Джессика Клэр – Последний удар (страница 33)

И я снова должен спросить. Это беспокоит тебя?

Я раздумываю над этим. Меня должна переполнять ярость, но нет. Возможно, это потому, что его вчерашнее появление было весьма своевременным. Я не могу злиться, раз из-за слежки он смог защитить меня. Тем не менее, я хочу знать, для чего он это делает.

Думаю, это зависит от цели, которую ты преследуешь.

Цель? Должна быть цель?

Иначе зачем тебе наблюдать за незнакомкой? Ты делаешь это уже какое-то время? И начал ещё до того, как мы познакомились?

Ты очень умная, моя Дейзи. А я несчастный лжец. Да, я наблюдал за тобой. Я смотрел и думал, что ты самое прекрасное существо, что мне когда-либо доводилось видеть. Я не мог остановиться и наблюдал, восхищался тобой. Я не мог даже представить, что мне когда-нибудь удастся поговорить с тобой на самом деле. Я пугаю тебя?

А мне стоит бояться?

Я никогда не причиню тебе боль. Никогда. Я буду лишь оберегать.

Кажется, это совпадает с тем, что я знаю о Нике. Я пытаюсь вспомнить, были ли его намерения плохими в тот день в прачечной. Он ведь взял меня за покупками и купил мне много дорогих вещей. Даже сейчас на мне трусики, которые купил тогда он, и от этой мысли моя рука над джинсами начинает дрожать.

Я напугал тебя, да?

Я обдумываю это. Знаю, наблюдать за кем-то издалека ненормально, но Ник показал себя истинным другом, оказавшись рядом. Я очарована и одурманена им, но не зла. Это неприятно, но не обидно.

Какое окно в здании напротив твоё?

Я покажу тебе. Ищи голубое.

Он там даже сейчас? Смотрит на меня? Я облизываю губы и чувствую, как твердеют соски, а между ног становится мокро от возбуждения. Я начинаю осматривать окна и вижу его. Плотно завешенное окно прямо напротив моего. Но там мерещится что-то голубое.

Я краснею, понимая, что это мои трусики, которые он украл вчера.

Как часто ты смотришь на меня? Что ты видишь?

Я вижу бесценное сокровище. Несравненную красоту. Вижу, как каждый твой жест источает радость, даже в мелочах. Я вижу, что радость существует. Я вижу тебя, Дейзи.

Эти слова будто тёплыми волнами окутывают моё тело. О, боже. Я знаю, что он пытается отвлечь меня лестью. И это работает. Я задыхаюсь от этого романтического текста.

Ты смотришь на меня прямо сейчас?

Да. Хочешь, чтобы я прекратил? Я сделаю это для тебя. Не хочу причинять тебе дискомфорт. Я дорожу твоим мнением превыше всего.

На кончике языка крутится "да, перестань", когда я осознаю, что с трудом дышу от волнения. То, что он смотрит на меня, дарит мне чувство озорства и злости. Но мне нравится это чувство. Я хочу, чтобы он продолжал наблюдать за мной… но на моих условиях.

Я думаю, нам нужен сигнал. Дай мне знать, если будешь наблюдать за мной.

Всё, что пожелаешь, котёнок. Я в твоем распоряжении.

У нас с отцом был свой знак, когда мы стучали в дверь, так мы знали, кто пришел. Я хочу сигнал, чтобы знать, что ты там.

Ко мне приходит понимание, что сейчас у власти я. Если мне не захочется, чтобы Ник смотрел, я могу закрыть окно. Могу попросить его остановиться, и, думаю, он сделает это. Впервые в жизни я веду, и это чувство опьяняет. Я контролирую счастье Ника одной мыслью.

Всё происходит по моему усмотрению. Знание, что он смотрит, ничего не меняет… разве что прямо сейчас это меня возбуждает. Я касаюсь пояса своих джинсов и думаю, что он может увидеть это издалека.

Сможет ли он снова кончить в штаны от одного взгляда?

Мое дыхание перехватывает, соски болят. Я хочу попросить его приехать, чтобы мы смогли продолжить наше сексуальное исследование. Но это плохая идея, ведь мне нужно работать. А если он всё-таки придет, я не смогу его отпустить.

Через улицу на окне Ника приоткрываются жалюзи, и меня ослепляет яркая, как зеркало, вспышка. Она вспыхивает раз, второй.

Это мой сигнал для тебя. В любое время, когда тебе будет любопытно, смотрю ли я, выгляни в окно. Если да, я подам тебе сигнал.

Я вижу.

Я смотрю на это и удивляюсь, как много всего он видел. Я улыбаюсь в окно и провожу пальцами по стеклу, как бы говоря привет.

