Джей Бонансинга – Ходячие мертвецы Роберта Киркмана. Нисхождение (страница 32)
– Вот дерьмо, – буркнула Лилли, сама не слыша собственный голос, когда луч одного из фонариков медленно заскользил по кирпичной стене, возвышавшейся футах в двадцати пяти от них.
Они зашли в тупик.
Глава четырнадцатая
Однажды на курсе психологии в Технологическом институте Джорджии Лилли задали написать исследовательскую работу, и она подготовила доклад под названием «Голь на выдумки хитра», в котором показывала, как необходимость действовать быстро в экстремальных ситуациях – в работе полицейских, солдат, фельдшеров – часто подталкивала их к великолепным открытиям, которые затем нередко входили в практику современных операционных и передовых. «Сложно не согласиться с тем удивительным фактом, – писала юная Лилли Коул типичным возвышенным стилем девятнадцатилетнего романтика, – что все великие изобретения людского воображения рождались в ситуациях, когда стоял вопрос о жизни и смерти». К несчастью, за последние два года Лилли поняла, что эта концепция не выдерживает проверку адским котлом эпидемии. У нее на глазах люди снова и снова попадали в ловушки, теряли все остатки здравого смысла, оказавшись в толпе ходячих, совершали смертельные ошибки и вообще становились либо чересчур кроткими, либо чересчур жестокими в единственной надежде выжить. Но еще Лилли заметила, что у нее, похоже, была уникальная способность находить выход из самых катастрофических ситуаций, которая успокаивала ее в минуты опасности. И в этот момент она ощутила это странное, безымянное чувство, пока каждый из ее группы осознавал, что впереди тупик, вздыхал и ахал.
– Проклятье, а ведь все
Боб отвернулся от кирпичной стены и взвел курок своего «магнума». В темноте его глаза сверкали от напряжения.
– У меня два магазина, – он взглянул на Бена. – Сколько у тебя?
– Два, по десять патронов в каждом, – с кончика носа Бена сорвалась капля пота. – Сущая фигня в такой ситуации.
– Погодите-ка, – сказала Лилли, но ее никто не услышал.
Все спешно заряжали оружие. Некоторые тихо плакали и молились. Всеобщее внимание поглотил хриплый хор стада, которое все приближалось к ним: мертвецов еще не было видно, они огибали последний угол коридора футах в семидесяти пяти от беглецов, но ходячие громко шаркали ногами и стонали на ходу. До цели им оставалась минута, от силы две.
Краем глаза Лилли увидела, как преподобный Иеремия вытащил заточенный стальной крест и с тихой молитвой медленно пошел к повороту. Чего Лилли
– Что у нас еще из огнестрела? – спросил Боб у всей группы.
– Около дюжины патронов с крупной дробью, – ответил молодой парень с дробовиком.
– Нам не выстоять! – воскликнула девушка в клетчатом платье с передником. – Настал наш час! Но это несправедливо! Только не такая смерть!
– Заткнись, Мэри Джин! – Сестра Роуз в брюках-капри перешла от всхлипов к крикам. – ПРОСТО ПЕРЕСТАНЬ. ХВАТИТ!
Дэвид положил руку ей на плечо.
– Все хорошо, милая, мы что-нибудь придумаем.
Боб повернулся к Мэттью.
– Может, вы со Спидом встанете на пути у стада?
– У меня мало патронов, друг, – признался Мэттью. – Долго сдерживать их мы не сможем.
Боб кивнул.
– Придется пустить в ход ножи, мачете и топоры, которые мы принесли с собой.
– Погодите, погодите… Стойте.
В голову Лилли пришла мысль. Она неожиданно возникла у нее в мозгу, как огромный мыльный пузырь. Лилли подошла к передней части группы, проталкиваясь между молящимися и всхлипывающими церковниками, и посмотрела на корни и известковые сосульки, которые свисали с потолка в той стороне, откуда они только что прибежали.
Впереди нее преподобный Иеремия опустился на одно колено и склонил голову в тихой молитве. Волна живых мертвецов надвигалась на них, им оставалось не больше минуты. Лилли чуть не поперхнулась от вони, когда подошла к проповеднику. Она до сих пор не заметила странного и неуместного выражения его лица, но ей, впрочем, было не до этого – она была полностью сконцентрирована на текущей задаче, на процессе обращения катастрофы удачей.
Остановившись, она посмотрела на потолок. Перед ее мысленным взором возникли бесконечные коридоры – опорные балки, ответвления, слабые места, истлевшие доски, изъеденные жуками подпорки, – и все звуки вдруг стихли. Молитвы, хрипы приближающегося стада, команды Боба стрелкам, крики, визг, споры – все это растворилось в белом шуме вдохновения, который пробился сквозь звон у Лилли в ушах. Она наконец-то увидела проблеск надежды, который так отчаянно пыталась разглядеть.
– Боб! – она резко повернулась к остальным. – Смотри! – Лилли показала на участок потолка футах в тридцати от нее. – Видишь сломанную балку?
Боб поднял руку, чтобы все вокруг замолчали.
– ДА ЗАТКНИТЕСЬ ВЫ НА ХРЕН!
Лилли и Боб встретились глазами. Двое старых друзей – которые частенько заканчивали фразы друг за друга, читали мысли друг друга и пользовались всеми возможными невербальными способами общения – теперь встретились глазами. Лилли даже не пришлось ничего говорить. Боб все понял без слов. Он догадался, о чем она думает.
– Балка сломана, Боб, – сказала Лилли. – Видишь ее?
Боб медленно кивнул, а затем его глаза расширились и он повернулся к команде.
– Спид! Бен! Мэтт! Все, у кого еще остались патроны! ЗАБУДЬТЕ О ХОДЯЧИХ! СЛЫШИТЕ?
Мужчины с оружием тревожно переглянулись.
– ЭЙ!
Крик Лилли словно пробудил их. Она стояла в пятидесяти футах в стороне и сжимала в руках оба «ругера». Направив их в потолок, она наглядно показала, чего она хочет.
– ВСЕМ СТРЕЛЯТЬ В ЭТУ БАЛКУ! ПО МОЕМУ СИГНАЛУ! ВИДИТЕ?
Боб осветил фонариком прогнившую балку, обросшую корнями и известковыми отложениями. В темноте защелкали затворы. Лилли сунула пистолеты обратно за ремень и показала на балку. Она задержала дыхание. Она слышала приближающуюся к ним цунами ходячих и чувствовала невыносимый смрад гниющих белков.
– ОГОНЬ! – воскликнула она.
Тоннель осветился вспышками полудюжины стволов. Все звуки потонули в жутком грохоте.
Все стреляли с близкого расстояния, и пули впивались в гнилое дерево с силой бензопилы. Во все стороны летели комья земли и пыли, которые засыпали остальных членов группы, пока они не закашлялись, не попятились и не прикрыли рот рукой. В конце концов патроны закончились – а потолок начал проседать.
Из-за громкого хруста все вздрогнули. Стадо ходячих было уже совсем близко, фонарики выхватывали из темноты силуэты их тел. Их жуткая вонь заполнила весь тоннель, а хрипы превратились в нестройную симфонию стонов, эхом разносящихся по замкнутому пространству. Лилли попятилась к стене, смотря на это мрачное зрелище и то и дело поднимая глаза к потолку, который обваливался прямо на первые ряды ходячих мертвецов. Пять или шесть тварей тупо остановились и непонимающе посмотрели наверх. Земля сначала комьями посыпалась на них, а затем повалилась водопадом грязи, пыли и небесного света, брызгами пробивающегося сквозь темный туман.
Люди пригнулись. Лилли схватила проповедника за воротник и потащила его назад. Остальные скрылись за поворотом тоннеля: одни упали на пол, прикрыв руками голову, а другие быстро скользнули в дальние углы. Боб в последнюю секунду успел оттолкнуть Бена от провала, и потолок обрушился с жутким грохотом, сравнимым с треском трехсотфутового клипера, разваливающегося на части во время шторма. На мгновение Лилли закрыла глаза и уткнулась лицом в земляной пол. Тоннель превратился в сплошное пылевое облако.
Как ни странно, в краткий миг перед тем, как Лилли закрыла глаза и обрушился потолок, в ту единственную миллисекунду, она краем глаза успела заметить размытое, почти неразличимое лицо. Преподобный Иеремия пригнулся рядом с ней, всего в нескольких дюймах, и закрыл голову руками, прижавшись щекой к полу, но в ту толику времени, которое понадобилось Лилли, чтобы выражение его лица запечатлелось у нее в голове, она уловила кое-что очень необычное и неожиданное, кое-что такое, что на первый взгляд никак не вязалось с происходящим и не становилось понятнее на второй.
Мужчина блаженно улыбался.
Через несколько секунд пыль рассеялась, а еще через минуту Лилли поняла, что на нее светит солнце. Сверху доносилось щебетание птиц и стрекот сверчков – этот звук окутал Лилли, когда она села, прислонившись спиной к земляной стене, и заморгала от яркого света. Вдохнув чистый воздух, она почувствовала запах сосен – хвойного запаха не было, когда она выходила на поверхность ранее, – и заметила, как остальные поднимаются на ноги в пылевой дымке, которая еще висела в развороченном тоннеле. Лилли встала. Рядом с ней Иеремия отряхнул грязный пиджак и брюки, поправил галстук и печально взглянул на кучу земли перед ними.
– Несчастные создания, – пробормотал он себе под нос, обозревая завал и облако пыли. – Они точно не заслуживали такой бесславной гибели.
Когда пыль окончательно улеглась, Лилли увидела пятерых ходячих, застрявших в земле. Они были похожи на марионеток в руках у ненормального кукольника – их головы дергались, почерневшие челюсти клацали, светящиеся белые глаза слепо смотрели перед собой – и ужасно хрипели. Их зловещие стоны сменились хором отрывистых всхлипов, мяуканьем голодных котят, слабым, почти жалобным.