Джеральд Даррелл – Птица-пересмешник (страница 72)
— Вчера вечером она сказала, что едет к тебе, и ее до сих пор нет. Я и подумал, что она провела ночь у тебя.
Питера бросило в холод.
— Вы имеете в виду, — сказал он, — что не видели ее со вчерашнего вечера?
— Именно так, — сказал папаша Дэмиэн. — Ее и след простыл. Если она не у тебя, то где же ее черти носят?
— Я не представляю, — ответил Питер.
— Это подозрительно, — с тревогой сказал Дэмиэн. — А вдруг с ней что-нибудь случилось?
— Да не волнуйтесь вы так, — ободряюще сказал Питер. — Я позвоню кое-кому и, если что выведаю, сразу сообщу вам.
— Спасибо, — сказал Дэмиэн, — но если отыщешь эту чертову подзаборницу, не забудь передать, что я выскажу ей все, что о ней думаю.
Битый час при содействии и поддержке Наполеона Ватерлоо Питер обзванивал все места, где могла находиться девушка: Дом правительства, Ботанический сад, заведение Мамаши Кэри, одного за другим всех английских колонистов; единственным человеком, кому он не мог дозвониться, была Джу. Ее телефон упорно молчал. В конце концов Питер, у которого душа была не на месте, позвонил Ганнибалу и объяснил ситуацию.
— Ну и как ты думаешь, что могло случиться? — спросил тот.
— Не знаю, — взволнованно ответил Питер. — Но мне все это не нравится. Я не могу дозвониться Джу, но если ее и там нет, прямо не знаю, что и думать. Впрочем… А если Лужа…
Ганнибал присвистнул, и на секунду воцарилась тишина.
— Не возьму в толк — неужели он такой идиот, что решился на похищение? Здесь ему не Чикаго, в конце концов!
— Но вы забыли, как он безуспешно пытался подкупить меня, — сказал Питер, — и в каком прискорбном настроении он от меня уходил.
— Слушай, — сказал Ганнибал, — только не горячись. Позволь мне кое-что разведать, а затем встретимся и соберем военный совет. А за это время попытайся дозвониться Джу.
— О’кей, — сказал Питер. — Но если это действительно дело рук Лужи, имейте в виду, Ганнибал, я ему сверну шею.
— Я помогу, — сказал Ганнибал.
Питер снова попытался дозвониться до Джу, но напрасно. В трубке раздавались лишь долгие редкие гудки. В раздражении он швырнул трубку и стал вышагивать по комнате. Затем налил себе стакан. У него в голове не укладывалось, что Лужа, каким бы мерзким и отчаянным он ни был, окажется настолько туп, что будет угрожать Одри. Но если он тут ни при чем, то где же она? Заплыла далеко в море и наткнулась на акулу? Или потерпела аварию на одной из удаленных горных дорог и теперь лежит, истекая кровью, среди обломков машины? При мысли об этом Питера прошиб холодный пот, и он налил себе еще стакан.
Вдруг он услышал шум приближающейся машины, скрип тормозов, прыжки по ступеням лестницы и гул голосов. Дверь распахнулась, и в комнату впорхнула раскрасневшаяся и взволнованная Джу — ее знаменитая шляпа сдвинулась на один глаз. К удивлению Питера, за нею вошли капитан Паппас и Леонардо-да-Винчи Браун.
— Вот это да! — сказала Джу без долгих предисловий, направив на него указательный палец. — По твоему лицу видно, что ты только сейчас заметил ее отсутствие. Верно я говорю?
— Да, — сказал Питер. — Так где же она, Джу, где?
Джу села в кресло, поджав свои длинные ноги, сняла шляпу и стала обмахиваться ею, как веером.
— У Лужи, — только и сказала она.
Зенкалийцы потрясены
За окнами сгущалась тьма. Зазвенели и застрекотали сверчки, им вторили тонкими голосами гекконы: «Тик-ток! Тик-ток!» Теплый воздух был напоен ароматами цветов, а во мраке кустов, словно летучие опалы, сияли светлячки.
Но для Питера ничего этого не существовало.
— Как это следует понимать — у Лужи? — выдавил он наконец. — Что ты имеешь в виду?
— Что слышал, — сказала Джу, устремив на него совиный взгляд. — Лужа похитил ее прошлым вечером, когда она возвращалась домой.
— Ну а… где же она?! — спросил Питер, глядя на носки своих туфель. — Дома у Лужи? Неужели этот мелкий, омерзительный негодяй…
— Ну, ну, не спеши с выводами, — утешающе сказала Джу. — Она не у Лужи дома, его самого там тоже нет. Так что успокойся, не гляди так злобно, а лучше поднеси мне стаканчик.
— Прости, Джу, — сказал Питер и начал разливать напитки по стаканам, стараясь, чтобы никто не заметил, как у него трясутся руки. — Но, право же, где она и как ты обо всем этом узнала?
— Начнем с того, — сказала Джу, отхлебнув из стакана, — что она цела, можешь не волноваться. А узнала я об этом вот как: там был Леонардо-да-Винчи Браун.
— Но я думал, что это твой садовник… — начал Питер.
— Точно так, — сказала Джу. — И по совместительству один из моих лучших информаторов.
— Как… информаторов? — спросил потрясенный Питер.
