Джессика Булл – Джейн Остен расследует убийство (страница 8)

Мэри наклоняется вперед, сравнивая обе стороны шеи мадам Рено.

– Да, точно. Я тоже это заметила и предположила, что она прячет католическую побрякушку. Сама знаешь этих иностранцев. И, смотри, это царапина? Как думаешь, ожерелье с нее сорвали?

Джейн пытается представить украшение. Оно было из желтого золота, очень тонкое, с вкраплениями мелкого жемчуга.

– Наверное, ценная вещь.

Мэри кивает.

– А ожерелье было на ней вчера вечером, когда ты ее опознала?

Джейн закрывает глаза, воскрешая в памяти четкий образ лежащей в чулане мадам Рено.

– Было темно, и там было так много крови… Но нет, я уверена, что его не было. Мы должны сказать твоему дяде.

Мэри поворачивается на каблуках.

– Да. А еще я спрошу его, что мне делать со своими десятью шиллингами.

Джейн стискивает зубы, подавляя желание отпустить в адрес Мэри еще одну колкость. Оставшись наедине с трупом, она произносит безмолвную молитву, чтобы дух мадам Рено обрел покой, но не питает на этот счет особых надежд. Несмотря на все сомнения по поводу методов расследования мистера Крейвена, если б какой-нибудь злодей украл жизнь Джейн, она бы чертовски постаралась задержаться в этом земном царстве до тех пор, пока не заставила бы мерзавца раскаяться.

Вернувшись наверх, Джейн собирается с духом, чтобы поговорить с магистратом. Она сообщит ему о пропаже ожерелья и отметине на шее трупа, а затем убедит применить более практичный подход к расследованию. Бесцельно раскидывая сеть по округе, он не добьется справедливости для мадам Рено.

Мистер Крейвен прохаживается в вестибюле под гигантской бронзовой люстрой, тихо разговаривая с миссис Твистлтон. Это мужчина с суровым лицом, приближающийся к среднему возрасту. Кожаные пуговицы его охотничьего костюма туго натягивают ткань на выпуклом животе. Щеки блестят от пота, а нос по форме напоминает цветную капусту.

Помня скандальное заявление Мэри, Джейн тщательно присматривается к экономке. Миссис Твистлтон, должно быть, чуть за тридцать. Она, безусловно, очень привлекательна со своими темными бровями и пепельно-светлыми волосами. Экономка с серьезным видом кивает, делая вид, будто внимательно слушает каждое слово магистрата.

– Мэри, дитя, что ты здесь делаешь? – рявкает мистер Крейвен, когда девушки входят.

Губы Мэри дрожат.

– Вы говорили, что все должны прийти и попытаться заметить то, что могло бы помочь.

– Да, но я не имел в виду тебя.

– Сэр. – Джейн делает шаг вперед. – Я мисс Остен…

Мистер Крейвен дергает себя за воротник.

– Дайте угадаю. Еще одна юная леди, ищущая острых ощущений? Здесь вам не театр. Прошлой ночью тут произошел очень серьезный инцидент.

– Я понимаю это и лишь хочу помочь. Видите ли, я знала мадам Рено. Вообще-то это я опознала ее тело.

Мистер Крейвен пристально смотрит на Джейн из-под тяжелых век. Его брови густые и черные, пронизанные серебром. Сведенные вместе, они зловещи, как грозовые тучи.

– Тогда выкладывайте.

– На ней было ожерелье. Оно пропало, а на шее осталась отметина.

– И это все? – Он достает карманные часы из жилета, открывает серебряный футляр и проверяет, который час.

– Это была длинная цепочка из желтого золота…

– С мелким жемчугом. Я знаю. Ваша подруга мисс Бигг уже просветила меня. Что ж, я достаточно много времени потерял, беседуя с юными леди. Мне следует быть с поисковой группой, чтобы задержать этого негодяя.

У Джейн отвисает челюсть.

– Что значит «задержать этого негодяя»? Вы хотите сказать, что знаете, кто это сделал?!

Мистер Крейвен продолжает возиться со своими карманными часами. Джейн поворачивается к Мэри, но та не смотрит ей в глаза, а кончики ее ушей стали ярко-розовыми. Она явно оскорблена тем, что дядя отчитал ее в присутствии Джейн, и не желает подвергать сомнению его методы.

– В этом нет никакой тайны. – Мистер Крейвен прячет часы обратно в карман. – Сэр Джон сообщил мне, что в его поместье вторглась банда проходимцев. Один из бродяг, должно быть, воспользовался шумом бала, чтобы украсть у мадам Рено ожерелье, оставив ее умирать. Я бы не удивился, узнав, что она якшалась с ними. Проклятые французы, вечно замышляют недоброе.

– Но в этом нет никакого смысла! – Джейн впивается ногтями в ладони.

– Простите, юная леди? – Мистер Крейвен сжимает губы в тонкую линию, отчего они исчезают под его пышными усами.

– Я сказала, что ваша теория бессмысленна. – Джейн постукивает пальцами по бедру. – Если убийца был проходимцем, почему он выбрал именно мадам Рено в качестве своей цели? Я признаю`, что ее ожерелье выглядело ценным, и, похоже, было сорвано с шеи, но дело в том, что прошлым вечером здесь были женщины, усыпанные бриллиантами. При таком богатстве, зачем кому-то рисковать виселицей из-за жалкой золотой цепочки?