Я хочу увидеть эти руке на мне, а не на окне, душа моя. Встретимся сегодня.

Не могу. Я работаю.

Скажи им, что увольняешься. Это плохая работа для тебя.

Я качаю головой в окно, будто говоря "я не уволюсь". Он постоянно предлагает мне уволиться, но натыкается на отказ. Он не знает, какого это, видеть всего две двадцатки в кошельке и знать, что больше не будет. Я пишу ему, желая сменить тему.

Так если я попрошу тебя прекратить наблюдение, ты это сделаешь?

Всегда. Ты значишь для меня больше, чем что бы то ни было.

Его слова согревают меня, наполняя удовольствием.

Я дам тебе знать, если захочу, чтобы ты прекратил. Мне нравится знать, что ты наблюдаешь за мной.

Да? Нравится?

Я смелею и улыбаюсь в окно. Во мне пробуждается невероятное возбуждение. Я продолжаю думать о прошлой ночи, о его горячей плоти под рукой. Не могу дождаться, чтобы испытать это снова. Я решаю, что хочу поиграть с Ником, оставив его в ожидании и разочаровании.

Я стою лицом к окну. Моя рука скользит к груди, я сжимаю её, выдыхаю и ласкаю свой сосок.

Затем смотрю на телефон, ожидая реакции Ника.

Она появляется секундной позже.

Дейзи… ты дразнишь меня?

Я чувствую радость, смешанную с желанием. Он понял, чего я хочу.

Ты хочешь, чтобы я показала тебе больше?

Я довольна своей смелостью. Я хочу сделать это. Нервничаю, но радуюсь.

Будто год проходит в муках, пока он отвечает.

Ничто не доставит мне большего удовольствия, чем созерцание, как ты трогаешь себя для меня. Словами не описать, что я чувствую сейчас.

Моё дыхание превращается в мелкие волнующие толчки. Касается ли Ник себя, наблюдая за мной? Есть ли у него бинокль? Держит ли он в одной руке член, а в другой бинокль? Я содрогаюсь от мысли, что надо снять футболку и стянуть с себя застенчивость. На мне один из моих новых бюстгальтеров, кружевной, белого цвета, невероятно сексуальный. Я рада, что выбрала сегодня именно его. Я кусаю губы и стягиваю одну лямку с плеча, всё ещё сжимая телефон в другой руке.

Душа моя, прошу, оголи свою грудь для меня. Я хочу, чтобы ты её потрогала.

Только если пообещаешь, что тоже потрогаешь себя.

Да.

Это становится топливом для моего воображения, и я стягиваю лифчик. Моё лицо горит от застенчивости, а тело гудит от возбуждения. По какой-то причине раздеваться так легче, чем прямо перед Ником. Это делает меня смелее. Воздух ласкает мою голую грудь, соски твердеют и начинают болеть. Одной рукой я всё ещё цепляюсь за телефон, а другой ласкаю свою грудь, думая о прошлой ночи.

Я хочу показать ему больше, чем это. Я впиваюсь взглядом в окно, дразня сосок немного дольше, а затем скольжу рукой к джинсам, задавая немой вопрос.

Телефон немедленно вибрирует.

Покажи мне.

Содрогнувшись, я ложу телефон на кровать, освобождая обе руки. Затем расстегиваю джинсы, выпутываюсь из них и отпихиваю в сторону. Я стою перед окном своей комнаты в одних трусиках. В раздумье, я кусаю губу. Это второй этаж. Может ли кто-то кроме Ника меня видеть? Нужно ли волноваться об этом? Но я никогда этого не узнаю. А реакция Ника так приятна. Я скольжу пальцами в трусики и ожидаю ответа.

Мой телефон вибрирует на кровати, и я поворачиваюсь к нему.

Потрогай себя, котёнок. Покажи мне, где тебе понравился мой рот.

Я резко всасываю воздух от этих слов. Одно дело дразнить его с мыслями, что он касается себя, и другое — видеть, как это написано, и понимать, что его взгляд прикован к каждому моему движению. Я кладу телефон на кровать и возвращаю свои руки к соскам, мечтая, чтобы это был его рот, а не мои руки. Мне недостаточно простых прикосновений к груди, но волны удовольствия уже проходят через меня. Я знаю, что он хочет увидеть больше.

Поэтому я скольжу одной рукой к животу и ниже.

Пальцы касаются кудряшек моей промежности. Я уже невероятно мокрая, даже волосики намокли. Я задыхаюсь от чувства собственной влажности. Дрожь накрывает меня мелкими иголками, когда я дотрагиваюсь до клитора. Я помню его рот здесь прошлой ночью. Облизывающий, посасывающий. Я помню, как он блестел, когда Ник посмотрел на меня. Интересно, понравился ли ему мой вкус.