— А вот так, — ответила Джу. — С того самого момента, как в воздухе стала носиться мысль о строительстве этого идиотского аэродрома, я почувствовала, что обязана держать руку на пульсе событий. Для начала я попросила самых смышленых из моих прихожан докладывать обо всем, что в этой связи делается. От Леонардо я узнала, что твой дядюшка и лорд Хаммер имели с Лужей закулисные беседы. Он слышал, как сэр Осберт и лорд Хаммер убеждали Лужу немедленно предпринять какие-то шаги, чтобы не допустить срыва сделки. Сэр Осберт так и сказал, без обиняков: «Как хочешь, а долину нужно избавить от этих чертовых деревьев и дурацких птиц. И чем скорее ты это сделаешь, тем лучше». Бедняга был здорово напуган, потому и пытался тебя подкупить. Или я не права?
— Но откуда тебе об этом известно?
— Подросток по имени Тюльпан, что служит у тебя, — тоже мой человек, — сказала Джу.
— Ну и ну! Да ты похлеще всяких коммунистов! — воскликнул Питер.
— Куда им до меня! — с гордостью подтвердила Джу. — Я всегда неукоснительно придерживалась принципа Священного Писания «Око за око, зуб за зуб!», а ситуация сложилась такая, что есть где развернуться. Да и вообще, сдается мне, что христиане стали слишком сентиментальными. Нет, размазни не в моем вкусе! Короче говоря, я дала Леонардо задание втереться в доверие к Луже. И что бы ты думал — он так вошел в роль, что стал членом его шайки сорвиголов и хулиганов, которые были главными зачинщиками беспорядков и на чьей совести — поджог Английского клуба. Им же было поручено и похищение Одри, что они вчера вечером и сделали. Надо сказать, члены шайки были отнюдь не в восторге от этого боевого задания, поскольку они давно знакомы с Одри и испытывают симпатию к ней. Но Лужа так взял их в оборот, что они не посмели ослушаться. В общем, они привезли ее в одну из небольших лесных хижин, где селятся охотники на оленей, после чего сам Лужа пытался разговорить ее. Но перед этим Леонардо сумел привлечь внимание Одри и знаками показал ей, что сообщит мне обо всем.
— Благодарите Бога, что он послал, вам Леонардо, — с жаром произнес Питер. — Ну что, Леонардо, отведешь нас туда?
— Да, конечно, — сказала Джу. — А если понадобится помощь, мы с капитаном Паппасом тут как тут.
Капитан Паппас хорошенько прокашлялся.
— Да, сэр, можете на меня рассчитывать, — сказал он. — Мисс Одри — прекрасная девушка, очаровательная леди. Этот черномазый сукин сын Лужа слишком много на себя берет. Ну, мистер Фокстрот, надеюсь, ты задашь ему перцу, а? Я помогу!
— Спасибо, — с облегчением сказал Питер. — Как только доберусь до него — сразу пущу его на корм акулам!
— Не стоит. Думаю, он нам еще послужит живым, — раздался голос.
Все обернулись и увидели Ганнибала, стоявшего в дверном проеме.
— Ганнибал! — вскричал Питер. — Ты как раз кстати! Знаешь, этот мерзавец Лужа…
— Знаю, знаю, — сказал Ганнибал, снимая свою гигантскую «сола топи» и усаживаясь рядом. — Вы так орали, что за километр слышно. А если бы на моем месте оказался Лужа?!
— Мы как раз собирались на помощь Одри, — сказал Питер. — Пойдешь с нами?
— Конечно, — сказал Ганнибал, — но не сейчас.
— То есть в каком смысле — не сейчас?!
— А вот в каком, — сказал Ганнибал. — Сейчас, в семь часов вечера, всякий добропорядочный зенкалиец колдует над котелком. Раньше чем в половине девятого они не кончат ужинать, но зато сразу после этого заваливаются спать. Это одна из тех любопытных привычек, которые зенкалийцы унаследовали от французов. Значит, если мы сейчас отправимся к охотничьей избушке, врасплох мы их не застанем. Стало быть, лучше всего отправляться туда в час пополуночи.
— Все это, конечно, прекрасно, — сказал Питер. — А вдруг, пока мы тут сидим сложа руки, Лужа попытается вытянуть из Одри сведения о местоположении долины?
— Ты имеешь в виду допрос с пристрастием? — спросил Ганнибал. — Это исключено. Такого не потерпит ни один из его шайки. Или я не прав, Леонардо?
— Да, сэ’, мистер Ганнибал. Лужа наказал всем не трогайте мисси Одри, а то он всем хвосты накрутит, — серьезно сказал Леонардо.
— Ну ладно, — неохотно согласился Питер, хотя знал, что ожидание истреплет ему нервы. — Положим, вы правы.
— Значит, так, — сказал Ганнибал, — сейчас я заберу к себе в гости двоих. Полагаю, остальным неохота тащиться ко мне в гости на обед и неохота, чтобы те, кого я увезу, тут околачивались. Я заеду за вами в полночь. Сколько времени понадобится, чтобы добраться туда, Леонардо?
— Это недалеко, сэ’, — сказал Леонардо. — Неподалеку от дома мисси Джу.
— Заодно заедешь и за мной, — сказала Джу. — От меня до места полчаса пути.
Ганнибал взглянул на Питера.