Дженнифер Смит – Привет, прощай и все, что между ними (страница 19)
Эйден пожимает плечами:
– Только то, что ты можешь заниматься всем, чем захочется. И так оно и будет. Ведь у тебя есть уйма времени, чтобы все выяснить. Но я… – Он обводит рукой их городок, притихшие магазины и пустые улицы. – Если честно, все это больше подходит мне. И я не против. Может, стану тренером. – Он поднимает недоеденный шоколадный батончик. – Или открою магазин сладостей. Или магазин для
Клэр пытается представить себе будущее здесь, в городе, в котором она выросла. Но сложно загадывать так далеко, особенно когда впереди ждет столько всего. Сейчас мир кажется огромным и полным возможностей, и если она когда-нибудь вернется в этот крошечный уголок вселенной, то это случится лишь после того, как у нее наберется огромное количество историй и воспоминаний, которые она сможет привезти с собой.
Клэр берет Эйдена за руку.
– Ты тоже будешь заниматься чем-нибудь важным, – говорит она. – Ты просто еще пока не знаешь чем.
Он ничего не отвечает, но его пальцы обхватывают ее ладонь, и у Клэр сжимается сердце. Потому что прямо здесь – и прямо сейчас – кажется невозможным всю жизнь быть с одним человеком. Дико представлять, что то, что вы ищете в человеке, когда вам семнадцать, будет удовлетворять вас в восемнадцать, девятнадцать и двадцать. Ну а представить, что вы можете быть с одним и тем же человеком в семнадцать, двадцать семь, а потом в тридцать семь и даже сорок семь, – это слишком смело и почти граничит с безумием.
– Ладно, что дальше? – спрашивает Эйден, и Клэр делает глубокий вдох.
– Не знаю. – Она смотрит на него. – Может, нам не стоит так переживать за будущее? Никто не знает, что ждет впереди. Мы можем очутиться где угодно… – Клэр умолкает, осторожно подбирая слова. – Но одно точно известно – завтра между нами все закончится. Я уеду в Нью-Гэмпшир, а ты – в Калифорнию. На целых четыре года. И нравится нам это или нет, но мы должны решить, что с этим делать.
Эйден слегка ошарашенно глядит на нее.
– Я лишь хотел… – Он качает головой. – Я имел в виду, что дальше
– Ой! – Жар приливает к лицу Клэр. – Да. Список.
– Но ты права. Я понимаю, мы должны решить.
Их взгляды встречаются, оба ждут, когда другой начнет. Недалеко раздается смех – из «Слайсис» выходит какая-то компания. Откуда-то доносится шум автомобильного двигателя. Клэр нервно стучит ногами по бортику фонтана, ее пятки отскакивают от камня. Эйден несколько раз моргает.
– Ладно, – говорит она.
Он кивает:
– Ладно.
Проходит еще несколько секунд.
– Послушай, – говорит Клэр и тут же умолкает, не зная, что сказать дальше.
– Да. Я слушаю.
Клэр делает глубокий вдох:
– Послушай… если мы останемся вместе, то, боюсь, упустим много всего, что связано с колледжем, – продолжает она, не в силах взглянуть на Эйдена. – А мы вроде как должны с головой окунуться во все это. Но как нам это сделать, если мы только и будем мечтать оказаться в другом месте?
– Знаю.
– И еще это значит, что мы всегда будем…
– Знаю, – повторяет Эйден, перебивая ее, но не со злостью.
– И будет невозможно…
– Да, – соглашается он.
– Но мне очень тяжело думать, что я больше
Эйден кивает:
– Я чувствую то же самое.
– За два года мы не расставались даже на день! – Клэр разглядывает свои руки. – Я хочу сказать… ты самый важный человек в моей жизни.
– Как и ты в моей. – Эйден обнимает ее рукой за талию, и она прижимается к нему, уютно устраиваясь у него под боком.
– Я не хочу отпускать тебя, – признается Клэр, и это действительно так.
Она даже не может вообразить, что завтра отправится в путь и не позвонит ему сто раз по дороге, не напишет ему о том, как встретится с соседкой по комнате, пойдет на занятия, не получив от него имейл с пожеланием удачи.
Она не может представить себе, как будет что-то делать без Эйдена.
И все же Клэр знает, что так будет правильно.
