Джереми Бейтс – Лес Самоубийц (страница 32)

— А я думаю, что это обычная байка.

— Это не байка!

— У тебя еще припасены истории для любознательных?

— Ты мне грубишь?

— А тебе нравится меня перебивать?

— Продолжай.

— Итак… — Нина сделала сильное ударение на этом слове, изображая раздражение (по крайней мере, мне показалось, что оно слегка наигранное). — Итак, следующим моим пунктом в путешествии был Китай. За день до отлета на ужин пришел брат хозяйки. Он напился и остался на ночь.

— Индусы пьют алкоголь?

— Конечно, Итан! Индуизм ничего не запрещает. Ты не портишь себе карму, если пьешь в меру. Ты перепутал с исламом.

— Слушай, я знаю разницу между исламом и индуизмом.

— Уверен?

— Конечно.

— Потому что мусульмане долгое время правили Индией. Наверное, поэтому ты перепутал.

— Я не перепутал. Я просто думал… — Я помотал головой. — Ладно, проехали.

Я был под кайфом, поэтому не мог понять, серьезно она говорит или нет, но все-таки было похоже, что Нина меня подкалывает.

— Так ты попала в Китай? — спросил я, чтобы продолжить тему.

— Ты меня постоянно сбиваешь.

— Извини.

— Ты сказал, что больше не будешь.

— Не буду.

— Надеюсь, что не будешь. — Она скрестила ноги перед собой. — Что? Что случилось?

— А?

— Ты пялишься на мои ноги.

— А… — Я почувствовал, как кровь приливает к щекам. — Ты до сих пор в шортах. Я… я подумал, не мерзнут ли у тебя ноги.

— Ноги в порядке, Итан.

Я глубоко вдохнул и спросил, пытаясь держать себя в рамках:

— Так что случилось с той семьей?

— После ужина, про который я тебе рассказывала до того, как ты поинтересовался, не мерзнут ли у меня ноги, я рано пошла спать, потому что с утра мне нужно было в аэропорт. Тот человек, который ночевал у нас, работал таксистом. Он пообещал, что отвезет меня. Его такси было припарковано прямо возле дома. Мне показалось, что ехать с ним вполне безопасно. — Нина поглядела на меня, как будто ждала, что я буду оспаривать последнее утверждение.

— И что?

— Нью-Дели большой город. Я понятия не имела, как добираться до аэропорта. Все улицы казались абсолютно одинаковыми. Но чем дольше мы катились, тем больше меня охватывало ощущение, что мы едем куда-то не туда.

— И как долго вы ехали?

— Минут двадцать или тридцать к тому моменту. Трафик в Дели ужасный, но ранним утром на дорогах было еще пусто. И мы должны были уже подъезжать к аэропорту. Еще через минуту я уже была абсолютно уверена, что мы едем не в аэропорт. Я попросила его остановиться. Он свернул на боковую улочку. Я не на шутку испугалась. Но у меня был огромный рюкзак, я бы не смогла убежать, ты понимаешь… Мы остановились, я выскочила из машины, он схватил меня…

Нина замолчала. Потом заговорила снова:

— Он прижал меня к машине и задрал юбку. Я пыталась закричать, но мне сдавило грудь, я не могла издать ни звука. Пока он пытался расстегнуть штаны, я его оттолкнула и — я сейчас не шучу, Итан, — вмазала ему в горло. Это самый лучший способ остановить насильника. Горло, глаза, пах. Я его ударила вот так! — Она продемонстрировала на мне, остановив кулак в сантиметре от адамова яблока. — И он отпустил меня.

— Вот черт! Ты вызвала полицию?

Она покачала головой.

— Но чувак пытался изнасиловать тебя!

— Если бы я позвонила в полицию, я бы застряла в Нью-Дели на несколько недель. А в тот момент мне просто хотелось уехать. К тому же что мое слово значит против его слов?

Я мог себе представить: Нина не захотела связываться с бюрократической машиной развивающейся страны. К тому же Индия — это Индия, патриархальное общество. Власти могут не поверить ей. Но все равно, то, что этот человек так легко отделался и гуляет на свободе, звучало дико.

— А что с его сестрой, у которой ты жила? Ты ей рассказала?

— Я собиралась. Но к тому времени когда я оказалась в Китае, все произошедшее уже казалось далеким прошлым. Я попала в другой мир. После всего того, что сделала для меня предыдущая хозяйка, мне не хотелось ее огорчать новостями о брате.

— А если он изнасилует кого-нибудь еще?

— Я понимаю, Итан. Мне все это тоже не нравится. Но такова жизнь. — Она пожала плечами. — В общем, такой вот у меня плохой опыт каучсерфинга.

— Я даже не знаю, что сказать. Я… я рад, что с тобой все в порядке.

— Спасибо, Итан.

Я глупо кивнул. Я не знал, что еще сделать.

У меня плохо с соболезнованиями. После смерти Гэри я без конца их слушал, и мне прекрасно известно, как они глупо и тривиально звучат.

— Да, — спросил я, вспомнив кое-что. — Там в лесу, когда мы собирали дрова и наткнулись на тело…

— Тебе стало плохо.

— Я наткнулся прямо на него. Потрогал его. Запах…

— Понимаю.

— Вы с Беном не видели крестов, которые свисали с деревьев?

— Крестов? Нет.

— Ни одного?

— Мы увидели краску на дереве. Мы рассматривали пятно, когда услышали, как ты вскрикнул. Мы увидели, как ты отталкиваешь труп. — Нина засмеялась.

— Ты думаешь, это было весело?

— Выглядело так, будто ты с ним танцуешь. Танцуешь с висельником. Так мне показалось. А потом ты повернулся к нам, и тебя вырвало.

— Бена так накрыло из-за трупа?

— Ты когда-нибудь пробовал грибы?

— Ага.

— А теперь представь, что ты на грибах и вдруг видишь труп. Тем более такой, как там. Я думаю, я бы так же себя вела. Так что там с крестами?

— Они были сделаны из палок. Как минимум дюжина свисала с веток. — Я помедлил. — И они качались.

— Качались?

— Туда-сюда. Так, будто их ветром качало. Но казалось, что там не было ветра.

Нина рассердилась.