Джесси Сутанто – Берегитесь Ченов (страница 33)
Старшая тетя сразу же выпячивает грудь.
– О, значит, ты хочешь изолировать ее, да? Ты думаешь, что изолируешь ее, а потом сама станешь главарем?
Я встаю между ними и смотрю на старшую тетю с испуганной улыбкой.
– Вторая тетя говорила об аме, вот и все. Так ведь, вторая тетя? Так. Ладно, в любом случае вернемся к нашей проблеме. Нам нужно как-то от них отделаться. Вот если бы они, например, выпили слишком много шампанского…
И тут меня осеняет. Гениальная идея приходит сама собой.
– Ма! Я придумала!
Ма начинает сиять от гордости.
– Ах, я знала, что ты что-нибудь придумаешь, ты такая умная девочка.
– Мне нужна твоя травка.
Улыбка застывает на лице мамы. Ее взгляд мечется между мной, старшей тетей и второй тетей.
– Травка, какая травка?
– Ну же, ма. Та, которую ты дала друзьям жениха на свадьбе Жаклин и Тома Круза, помнишь? Ну, от чего их моментально вставило?
Ма нервно хихикает.
– Вай, Мэдди, я не понимаю, о чем ты говоришь. Я больше ничего из этого не использую, особенно с тех пор, как ты выдала мне, что это – как ты там сказала – реакционный наркотик?
– Рекреационный наркотик.
– Вот да, точно. Нет, я больше такое не использую и с собой не вожу, ты что! – щебечет она.
Мы все просто смотрим на нее. И тут воцаряется полная тишина. Затем старшая тетя вздыхает и говорит:
– Сан мэй…
– О, ладно, – огрызается ма. – Идем в туалет. – И сразу же разворачивается и уходит, не дожидаясь нашего ответа.
Господи, она у нее с собой, что ли? Я думала, нам придется отправить ее обратно в отель, чтобы она забрала ее.
– Ты везде носишь ее с собой?
– Не хочу, чтобы какая-нибудь уборщица нашла ее во время уборки номера и украла.
– Как ты пронесла ее через таможню? – выпаливаю я.
– Я положила ее в коробку из-под чая, а коробку положила в багаж. Все очень просто.
– Вай! – вскрикивает мама.
– Ма, тебе нужна помощь?
– Я порвала свои колготки.
Я сначала вздрагиваю, но потом понимаю, что это вряд ли катастрофа. Плюс, она в длинном платье до пола, поэтому не понятно, зачем она вообще надела колготки. Затем снова раздается некое ворчание, и наконец из кабинки выходит ма, раскрасневшаяся и немного потрепанная, со съехавшим набок вараном.
– Держите, – бормочет она, суя мне в руку маленький прозрачный пакетик. Он еще теплый и слегка влажный. Буэ.
Я даже не хочу знать, где он был. Осторожно поднимаю его вверх, а старшая тетя и вторая тетя начинают внимательно разглядывать содержимое. Он наполнен каким-то крупным коричневым порошком.
– Что это? – спрашиваю я.
– Травы ТКМ, – отвечает ма. – Измельченные корень женьшеня, лох, древесная кора, и эм… мариджоанна. Я специально измельчила, чтобы сократить время приготовления, а то пришлось бы варить часами. Вай, а как это делать в отеле?
– Ладно. Вау, ты все продумала. – Но это нам на руку. Трава в виде порошка действует быстрее. Наверное. Хорошо, что четвертой тети сейчас здесь нет. Она определенно сделала бы какой-нибудь ехидный комментарий по поводу того, какая ма скрупулезная, когда дело доходит до ее лекарств. И, знаете, оказалась бы права.
– Мы просто добавим немного в шампанское, за счет пузырьков произойдет реакция, а потом бац, и они сами начнут «пузыриться».
– Ладно, да, звучит как неплохой план. – Я крепко сжимаю пакетик и уже направляюсь к двери, но потом вдруг останавливаюсь. – Подождите, только у меня вряд ли получится подсыпать ее в шампанское незаметно. – Все время забываю, что я невеста, а не фотограф, который может раствориться в толпе. – Может быть, кто-то из вас сможет это сделать?
– Я сделаю это, – говорит вторая тетя, выхватывая у меня пакетик прежде, чем кто-то успевает что-либо сказать.
– Кхм, – старшая тетя прочищает горло.
Мы с ма смотрим на них двоих, и ни одна из нас не хочет вставать между старшей тетей и второй тетей. Но я не могу позволить этому продолжаться слишком долго, потому что сегодня день моей свадьбы, и если гости начнут замечать, что невеста постоянно где-то пропадает, то это вызовет всеобщее неодобрение или даже разочарование. К тому же, по отношению к Нейтану тоже получается очень некрасиво, потому что не у меня одной сегодня свадьба, у него ведь тоже.