Мистер Крейвен запрокидывает голову, издавая глухой смех.

– Мисс Остен, преступный ум не руководствуется логикой. Если б вы служили магистратом так долго, как я, то знали бы, что закоренелый злодей просто использует любую возможность, какая только подвернется.

– Но ваша теория все равно слаба. – Голос Джейн звучит отрывисто, а в голове начинает стучать. – Вы выяснили, зачем мадам Рено пришла сюда, в Дин-хаус? Вряд ли она была гостьей после…

– Джейн, – перебивает Мэри. – Я совершенно уверена, что мой дядя знает, что делает.

– Полагаю, она пришла сюда, чтобы подработать. – Мистер Крейвен смотрит на экономку.

– Я никогда не видела ее раньше, клянусь. – Миссис Твистлтон прижимает руку к груди. – То есть она не была в составе домашней прислуги.

– Видите? – продолжает Джейн. – Она была мастерицей, а не поломойкой.

Мистер Крейвен нерешительно пожимает плечами:

– И что? Бал давали с очень большим размахом. Полагаю, тут весь день крутились торговцы и торговки. Что вы на это скажете, миссис Твистлтон?

– О, конечно, сэр. – Миссис Твистлтон опускает руку и энергично кивает. – Целые толпы, весь день сновали туда-сюда. Я не могла уследить за всеми.

– Да, виноторговцы, пекари и тому подобное. Но мадам Рено продавала соломенные шляпки, – объясняет Джейн. Мистер Крейвен все еще смотрит на нее, прищурившись и приоткрыв рот. Он не уловил значения ее слов. – Никто не надевает соломенную шляпку на бал. Нет очевидной причины, по которой она могла бы находиться здесь. Не так ли, мэм?

Миссис Твистлтон делает шаг назад.

– Ну, я… я бы не хотела строить догадки.

– Мисс Остен, в самом деле! – Мистер Крейвен повышает голос на несколько октав. – Мне нужно поймать убийцу. У меня нет времени стоять и обсуждать женскую моду.

– Но разве вы не видите? Вы должны смотреть дальше очевидного, подвергать сомнению все версии, чтобы докопаться до истины. Это все равно что приподнять завесу в «Удольфских тайнах»[19].

– Каких тайнах?! – выплевывает мистер Крейвен, и свекольные пятна покрывают его и без того розовые щеки.

– Дядя, это роман миссис Радклиф, – вставляет Мэри. – Естественно, я его не читала.

Джейн прищуривается, глядя на подругу. До сих пор у Джейн была возможность прочитать «Удольфские тайны» только один раз. Она порекомендовала миссис Мартин добавить роман в свою библиотеку, и библиотекарь отложила его, чтобы Джейн успела прочесть первой. С тех пор Джейн несколько раз пыталась взять книгу снова, но она все время оставалась на руках у некой «мисс М. Ллойд из Дина»[20].

– Довольно! Сейчас не время юным леди разгуливать без сопровождения. Говорю вам, эта страна летит ко всем чертям. Пойдем, Мэри, я провожу тебя обратно к твоей матери. – Брызги слюны взлетают в воздух, когда мистер Крейвен берет Мэри за руку. – Мисс Остен, если у вас есть хоть капля здравого смысла, вы пойдете домой и останетесь там, пока мы не поймаем негодяя.

Мэри бросает на Джейн панический взгляд, пока дядя ведет ее к двери. Джейн застыла на месте. Возможно, для молодой леди в высшей степени неприлично оказаться пойманной во время побега с бала, и Джейн с радостью соглашается на то, чтобы ее сопровождали в поездках в Бейзингсток, но ее свобода беспрепятственно бродить по знакомой сельской местности никогда не ограничивалась.

– Наглый, невежественный дурак! – бормочет девушка себе под нос, как только они с миссис Твистлтон остаются одни. – Банда проходимцев! Как удобно для сэра Джона придумать такую историю! И какое отношение к этому имеет тот факт, что она была француженкой?

– Остановитесь, мисс Остен! – Хорошенькие черты миссис Твистлтон становятся жестче. Теперь, когда мистер Крейвен ушел, перед Джейн совсем другая женщина. – Не вам и не мне перечить баронету. Это земли его предков, и он знает их лучше, чем кто-либо другой.

Джейн поражена преображением экономки.

– Но разве это не странно? Я в последнее время не слышала о каких-либо незнакомцах поблизости, а вы?

Миссис Твистлтон хватает Джейн за локоть:

– Пойдемте, мисс Остен. Я провожу вас.

Джейн слишком потрясена, чтобы протестовать, когда ее быстро отводят к порогу. Как только она выходит на улицу, миссис Твистлтон захлопывает дверь за ее спиной.

Джейн стоит на ступенях в состоянии взволнованного замешательства. Почему все готовы поверить в такую очевидную чушь? Миссис Твистлтон работает у сэра Джона. Она, пожалуй, чувствует себя обязанной защищать его, но у мистера Крейвена не должно быть такой причины для пристрастия. Он явно ослеплен подобострастным уважением к баронету. Ну все. Мистер Крейвен не оставил Джейн выбора. Если он не будет расследовать убийство мадам Рено с должным усердием, то это должна сделать Джейн – иначе некомпетентность магистрата позволит убийце молодой женщины остаться на свободе.