Джесси Келлерман – Чтиво (страница 59)
— И гораздо лучше, чем стать утопленником.
— Как сказать. Кто твой издатель?
Билл усмехнулся.
— Предположим, ты выполнишь… — сказал Пфефферкорн.
— Что выполню?
— Свою часть сделки.
— Кончай ты!
— Предположим. Как они узнают, что ты все исполнил?
— Узнают.
Пфефферкорн ждал ответа.
— Они наблюдают, — сказал Билл.
— И сейчас?
Билл кивнул.
— Откуда?
Билл повел рукой. Отовсюду.
— Значит, они точно так же узнают, что ты не выполнил приказ и я сбежал.
— Ну хоть попробуй.
— Зачем? Ведь они узнают. Пойдут по следу и рано или поздно поймают, даже если в землю зароюсь. А с тобой что будет?
Билл промолчал.
— О чем и речь, — сказал Пфефферкорн.
Долго молчали.
— Соглашайся, — сказал Пфефферкорн.
— На что?
— На сделку. Соглашайся.
— Не валяй дурака.
— Я бы согласился.
— Неправда.
— Откажешься — обоим конец.
— Не обязательно.
— Меня найдут. Сам же сказал. Они всегда находят.
— Не найдут, если меня послушаешься.
— Никаких звонков.
— Да.
— Никаких книг.
— Да.
Пфефферкорн покачал головой:
— Невозможно.
— Все очень просто. Не покупай телефонную карту. Не покупай книги.
— А я говорю, совсем не просто. Пока она там, это невозможно.
Билл промолчал.
— Не глупи, — сказал Пфефферкорн. — Если не ты, кто-нибудь другой.
Билл промолчал.
— Пришлют кого-то чужого. Не хочу.
Билл промолчал.
— Считай это моим условием. Может, чего и выйдет.
— Заткнись, а?
— Что важнее: чтобы именно ты это сделал или чтобы я просто сгинул?
— Я не желаю об этом говорить.
— Вопрос существенный, — сказал Пфефферкорн.
Билл промолчал.
— Надеюсь, второе.
— Заткнись.
— Скоро заткнусь. Помнишь, что ты сказал в сарае?
Билл не ответил.
— Писатель, который умеет вовремя замолчать, — большая редкость. Это про меня.
— Господи боже мой! Это не метафора
Пфефферкорн достал письма, которые всегда носил с собой. Листки обрели округлость ляжки и вобрали ее тепло.
— Это тебе, — сказал он, разлепляя страницы. — Сейчас можешь не читать.
— Арт…
— Вообще-то, даже лучше, если после прочтешь. А это — дочери. Обещай, что она его получит.
Билл не шелохнулся.
— Обещай, — повторил Пфефферкорн.
— Не собираюсь я ничего обещать.
— Ты задолжал мне услугу.
— Ничего я тебе не должен, — сказал Билл.