– Может, вы вдвоем это сделаете? – предлагаю я и тут же жалею о сказанном. Это самая глупая идея, которая когда-либо приходила в голову человеку. – Или, э-э, давайте кинем монетку!
Я начинаю похлопывать себя по карманам в поисках монеты, но потом осознаю, что, во-первых, я в свадебном платье, какие на хрен карманы, а во-вторых, даже не будь я в свадебном платье, монетки бы у меня все равно не оказалось, потому что кто сейчас носит с собой мелочь или вообще бумажные деньги? Как-никак двадцать первый век на дворе, век технологий и пластиковых карт.
– Нет, нет, я знаю, как сделать все тихо, не привлекая к себе внимания, – восклицает старшая тетя, хватая пакетик. Только на этот раз вторая тетя его не отпускает.
– Ага! – рявкает вторая тетя. – Ты? И не привлекать к себе внимание? Ха-ха!
Мы с мамой застываем от страха, когда вторая тетя издает еще одно «Ха!» для пущей убедительности. Это все равно что наблюдать, как две страны вступают в третью мировую войну.
– Может быть, ма могла бы… – пищу я, а затем подскакиваю. Обе тети начинают одновременно дергать пакетик, и тут в самый неожиданный момент он берет и с ужасающим треском лопается, и повсюду разлетается крупный коричневый порошок.
– Вай! – вскрикивает мама. – Видите, видите, что вы наделали? Почему вы двое постоянно так себя ведете, почему вечно ссоритесь? Вон теперь испортили мои травы ТКМ! Вы думаете, они очень дешевые, да? Куда там, все стоит очень дорого. Взять хотя бы кордицепс, он дорогущий! Да даже трава хауттюйнии – или как вы ее называете, сердцелист – такая дорогая, понимаете? А она мне нужна от геморроя, иначе я мучаюсь от боли!
Не верю, что это говорю, но словесный понос мамы снижает напряжение между старшей и второй тетей. Они обе выглядят раскаивающимися, когда отряхивают порошок со своих причудливых платьев.
Старшая тетя едва может смотреть мне в глаза.
– Старшая тетя сожалеет, Мэдди. Теперь у нас нет никаких наркотиков.
– Ц-ц, – громко цыкает ма, маршируя обратно в кабинку и захлопывая за собой дверь.
Мы пристально смотрим на дверь кабинки, затем друг на друга и пожимаем плечами. Но затем снова смотрим на дверь кабинки, когда оттуда доносится ворчание. Потом слышатся маленькие прыжки, как будто мама там делает зарядку. И вдруг раздается резкий и громкий стук, который пугает нас всех.
– Ма, ты в порядке?
– Да, да, просто споткнулась и ударилась о дверь. Я почти достала… у-у-ух… ха! Она еще немного пыхтит, а затем открывает дверь и, пошатываясь, выходит с торжествующей улыбкой, держа в руках еще один прозрачный пакетик. На этот раз я хватаю его первая, чтобы старшая тетя и вторая тетя опять не устроили сцену.
– Э, Эр-цзе, застегни мне молнию, – просит ма, указывая на спину. Вторая тетя с приоткрытым ртом принимается застегивать ей платье.
– Не могу поверить, что у тебя было с собой два пакетика ТКМ, – удивляюсь я. Затем делаю паузу. – Подожди, а сколько всего пакетиков ТКМ у тебя с собой?
Мама снова замолкает, в то время как вторая тетя все еще мучается с молнией на ее платье.
– Вай, Мэдди, конечно же, это мой последний пакетик.
Мы обмениваемся взглядами со старшей тетей, но я решаю не поднимать эту тему.
В любом случае то, что моя мать – наркобарон, играет нам сейчас только на руку, так что, возможно, мне и не стоит раздувать скандал.
– Ладно, – говорю я, крепко сжимая второй пакетик. – Теперь что. Нам нужно решить, кому выпадет эта честь. Подсыпать порошок в напитки, что, по сути, вообще далеко не почетно, – добавляю я. – Может быть, ма сможет это сделать? В конце концов, она же уже проворачивала такое на свадьбе Тома и Жаклин?
Ма тут же начинает сиять, как будто я только что удостоила ее чести совершить какой-то благородный поступок, а не попросила подсыпать что-то в напитки.
– Вай, я? Правда?
– Такое ощущение, что ты считаешь это похвальным…
Ма выхватывает у меня пакетик.
– Да! Да, хорошо, я все сделаю. Спасибо за доверие.