Джесси Сутанто – Загадка железного веера (страница 43)

Король Циньгуан-ван нахмурился:

– И пренебречь законами физики, времени и пространства? Это нанесёт огромный ущерб шаткому равновесию природы. Все короли и королевы ада и рая мне этого не простят. Нет, это так не работает.

Разочарование обрушилось на меня, почти сокрушив мой дух. Но всё же я продолжила:

– Тогда, быть может, вы найдёте другой сосуд, чтобы вложить в него его душу?

Он покачал головой.

– Такие вещи могут случиться лишь тогда, когда сохранится нить, связывающая душу с телом. Я не стану помещать его душу в случайное тело; разлад, который возникнет между телом и душой, уничтожит его.

И на этом я сдалась. Потому что полностью осознала то, о чём я страшилась даже думать. То, на что я так надеялась вопреки всему, было совершенно невозможно. Я посмотрела на Тео и Джейми, и печаль пронзила моё сердце, как нож. Я резко отвернулась, глаза у меня горели от слёз. Я не могла им сказать. Я не стану тем, кто скажет им, что Джейми мёртв и его нельзя вернуть.

29. Тео

Я видел, как на лице Кай отразилась безмерная и беспросветная печаль. А когда я взглянул на Джейми, то понял, что он думает о своём переломанном теле, и я слышал слова короля Циньгуан-вана, отвергающего все решения, которые предлагала Кай, я больше не мог это выносить.

– Всё в порядке! – закричал я. Они все уставились на меня так, словно я окончательно потерял рассудок. Возможно, так оно и было. Я не сводил глаз с Джейми, потому что теперь, когда время пришло, я чувствовал, что дрожу. От страха, от горя и громадного нежелания, если быть честным с самим собой. Я сделаю это… без вопросов, но это не значило, что я не трусил до смерти при одной мысли об этом. Ха-ха, до смерти. Весьма уместно звучало, учитывая обстоятельства. Я сглотнул, смачивая горло, и продолжил. – Всё в порядке, Джейми. Потому что я знаю, как всё исправить.

– Тео, что ты такое говоришь? – пробормотала Намита, голос её окрасился лёгким беспокойством. Она всегда соображала быстрее остальных.

– Я выучил одно заклинание, – сказал я, беря руку Джейми в свою. Его ладонь была больше моей, а ещё она была полупрозрачная, невесомая и холодная. Я видел под ней свою ладонь, и это было ужасно неправильно. Его рука должна быть твёрдой, из кости, плоти и крови. Она не должна быть такой. Когда держишь её, не должно казаться, будто держишь туман. Кай беспокойно заёрзала, навострив уши, а я гнул своё. Потому что ещё дома, когда Кай говорила о том, чтобы заставить Циньгуан-вана понять, какой ужасной несправедливостью была смерть Джейми, я понимал, что это притянуто за уши. Ужасные, несвоевременные, неоправданные смерти случаются постоянно, и ни одна из них не решается возвращением жертвы к жизни. Так почему же мы должны быть исключением из всех правил? Уже тогда я понимал, что мне нужно придумать альтернативное решение, и я его придумал. Я с самого начала знал, что всё сведётся к этому: я или Джейми.

– Как переместить душу в другое тело. – Осознание пришло к Кай в тот самый миг, когда я начал читать заклинание. – Нет, – закричала она.

Я почувствовал, как оно пустило корни, едва я произнёс вслух слова. Старое заклинание – возможно, одно из самых древних – дикое и непредсказуемое, норовистое, как необъезженная лошадь. Я собрал его дух в своём сознании и представил себе будущее, которого хочу: где Джейми жив, где он сможет вернуться в Сан-Франциско и войти в двери нашего дома, где мама, баба и най-най начнут суетиться вокруг него. Как ни крути, они будут намного счастливее с ним дома, чем со мной где-то там. Я видел реальность, в которой Джейми поступает в медицинский колледж вместе с Кай и становится врачом. Где он сможет снова и снова спасать жизни. Но всё это он делает, выглядя как я, потому что это сработает, только если я отдам своё тело, чтобы в нём жила его душа.

Внутри меня зародился трепет, шевеление, и с этим странным ощущением моя душа начала отделяться от моего физического тела, как будто ряд пуговиц расстёгивался одна за другой. Одна пуговица освободилась, затем ещё одна и ещё одна. Так будет правильно. Джейми этого заслуживает, Джейми заслуживает второго шанса на жизнь. Но вместо безмятежности, которую ожидал, я ощущал грусть и, что особенно меня удивило, злость. Часть меня всеми силами противилась этому. «Я не хочу умирать», – кричал маленький голос внутри меня. Я не хотел… я хотел жить. Я хотел чувствовать резкий и живой холод ветра с залива, хлещущего меня по щекам. Я хотел играть в «Битву героев» и ощущать прилив эндорфинов[102], побеждая особенно крутого противника. Я хотел чувствовать тепло меха Кай, когда она обвивает мою шею. Я хотел проводить время с друзьями и смеяться вместе с Намитой, когда мы поддразнивали Дэнни по поводу его увлечения стрельбой из лука. Я так много всего хотел сделать в своей жизни.

