина… Так что да, полагаю, у нас девичник. А у тебя какие планы на вечер?
Я устало приглаживаю волосы, откидываюсь на подголовник и закрываю глаза. Тихим голосом я отвечаю:
– Было бы здорово зарыться лицом между твоих сладких бедер.
Видимо, она слышит тоску в моем голосе – тоску и отчаянную жажду, потому что ее тон становится обеспокоенным.
– Ты в порядке?
Я честно отвечаю:
– Нет.
Ее голос срывается.
– Что случилось?
– Я кое-что потерял в Калифорнии.
– Что?
– Мое сердце, детка. Мое холодное, мертвое сердце, которое не билось до встречи с тобой.
На какое-то время повисает тишина, а потом Натали произносит:
– Я тебя люблю.
На этот раз я уже действительно рычу. Она только что пронзила мое сердце, и теперь я хренов труп.
– Я не сказала этого, когда ты был здесь, потому что… Ну, в основном потому, что ты велел мне это сделать. Требовал даже. Сам знаешь, каким ты бываешь…
– Скажи еще раз.
– Видишь? Ты требуешь.
– Пожалуйста. Пожалуйста, скажи это еще раз.
Видимо, Натали слышит боль в моем голосе, потому что, когда она произносит следующие слова, вся ее веселая игривость исчезает.
– Я люблю тебя, Кейдж, – торжественно и тихо начинает она. – Я влюбилась в тебя безнадежно. Я думала, что и раньше знала, что такое любовь, но такого со мной никогда не случалось. Свет как будто тускнеет, когда ты выходишь из дома. Мои легкие будто не в состоянии дышать, когда тебя нет рядом. Я… на самом деле я совершенно растеряна. Не знаю, что с этим делать. Я хочу только все время быть с тобой…
Она ненадолго замолкает, но вскоре возвращается к разговору. И пристыженно начинает:
– Извини. Просто нытье. Клянусь, я не хотела, чтобы это прозвучало так… так…
– Идеально, – хрипло говорю я, и мое горло сжимается так же, как и сердце.
Ничего у нас не выйдет. Я не могу быть вдали от нее. Не могу сконцентрироваться. Моя голова забита только мыслями о ней, хотя должна быть сосредоточена совсем на других вещах. Я веду своих людей на войну, но при этом меня слабо волнует, что произойдет.
Ничто больше не имеет значения, кроме нее. Женщины, что заплатит жизнью, если эти два мира столкнутся. Женщины, чья любовь превратится в жгучую ненависть, если она узнает о моей двуличности. Женщины, жить с которой я не могу, но и жить без которой – тоже.
Мы какое-то время молчим, а потом Натали мягко произносит:
– Оно будет здесь, ждать тебя. Твое сердце, я имею в виду. Я позабочусь о нем, пока тебя нет. Но ты должен оказать мне услугу.
– Что угодно.
– Ты должен позаботиться о моем, потому что унес его с собой, когда ушел.
Придя в себя, я шепчу:
– Я приеду, как только смогу. Скажи еще раз, что любишь меня.
Я слышу улыбку в ее голосе, когда она отвечает:
– Я люблю тебя, мой командир. Теперь ты – моя жизнь. Возвращайся скорее.
Я вынужден отключиться, ничего не ответив. Я просто не могу. Ведь впервые с самого детства мне приходится сдерживать слезы.
32
Нат
С того вечера от него три дня нет никаких вестей. Мне хочется позвонить, но каждый раз я останавливаю себя, не успев набрать номер. Он идет на войну, напоминаю я себе. Мужчина занят.
На четвертый день я получаю короткое сообщение: