Джессика Соренсен – Упавшая звезда (страница 8)

Я села на пол рядом со своей сумкой и устроилась поудобнее.

Алекс, явно раздраженный, уставился на меня сверху вниз.

— Я пришел сюда не для того, чтобы достать тебе книгу.

Я открыла книгу.

— А зачем?

Стало тихо. Единственным звуком было перелистывание мною страниц, когда я искала то место, на котором остановилась вчера, но мой мозг отключился, и я никак не могла найти нужную страницу.

— Эйслин попросила тебя разыскать. А, поскольку, это, видимо, твое любимое место, я посчитал, что найду тебя здесь.

Ну, вот и оно. Я ждала, когда они скажут, что знали, что я подслушивала их разговор. Что знали, что я слышала все те странные вещи, о которых они разговаривали, большая часть которых касалась меня.

Совершенно ошеломленная, не зная, что делать, я продолжала листать книгу, страницы которой обдували мое лицо прохладным ветерком, приятно касавшимся моей разгоряченной кожи.

Алекс выхватил книгу из моих рук.

— Эй, — возмутилась я.

Он захлопнул книгу.

— Эйслин хотела спросить, не встретишься ли ты с нами после школы, чтобы придумать тему проекта, — Алекс медленно выговаривал каждый слог, будто разговаривал с тупицей.

И все. Это все, чего он хотел. Никаких обвинений. Никаких объяснений. Ничего.

— Ну, так ты сможешь? — нетерпеливо спросил он.

Я хотела ответить «нет», потому что не желала находиться рядом с ними. Ладно, я преувеличиваю, потому что в данный момент каждый нерв в моем теле так и тянулся к Алексу. Но все из-за электричества, а не из-за моей личной инициативы. Глупое, надоедливое электричество, от которого у меня голова шла кругом.

— Если хотите, можете выбрать тему без меня, — предложила я, надеясь, что он согласится.

Алекс покачал головой.

— Нет. Мы должны работать вместе, как группа.

Я обвиняюще приподняла брови.

— Думаю, тебе уж точно плевать, работаем мы группой или нет.

— Так мне и плевать, — согласился он. — А вот Эйлин — нет.

Я с прищуром посмотрела на него и поднялась на ноги.

— Отлично. Я согласна. — Я протянула руку. — Верни мне мою книгу, пожалуйста.

Алекс сжал губы, сделал ненужный шаг ко мне, полностью вторгаясь в мое личное пространство, и вложил книгу мне в руку. Когда он убирал руку, то коснулся пальцем моего. Случайно или нет, кто знает? Но самодовольная улыбка на его лице явно говорила, что он сделал это намеренно, возможно, в попытке замучить меня до смерти. А это действительно была пытка. Не пытка в стиле «приковать тебя цепью в подвале без еды и воды», а скорее в стиле «хочешь этого так сильно, что теряешь рассудок, потому что знаешь, что никогда этого не получишь».

Моя рука дрожала, пока я пыталась сохранить спокойствие. Я понимала, что все станет хуже, если я покажу, как сильно на меня действует его прикосновение. Но внутренне я сходила с ума. Сердце бешено колотилось, разгоняя кровь по венам. И в этот момент мне ничего так не хотелось, как находиться рядом с Алексом.

Ага, знаю, я жалкая.

На долю секунды мне показалось, что глаза Алекса расширились, разжигая во мне надежду, что на него прикосновение подействовало так же, как на меня. Но все случилось настолько быстро, что я уже не понимала правда это или нет. Не успела я опомниться, как парень повернулся ко мне спиной и, не сказав больше ни слова, ушел.

Во что превратилась моя жизнь? Этот вопрос крутился у меня в голове остаток дня. Какой была моя жизнь до появления чувств? До появления Алекса? До появления напряжения? Как ни странно, но несмотря на то, что большую часть своей жизни я прожила без эмоций, сейчас это совершенно не ощущалось, а самом деле, моя жизнь до появления чувств, до Алекса, до ощущения электрических разрядов будто была давным-давно.

С другой стороны, что такое жизнь без чувств, а? Ничто. Возможно, именно поэтому так трудно сохранить о ней воспоминания.

Но все-таки...

Мое последнее занятие в этот день стало настоящим праздником. Меня спрашивали трижды, чего раньше со мной не случалось. Но по какой-то причине, — может, из-за прикосновения Алекса, — моя кожа сияла, и я больше не была невидимкой. По крайней мере, на седьмом уроке, для учителя английского мистера Монтгомери, который постоянно просил меня отвечать на вопросы.

Джемма, не могли бы вы рассказать нам, какова одна из главных тем в произведении «Ромео и Джульетта»? Джемма, какое значение в пьесе отводится яду? Не то чтобы я знала ответы на его вопросы. Я любила литературу и все такое, но терпеть не могла, когда меня ставили в неловкое положение. И еще меня бесил тот факт, что я запиналась на всех своих ответах.

В довершении всего, у меня заклинило шкафчик, и пока я по нему била мимо проходила учительница и отругала меня. К тому времени, как я опустилась на стул в библиотеке, мне уже не хотелось разбираться со всем этим дерьмом. На самом деле, наверное, мне стоило пропустить эту встречу, потому что Алекс обладал привычкой выводить меня из себя.

Но я осталась.

Не знаю, почему.

А еще у меня сильно болела голова. Казалось, мозг в черепе кипит. Боже, пора начать заниматься йогой, чтобы справиться со стрессом.

Я положила голову на стол. Дерево под моей разгоряченной кожей было холодным. Приятным. Я помассировала виски и закрыла глаза. Медленно вздохнула и попыталась похоронить все свои проблемы глубоко-глубоко внутри, чтобы им потребовалась целая вечность, чтобы снова всплыть на поверхность.

Но когда по моему позвоночнику пробежал электрический разряд, я вспомнила, что похоронить свои проблемы — лишь временное решение. Я застонала от того, что мои попытки расслабиться оказались напрасными.

Алекс бросил рюкзак на стол.

— Голова болит?

— Ага, — отрывисто ответила я. Причина головной боли села рядом со мной.

— Что случилось, Джемма? — послышался голос Эйслин.

Я подняла голову. Эйслин стояла по другую сторону стола, на плече у нее висела розовая сумочка, а лоб морщился об беспокойства.

— У нее болит голова, — ответил за меня Алекс.

— Все в порядке, — вмешалась я. — Правда. Ничего страшного.

— Подожди, кажется, у меня кое-то есть. — Эйслин порылась в сумочке и достала пузырек с тайленолом. — Держи.

Я с благодарностью приняла пузырек, вытряхнула себе на ладонь пару таблеток и вернула его.

— Спасибо.

Она улыбнулась и бросила пузырек обратно в сумочку.

— Ерунда.

Я положила таблетки в рот, запрокинула голову и проглотила их, надеясь, что они подействуют быстро. Если повезет, то с головной болью они снимут и напряжение.

Эй, девчонки не падают духом, верно?

Эйслин села.

— Итак, у кого какие идеи по поводу темы нашего проекта?

— Надо что-то попроще, — отозвался Алекс. Затем взглянул на меня и добавил: — Чтобы заняло как можно меньше времени.

Я закатила глаза.

— Не глупи, Алекс, — произнесла Эйслин таким тоном, словно это была самая абсурдная вещь, которую она когда-либо слышала. — Нам нужно хорошо выполнить проект. Мне, вот, например, хотелось бы получить отличную оценку. Уверена, что и тебе тоже. Да, Джемма?

Обычно, да, но не в этом случае. На самом деле, сейчас мне больше всего хотелось поскорее уйти.

— Я не против какой-нибудь легкой темы. — Я бросила взгляд на Алекса. — И быстро с ней расправимся.

— Хорошо, тогда решено. — Он откинулся на спинку стула и закинул руки за голову. — Выберем что-то попроще.

Эйслин бросила на него хмурый взгляд.

— Я тут подумал, — продолжил он, не обращая на нее внимание, — что мы могли бы просто составить карту Галактики и написать соответствующий отчет. Тогда нам придется потратить много времени на совместную работу.

Ладно, на этом все. С меня достаточно его язвительных комментариев и подколов в мой адрес.

— Отлично. Звучит неплохо. — Я встала. Мой стул накренился на две ножки, затем вернулся в исходное положение. Схватив со стола сумку, я повернулась, чтобы уйти.