Я игнорировал этот голос. Это правильно, что я жертвую собой ради Джейми. Это правильно, я не должен быть таким эгоистом. Я должен…

– НЕТ! – взревел кто-то, и моя душа вбилась обратно в моё тело. Я упал, больно ударившись о землю. Джейми стоял надо мной, его лицо перекосилось от гнева. – Что это было, Тео? – прошипел он.

Я сел, потирая спину и морщась:

– Я… это заклинание, чтобы дать тебе ещё один шанс на жизнь.

– В твоём теле, – сказал он, полыхая глазами и сведя брови вместе. – А что бы с тобой случилось? С твоей душой?

– Не знаю… наверное, отправилась бы в Диюй, – пробормотал я, не находя сил встретиться с кем-либо взглядом.

Дэнни разинул рот. Сяохуа крепче обвилась вокруг его плеч. Намита вздохнула и покачала головой. Они смотрели на меня с ясно читавшимся выражением печали на лицах.

– Так ты собирался отдать свою жизнь за мою? – сказал Джейми. – Ничего мне не сказав?

– Ты бы на это не согласился, – буркнул я.

– Да, это ты верно подметил! – огрызнулся Джейми. – Я бы не согласился! Тео, ты не можешь так поступить, слышишь?

– Нет! Знаешь, что я не могу? Я не могу жить без тебя, гэгэ[103]. Я не знаю, как существовать без тебя. – Я снова ревел и даже не пытался остановиться. Из носа текло ручьём, слёзы прочерчивали горячие полосы на щеках. И я был зол, так зол. – Ты бросил нас! Ты бросил нас, и мы все разбиты без тебя, и я не знаю, как всё склеить. Мама и баба едва… я не могу даже назвать то, что они делают, жизнью? Ты бросил нас! – Последние три слова вырвались надломленным криком, оставившим меня опустошённым и дрожащим. Я и не догадывался, что глубоко под многими слоями печали я вдобавок злился. Злился на Джейми из-за того, что он не рассказал нам о Риплинге, из-за того, что он не обратился за помощью. Я взглянул на него. – Пожалуйста, не заставляй меня возвращаться домой без тебя; не заставляй меня возвращаться к маме, бабе и остальным единственным ребёнком. Ты мне нужен, гэгэ. Ты нужен всем нам. Ты нужен маме и бабе гораздо больше, чем я.

– Это даже близко не похоже на правду, – сказал Джейми, и его лицо смягчилось. Он положил руки мне на плечи и заглянул мне в глаза. – Диди, ты нужен им как никогда. Ты тоже их сын. Ты заслуживаешь жить не меньше, чем я. Даже больше, потому что ты не бросился в безрассудное предприятие, чтобы спасти божество, и не погиб при этом.

– И ты не один, – сказала Кай, запрыгивая мне на плечи и обвиваясь вокруг моей шеи. – Не могу поверить, что ты собирался отдать своё тело Джейми. – Я почувствовал едва приметную дрожь в её лапах, и до меня дошло, насколько она была потрясена тем, что я собирался сделать.

– Да, ты не один, – присоединилась Намита.

– Ты теперь никуда от нас не денешься, – добавил Дэнни. Сяохуа торжественно кивнула.

– Говорите за себя, я не принесу клятву верности ни одному человеку, – проворчала Ароматная Колбаса.

В моей груди расцвело что-то похожее на радость – маленький огонёк заплясал в тяжёлой тьме горя. До сих пор я этого не понимал, но какая-то часть меня чувствовала, что раз я «худший» ребёнок – не такой послушный, не такой одарённый, – я словно бы не заслуживаю жить, когда Джейми умер. Но всё дело было во мне, в моём горе и неуверенности. Ни мама, ни баба, ни най-най, ни Кай, никто из них не хотел, чтобы Джейми остался в живых вместо меня.

Словно прочитав мои мысли, Джейми улыбнулся мне:

– Никогда не извиняйся за то, что существуешь, диди. Я ужасно благодарен, что тебе удалось пережить это испытание в Риплинге. Если бы с тобой что-то случилось, я бы не смог простить себя. Ты заслуживаешь жить. Не просто жить, а процветать. У тебя впереди такая долгая и удивительная жизнь.

Джейми был прав. Как бы неприятно ни было это признавать, я испытывал головокружительное облегчение, оттого что не умру сегодня. Но чувствовать это казалось крайне эгоистичным. Чувствовать, даже в самой пучине печали, благодарность за то, что я ещё жив. Но я был благодарен. Потому что, несмотря ни на что, вопреки непосильной тяжести горя, я хотел жить.

Я крепко обнял его.

– Что с тобой будет? – шепнул я.

– Кхм, – проговорил король Циньгуан-ван. Мы все подняли головы и увидели, как он вытирает глаза. Он снова прочистил горло, шмыгнул и выпрямился. – Хорошо, на этом довольно. Итак. Человек Джейми Тан в действительности не имеет физического тела, в которое могла бы вернуться его душа. Поэтому он будет обработан в соответствии с обычной процедурой, то есть как умерший человек.