Джерри Вэй – Колыбель надежды (страница 2)

Странник сделал приглушенный вдох и приковал хмурый взгляд к поверхности гранитного стола, который ободом окаймили хранители чертога Священной Канцелярии. Внезапное появление и новость, принесенная нежданным гонцом его гильдии, вызвала бурю эмоций среди всех присутствующих.

– Что и следовало ожидать. Каков мастер, таковы и последователи, – напыщенно заключил архимагистр Алвиус, усевшись обратно в венценосное кресло. Капюшон мантии скрывал его лицо, как и у всех остальных. Лишь изредка танец огня позволял разглядеть обтянутые по форме черепа тени.

– Мало им было того, что они устроили в городе? – вполне оправданно возмутились из дальнего угла.

– По́лно, по́лно, – поднял руки старейшина Священной Канцелярии, достопочтенный А́льберт. Остальные тени отмерли и тоже начали шевелиться.

– Так что же это выходит, ваш инквизитор и есть тот самый избавитель из пророчества? – внесла свою лепту преемница старейшины. Ее голос отражался эхом от пещерных расщелин, что разнилось с нежными живыми цветами, вплетенными в лунно-седые волосы. Магистр Лойд исподволь метнул взгляд на Сефиру. Все такая же дряхлая старуха, каким-то образом добившаяся расположения старейшины. Единственная из всех, кто не обладал боевыми способностями, но, разменяв полсотни лет, дослужился до высокого поста. Этой старушенции да в инквизицию бы с ее грозным орлиным взглядом.

– Выходит, наши опасения подтвердились. – И магистр первой ступени Гленна не осталась в стороне, поспешив натянуть траурный вид.

– Магистр Лойд, вы понимаете, что происходит? – в страхе обратился к нему Альберт. – Вы уверяли, что на гильдию наложено рунное заклинание. Что Темным магам не подобраться. Что ваш преемник уведомил магов о запрете брать опасные заказы. Так как? – Он сокрушенно помотал головой, словно до конца не верил собственным суждениям. – Как это могло произойти?

– Необходимо обратить внимание на другой вопрос. – В кои-то веки проснулся старик Робе́рто, обычно предпочитавший скрываться в тени. Дремлющий, он выглядел недалеким и даже каким-то несчастным, но сейчас жесткий цепкий взгляд выдавал в нем сурового, умудренного опытом мужа́. Магистр Лойд испытывал к нему заслуженное уважение. Он единственный выступил против казни Лайлы Ланг когда-то давно. – Почему Лорд Теней не стал его убивать, как остальных инквизиторов, а ограничился проклятием? Если его цель – уничтожить того, в чьих руках погибель всех Темных магов, неужели ему не выгодно сделать это наиболее быстрым способом, чем ждать, пока проклятие не высосет жизнь по крупице?

– А вы не догадываетесь? – Сефира властно перевела напряженное внимание всех на себя. – Ограничения. Темный маг далеко не всесилен, и если не получается обезвредить извне, то ничего не остается, кроме как начать действовать изнутри.

– Уж не хотите ли вы сказать, – с сомнением в голосе уточнил Алвиус, – что отдать почести следует не Темному магу, а его прихвостням?

– Именно это и хочу сказать, уважаемый Алвиус, – непреклонно ответствовала она. – Согласитесь, ведь чем самому заниматься грязной работой и пытаться подобраться ближе, не проще ли поручить это тому, в чье поле зрения цель входит без каких-либо препятствий?

Дождавшись молчания, архимаг Целлерт справедливо выразил негодование:

– Простите, но тогда я не понимаю, как они могли так быстро эту цель обнаружить, если, как вы раньше выражались, инквизиторов на О-де Гельсии не счесть?

– О, вы меня спрашиваете? – поинтересовалась Сефира, усмехнувшись. В теневом танце огня по ее лицу расползлись лукавые дорожки морщин. После ее слов члены совета опрокинули внимание на магистра Лойда, который по-прежнему сверлил взглядом гранитный стол. Нечесаные жесткие пряди каштаново-седоватых волос загромождали его задумчивое лицо. Не дождавшись ответа, скрипучая Сефира озвучила:

– Надо полагать, что в гильдии если не все, то большинство магов довольно дружны и сплочены. А это значит, что и тайн друг от друга у них нет. Наверняка не только привратники, но и все остальные в гильдии с самого начала знали, откуда родом эти девочки, так ведь? Тогда и распознать инквизитора, пришедшего с чужих земель, прихвостню не составит никакого труда.

– Лойд, простите мне мою дерзость. – Старейшина Священной Канцелярии призвал магистра «Силентиума» хотя бы проявить интерес к обсуждению. – Но прошу вас, будьте благоразумны! Бессмысленно вновь отрицать очевидное. Ведь все предположения указывают на то, что некто работает против вас!

– Все? – последовал краткий ответ. – А по мне, так только ваши.

