Джером Сэлинджер - Над пропастью во ржи (сборник)
Джером Дэвид Сэлинджер (р. 1919) — один из самых таинственных американских писателей XX века, ставший добровольным отшельником на вершине литературной славы. В сборнике присутствуют роман "Над пропастью во ржи", повести о семействе Глассов и знаменитые "Девять рассказов", которые сам автор считает своими лучшими работами.
Яркие цитаты
Жизнь — это игра, мальчик, и играть надо по правилам.
Признак незрелости человека — то, что он хочет благородно умереть за правое дело, а признак зрелости — то, что он хочет смиренно жить ради правого дела.
Рецензии (10)
Если кто-то призывал кого-то вечером в ржи... Я похожа на Холдена Колфилда, как и многие другие. Иногда наступает время в жизни, когда хочется убежать, даже в пропасть, лишь бы убежать. Хочется избежать обязательств, предрассудков, указаний о том, что делать и что не делать. Хочется просто исчезнуть, жить в уединенном домике и притворяться немым. Днем писать книги, рисовать, сочинять стихи, а вечером выходить на поле и смотреть на закат. Все вокруг остается неизменным, но мы меняемся каждый день. Всего лишь мелочь может измениться, но уже ничего не будет как раньше. И потом возвращаться домой, ложиться в постель и выдумывать сказки. Всем в жизни приходит время, когда хочется нарушать систему, делать все по-другому. В это время мы по-настоящему живем, потому что знаем, чего хотим. Система может сломать нас, или мы ее. От этого времени поиска себя зависит наша дальнейшая жизнь. Некоторые могут считать, что эта книга ничего не говорит. Но в ней заключено многое - душа бунтарей и борцов, как Холден Колфилд, живет в каждом из нас.
Читатель, который ценит "Над пропастью во ржи", наверняка задумывался об игре слов в названии книги. Некоторые ищут подтексты и аллюзии, другие принимают все буквально. Переводчица, Рита Райт-Ковалева, смогла удачно передать смысл названия, оставив читателям возможность для размышлений. Главная тема книги - ложь, которую Холден видит повсюду. Все взрослые вряд ли способны научить его чему-то полезному, если их жизнь и слова - это просто ложь. И в этом контексте название "Над пропастью во ржи" звучит все более убедительно на протяжении всего произведения.
"Не хочется писать этот отзыв - в какой-то мере выйдет отзыв на собственную юность, когда и посчастливилось познакомиться с Холденом Колфилдом, его рыжим братцем Алли и светловолосой сестрёнкой Фиби, которой так хотелось, чтобы её звали Кисела Уэзерфильд. Но, в сотый раз прочитав в рецензии сакраментальное "юношеский максимализм", я всё-таки хочу подчеркнуть, что максимализмом отдельно взятого мальца проблематика повести не исчерпывается. Естественно, Ловец во ржи никаким образом не годится в учителя жизни. Он сам - ученик этой неприятной школы, так и не обретший наставника. Наверное, поэтому Колфилд так действует на нервы: своим безостановочным враньём, почти старческим брюзжанием и вечным недовольством. Сам Зиммель писал: «Нет ничего проще отрицания». И следование Холдена по пути наименьшего сопротивления, тогда как он призван (призван ли?) к пути сложному, не может не вызывать – раздражения? неприятия? Столь же несложного отрицания. А между тем, против чего протестует юный мастер Колфилд? Против того, что и в моей, например, душе не вызывает восхищения. Мне точно так же не нравится ходить по обрезкам чужих ногтей, выслушивать сальные подробности о подругах, смотреть пошлые мелодрамки, слушать нотации, обучаться там, где я обучаться не способна, терпеть лапанье соучеников и красноглаголивых преподавателей, стирать похабщину со стен. Другое дело, в моём уме давно проросло спасительное ну и что, лишь бы не было войны, а Холден лишь в конце повести дорастёт до осознания: «Проживи хоть тысячу лет, всей похабщины со всех стен не сотрёшь». Не сотрёшь. Но разве от этого легче? Отвращение сэлинджеровского героя к учёбе трудно объяснить одним лентяйством. Он планомерно ищет исключения из школы, покидает почтенные стены с облегчением. Почему? Во-первых, существует определённый процент детей, которым интернат противопоказан чисто психологически. Ну, не тянут, и точка. Медведь нейдёт, так медведчику не лопнуть. Отдайте вы парня в обычную школку, наймите домашнего учителя – финансы, слава Богу, позволяют. А то все знают, что мальчику нужно, только мальчика спросить забыли. И не будем упускать из виду инцидент с Джеймсом Каслом. Легко догадаться, что сотворили с ним старшие ученики; вообще-то уголовная статья плюс доведение до самоубийства. Воображаю, какого шороху навели бы мои родители, стрясись подобное в нашей школе. Предкам Холдена - любящим предкам! - всё равно. Им важно, чтобы их дитятко получило престижное образование, а что в процессе изнасилуют пару раз – издержки-с. Забыл, забыл папаша Колфилд, как сам учился… Что дороже – аттестат зрелости или собственный зад? Подытожим: смерть Алли, разлука с семьёй, опасность с тыла, инкубационный период туберкулёза. Диво, что никого не убил и английский сдал. Для меня одна из самых сильных сторон повести Сэлинджера - точность, с которой отображены повадки жар-птицы по имени Высокая Температура. "Необъяснимые" подъёмы настроения и внезапные переходы к унынию и отвращению уже свидетельствуют о болезни Холдена, которую он сам не осознаёт. В его воображении болезнь и есть взрослость - непрекращающееся страдание, ни спиртным залить, ни табаком задымить. Мальчик с седой прядкой, мальчик с бутылкой, мальчик с проституткой: Нет, не понимаю я толком про всякий секс. Честное слово, не понимаю. Мальчик со всепобеждающей ёрнической речью: "…хороший человек тоже может вконец испортить настроение"... В конечном итоге мы уже разговаривали фразами из "Пропасти". Например, если кто-то начнёт резать правду-матку в щепетильной ситуации, как не шепнуть: " и вдруг Эдди Марсалла пукнул на всю капеллу ". Если правдоруб не замолк, можно с чувством пожать ему руку: " Молодец Марсалла! Чуть крышу не сорвал ". Неуместные приглашения при водят на память телефонный разговор Холдена и Салли: " Я приду в сочельник, ладно? Уберу с тобой эту чертову елку ". Сплетни изящно пресекаются одной цитатой: " Он потерял невинность четырнадцати лет, в Нантакете, честное слово! " или со вздохом: " Человек он был утонченный, но пил, как лошадь ". А как приятно дружески подколоть коллегу: " Слушай, я для тебя присмотрел хорошего психа. Вон, в конце стойки. Ты пока не смотри. Я его приметил для тебя" . Но было и ещё одно обращение. Молитва там, где нет Бога. Молитва младшему, который ушёл к предкам. Алли, не дай мне пропасть! Алли, прошу тебя! Власти США справились с Ловцом во ржи, введя его горе, безумие и власть над миром, древнюю власть словесника, в школьную программу. Сочинения заставили писать зубрить из-под палки. Здорово, что Холден этого не видит. Это мне одной кажется, что его исчезновение - это счастливый конец?"
Комментарии