Джесси Сутанто – Лисий шифр (страница 8)

Боги, как мне его не хватало! Я встряхнул головой, чтобы прочистить мозги, и вернулся к первой странице. Мне кое-что бросилось в глаза. Джейми делал записи в блокноте множеством ручек ярких цветов, но только два слова были написаны фиолетовыми чернилами: «Учитель мандаринского».

Интересно. Он ненавидел фиолетовый после того, как напутал одно заклинание в школе и нечаянно выкрасил себе кожу в лиловый цвет. Чтобы он писал фиолетовой ручкой? Странно.

Я перевернул страницу.

Помнишь Хьюберта? Помнишь, как Хьюберт потерялся в Музее магической энергии? Ты ревел всю дорогу до дома. Чтобы тебя отвлечь, я выкрасил корни твоих волос во все цвета радуги. Я так перепугался, что ты наябедничаешь на меня, что заклял тебя, чтобы ты не смог ничего рассказать маме.

Ничего такого не было. Джейми никогда так зло не прикалывался и никогда не накладывал на меня таких отвратительных заклинаний, даже понарошку. Но слова «Хьюберт  потерялся» и «магическая энергия», «корни» и «не смог ничего рассказать» были написаны фиолетовыми чернилами.

Не смог ничего рассказать…

У меня пред глазами вдруг промелькнуло, как тогда в холодильной камере Джейми нёс всякую пургу про задания и ведущих игры. А что, если он хотел мне что-то сказать и вовсе не об игре?

Хьюберт потерялся…

– Может, – пробормотал я, – Джейми хотел, чтобы я что-то нашёл? И он не смог рассказать мне почему, из-за… – Я потёр лоб.

Не смог ничего рассказать… может, из-за заклинания?

Я достал свой медальон и прошептал заклинание Папльнота «Освобождение от уз». Гора барахла на полу поехала и обрушилась, из-под неё вылетела мне в руки выданная в школе тетрадь. Две недели назад я бы скорее ногу себе отгрыз, чем потратил кирт на такую ерунду, как поиски тетради. Но после смерти Джейми всё, о чём я мечтал – ГромКон, приз за лучший костюм, – потеряло смысл. Ради чего теперь экономить руны?

В Калифорнии каждому ребёнку выдаётся магическая тетрадь, которая работает как энциклопедия. Мама говорит, что мы из-за этого разленились. «В Китае нет ничего подобного. Хочешь что-то узнать, идёшь в библиотеку. Американские дети так избалованы», – говорит она, стоит ей увидеть, что я пользуюсь тетрадью. Я прочитал ещё одно заклинание, чтобы достать ручку, открыл тетрадь и написал: «Найди заклинание, которое не позволяет рассказать».

Слова колыхались на странице, пока тетрадь обрабатывала вопрос, а затем исчезли. Медленно проступил ответ, написанный невидимой рукой:

«МСНИ – магическое соглашение о неразглашении информации, или магическое соглашение о конфиденциальности (МСК), – сковывающее заклинание, налагающее на объект физический запрет делиться определённой информацией с третьей стороной. МСНИ широко применяется в крупных компаниях, особенно в индустрии магии, например в кирт-производящих компаниях или в компаниях по плетению чар. Чары, нейтрализующие МСНИ, редки; контрзаклинания в основном доступы только представителям государственных структур».

Хм-м. Я взмахнул руками в сторону кровати и произнёс заклинание Шаффлботтома «Первосортная сортировка предметов». Неразобранные бумаги взлетели в воздух и повисли в облаке зелёного тумана, и я стал перебирать их, отбрасывая налево и направо, пока не нашёл то, что искал:

– Вот он!

Это был рекламный буклет. На обложке под словами «Риплинг корп.» красовался знакомый логотип. Ниже ярко выведено заглавными буквами: «ПРЕДСТАВЛЯЕМ ПРОГРАММУ “ЗНАЙ СВОИ КОРНИ!”». Ватага детей с маниакальными улыбками указывала на надпись.

– Знай свои корни. Корни! – воскликнул я.

Джейми был одержим какой-то программой, которую он помогал разрабатывать для «Риплинг корп.». Он упоминал о ней, а я посмеялся над слащавым названием. Знай свои корни. Теперь воспоминание мучает меня. Можно было сказать что-нибудь вежливое. Явно ведь Джейми был от неё в восторге! Я проглотил чувство вины и заставил себя заняться расшифровкой блокнота.

– Единственное место, где на Джейми могли наложить МСНИ, это «Риплинг корп.». Джейми хотел мне что-то сообщить, и ему пришлось написать об этом расплывчатыми иносказаниями, чтобы обойти МСНИ, выходит, то, что он хотел рассказать, связано с «Риплинг». – Я замолчал, мысленно перебирая сказанное. Логично получается? Да. Да! – Я уверен, так и есть!

Кай скорчила странную гримасу, будто мучилась от запора.

– В чём дело? – спросил я.

Вот теперь она выглядела расстроенной.

– Он никогда не говорил мне об этом. Я была его духом-компаньоном, но я не понимаю, зачем ему оставлять тебе дневник, написанный шифром. Я подвела его как компаньон.