– Вы опять! – поразился Альберт, воздев руки к потолку, и тень глумливо повторила за ним жест. – Август, напомнить тебе о том, что много лет назад ты точно так же отрицал вину своего приближенного? – Неожиданно для всех он вдруг пренебрег формальностями и перешел на «ты». Целлерт, тем временем, вытянув шею, как гусь, старался не пропустить ни слова. – Или ты забыл, что он теперь является одним из четырех Лордов? Темным магом, с легкостью променявшим свою жизнь и всё, что с ней связывает, на могущество и бессмертие!

– Сколько раз вам повторять, – магистр Лойд даже не поднял уставших тяжелых век, – там, где оступился один, не значит, что оступятся и следующие.

Старейшина Священной Канцелярии покачал головой, а затем сокрушенно потер седые виски.

– Я никогда не понимал вас, магистр Лойд.

– Не многим удается понять даже самих себя, – согласно кивнул тот.

– И что вы собираетесь делать?

– А разве неясно? Найти того, кто к этому причастен. В противном случае, вы просто не оставите меня в покое.

– Вы не ответили на мой вопрос, – властно напомнила старуха Сефира.

Август Лойд посмотрел на преемницу старейшины. То же сделали и остальные.

– Ваш инквизитор и есть тот самый избавитель из пророчества? – с нажимом повторила она.

В темных глазах магистра блеснули искры пламени.

– Что вы молчите? – нетерпеливо добавил кто-то.

– Обычный человек из другого мира, – наконец поставил он железную точку.

Глава 2. Былые сомнения

Веки удалось отрыть не сразу. Очередной кошмар, где тело покрывается скверной и разлагается на глазах, сильно подкосил Диану. Уснуть не получалось, но и встать с постели желания не было. Половину дня она так и пролежала – лицом в подушку, лишь изредка переворачиваясь на другой бок. Окно было раскрыто настежь, в помещение врывалось слабое дуновение, подтягивая за собой прохладную свежесть и щебет птиц. Иногда со двора слышались отдаленные разговоры, стук топора и пересмешки.

Кровать подруги пустовала. На небольшой тумбе рядом томились зелье старшего мага и поднос с давно остывшей едой: утром Бишамелль проведала ее, справившись о самочувствии, и оставила ей завтрак в виде пережаренного яйца с ломтиком бекона и кружки молока. Аппетита у Дианы не нашлось даже спустя треть дня, поэтому еда так и осталась нетронутой. Захудалая комнатушка трактирного типа обнимала особым уютом, придавая сил. Если бы только не память о случившемся накануне…

Если не избавиться от проклятия, она будет медленно и верно умирать. Алекс разочаровался в ней и теперь считает настоящей предательницей. Сергиус и вовсе не проявил ни капли заинтересованности. Все остальные же тревожно поглядывали в ее сторону, стараясь унять беспокойство в глазах, словно она была воплощением зла и опасности. Интересно, а что бы сказала мама? Наверняка не смогла бы смириться с таким исходом. И хорошо, что она не ведает, в каком положении сейчас находится ее дочь. А как бы он отреагировал? Смог бы понять? Она ведь поняла его боль там, в библиотеке, когда он нуждался в этом больше всего, так может… Знать бы, где он вообще сейчас, да и жив ли…

Через какое-то время дверь скрипнула, и на пороге появилась Дарина. Диана нехотя привстала, облокотившись о подушки.

– Как себя чувствуешь? – Дарина посмотрела на нее усталым иссохшим взглядом. Выглядела она так, словно не спала две ночи подряд.

– Сойдет, – без обиняков ответила Диана.

– Приступов не было?

Диана посмотрела на свою перемотанную руку.

– Нет. Только очередные кошмары.

– Это радует.

Дарина молча прошла к замутненному окну и едва коснулась пальцами деревянной рамы, застыв в таком положении надолго. Яркий солнечный свет заливал комнату, обволакивая силуэт целительницы: старинное клюквенное платье в пол подчеркивало прямую осанку и уверенно расправленные плечи. Русые волосы отросли до середины спины и вились чудесными локонами, словно заплетенными золотистым светом. Подруга долго смотрела в окно. Молчание разбавлялось только гулом со двора.

– Слушай. Сережа… – неуверенно начала Диана, – он не такой как все. Я должна тебя предупредить. У него нет ни родителей, ни каких-либо других подвязок к жизни. Он демон, которого породил бездушный огонь преисподней, и потому природные инстинкты берут над ним верх, оттесняя человеческий разум. Особенно, когда он поддается сильным эмоциям, таким как гнев. В детстве из-за его неконтролируемой силы погибла его подруга. Ее звали Лилиан. Она попыталась защитить его собой от недругов, но ее задело всплеском демонического гнева. Умирая прямо на его руках, она сказала, что ненавидит его за его чудовищные способности. И еще… отец Алекса тоже… погиб по его вине. Случайно, правда, и Алекс его не винит, но все же… Это все, что я узнала о нем.