Было непривычно сочувствовать Кай, вместо того чтобы видеть в ней врага.

– Паршиво, – пробормотал я. – Но я уверен, у него были на то причины. – Сомнительное утешение. – Ладно, а что ты можешь сказать о «Риплинг корп.»?

Кай открыла было рот, но не произнесла ни слова. У неё выпучились глаза, шерсть встала дыбом, оба хвоста торчали трубой. Через несколько секунд она вдруг обмякла, тяжело переводя дух.

– О’кей, ты опять валяешь дурака. Кай, сейчас не время для шуток. Нам действительно нужно в этом разобраться.

– Я… не… шутила… – пропыхтела она. – Это было… урргх! – И она снова задохнулась, как будто кто-то невидимый схватил её за горло.

Ох, нет. Меня осенила жуткая догадка:

– Это МСНИ?

Она смотрела на меня полными муки глазами. Видимо, она была не в силах ни подтвердить, ни отрицать. Через несколько мгновений она снова обмякла, еле переводя дух. Мне невольно стало её жалко. Я понятия не имел, как действует МСНИ, но то, что я видел, выглядело страшно.

– Ладно, не пытайся больше обойти МСНИ, – сказал я. Она с облегчением вздохнула.

Я немного походил по комнате, затем поднял свою тетрадь и написал: «Расскажи о программе корпорации “Риплинг” “Знай свои корни”».

Слова поплясали и исчезли, но ответ не появился. Ну же, давай! Я снова написал запрос, со злости сильно давя на ручку: «Расскажи о…»

Тетрадь вывернулась у меня из рук, увеличилась до размеров одеяла, и я и моргнуть не успел, как она полетела на меня. Я громко взвизгнул и, не успев опомниться, оказался в полной темноте.

– Эй? Что происходит? Помогите!

Голос сказал:

– Не бойся. Мы лишь проверяем твоё культурное наследие.

– Моё что?

– Сканирование завершено. Теодор Тан, американец китайского происхождения в первом поколении.

Тьма развеялась, и я громко охнул. Я парил над Запретным городом в Пекине. С такой высоты великолепные дворцы казались игрушечными. Я не удержался и тихонько застонал, но затем, к своему облегчению, почувствовал, что плавно снижаюсь, зависнув в паре дюймов[28] над землёй. Я осмотрелся.

О’кей. Я старался сохранять спокойствие, что непросто, если попадаешь в чёртов Запретный город. Я не шучу. Обалдеть! Сверхгромадные красные павильоны, крутые изгибы крыш, которые с каждой стороны охраняют резные драконы, безукоризненная симметрия каждого здания – от этого просто выносит мозги! Теперь я понимал, почему Джейми так упорно просил, чтобы мама и баба свозили нас в Китай. От этой мысли у меня защемило сердце. Я снова терзался виной: ведь стоило Джейми завести речь о Китае, как я говорил: «Эй, почему обязательно Китай? Уж если ехать, то в какое-то крутое место, например, в Венгрию! Или в Грецию!» Ему бы здесь понравилось.

По ступеням самого большого дворца ко мне спустилась женщина в роскошном ципао[29]. Она приветливо улыбалась и махала мне рукой.

– Здравствуй, Тео, – сказала она. – Меня зовут Сюлин, и я рада познакомить тебя с программой «Знай свои корни». Не бойся, это всего лишь иллюзия. – Она засмеялась, когда у меня окончательно отвисла челюсть.

– Я не… я… иллюзия? – Иллюзии – это чары, создающие зрительные и иногда слуховые миражи, но обычно они довольно скромные. Я встречался только с иллюзиями вроде той, которой наш математик, мистер Уилкинс, прикрывал плешь. Я слышал об иллюзиях, воссоздающих полную картину, как здесь, но на них уходило столько кирта, что я не надеялся испытать подобное на себе. – Но я же просто… моя тетрадь…

– Наши чары запускают иллюзию, когда подросток подходящего возраста ищет информацию о программе «Знай свои корни», – сказала Сюлин. – И твоя тетрадь послужила шлюзом для чар.

– Шлюзом? – У меня голова шла кругом, как будто мне на голову уронили рояль. – А в школе знают, что моя тетрадь на такое способна?

– Пускай это останется между нами, – сказала Сюлин и подмигнула мне. – Иди за мной, – и она зашагала к алым воротам, за которыми высились две впечатляющие башни.

Я замешкался на мгновение, но затем побежал за ней. Это было суперстранно – бежать внутри иллюзии. Мои ноги не касались земли, но я каким-то образом продвигался вперёд. Когда я попытался осмыслить физику всего этого, у меня разболелась голова.

– Цель программы – приблизить детей иммигрантов первого, второго и третьего поколений к их культурному наследию. Это пилотный год для программы «Знай свои корни», и мы сосредоточимся на Китае и Индии. На следующий год мы планируем включить в работу детей с польскими предками.

Небольшой феникс, едва различимый сквозь его пламенный кокон, покружил над Сюлин и умчался по небу, как падающая звезда.

Приблизить детей иммигрантов к их культурному наследию. Это в духе Джейми. Или было в духе Джейми. У меня опять защемило сердце. Ничего удивительного, что он обожал эту программу.