Эйден нежно проводит большим пальцем по ее щеке, стирая слезу, и только тогда она понимает, что плачет. Прижавшись лицом к его рубашке, она слушает биение его сердца, чувствует, как размеренно поднимается и опускается его грудь.
Проходит несколько минут, и он целует ее в макушку.
– Все кончено, – говорит он, и его голос слегка прерывается на последнем слове. – Да?
Клэр ничего не отвечает. Зачем? Они оба знают, что так и есть. Клэр кивает в его рубашку, проводит по венам на его руке, закидывает голову и целует его. Это долгий, крепкий и очень искренний поцелуй. Потом они вместе поднимаются, чтобы оставить это место и двигаться дальше, что бы ни ждало их впереди.
Но прежде чем уйти, Эйден достает из кармана монетку. Постояв немного и подбросив ее разок в воздух, он кидает пенни в фонтан. Шлепнувшись в воду, монетка опускается на дно к остальным.
Клэр собралась было спросить, что он загадал, но останавливает себя.
Что-то подсказывает ей, что она и так знает ответ на этот вопрос.
Они отходят от фонтана. Клэр оборачивается на падающую каскадами воду, стараясь не думать о том, что вместо того, чтобы взять отсюда сувенир на память, они, наоборот, оставили что-то здесь.
От этой мысли ей становится немного грустно.
Остановка восьмая
Вечеринка
Из открытых окон дома Энди Кимбалл грохочет музыка. Она такая громкая, что вибрируют половицы на крыльце. Клэр морщится, с досадой думая о том, что ждет их за зеленой дверью. После разговора с Эйденом ей захотелось домой. Однако по пути к машине она проверила телефон, и там ее ждало сообщение от Стеллы, которая звала на вечеринку – последнюю большую тусовку их одноклассников, перед тем как все окончательно разъедутся. Для Клэр это приглашение было своеобразным предложением мира, и ей не хватило духу отказаться.
– Не думал, что осталось еще столько людей. – Эйден, встав на цыпочки, заглядывает в окно.
Наблюдая за ним, Клэр невольно вспоминает, сколько раз они вот так стояли здесь перед очередной вечеринкой. Несколько лет назад родители Энди получили богатое наследство после смерти ее дедушки и с тех пор постоянно где-то путешествовали, а она то и дело устраивала вечеринки. Что очень всем нравилось, потому что в их маленьком городке почти никогда ничего не происходило.
Клэр представить себе не могла, какой бесстрашной нужно быть, чтобы так часто отдавать свой дом на растерзание стольким людям. Она восхищалась Энди за ее креативность – уже много лет той приходилось объяснять, как и почему разбилось столько ваз, уворачиваться от полицейских предупреждений и избегать ответственности за пустые бутылки в баре родителей.
– По-моему, большинство из младших классов, – говорит Клэр, когда Эйден, хмурясь, отходит от окна.
– Напомни, куда уезжает Энди?
– В Мичиган?
Он кивает.
– Точно!
Крыльцо не очень большое, но между ними добрых три метра, и Клэр странно быть на таком расстоянии от Эйдена. Они не из тех парочек, которые вечно виснут друг на друге, держатся за руки и целуются на людях. Клэр и Эйден сдержанны и не выставляют напоказ свои чувства. Но они столько времени вместе, что находиться рядом с ним стало для Клэр привычкой. Эйден словно является ее продолжением, а не отдельно взятым человеком.
Поэтому Клэр непроизвольно опускает ладонь на руку Эйдена, когда он разговаривает, а Эйден цепляется своей ногой за ее, когда они сидят рядом на диванчике в кафе. Стелла все время дразнит их из-за того, как они ходят – того и гляди отскочат друг от друга, как машинки на автодроме. На вечеринках они тоже всегда рядом, словно их притягивает магнитом.
Такую близость не замечаешь лишь до тех пор, пока она не исчезает из твоей жизни. И вот вы стоите в разных концах тускло освещенного крыльца, прошло чуть меньше часа после того, как вы решили расстаться, и между вами теперь огромная и болезненно тактичная дистанция.
– Ну что, расскажем остальным? – с нейтральным выражением лица спрашивает Эйден.
Клэр встревоженно смотрит на него. Об этом она еще не думала.
– Прости. – Эйден и сам немного нервничает. – Я просто решил…
Она качает головой:
– Нет, ты прав. Наверное, лучше сказать.
– Ты в порядке?
– Да. – Клэр делает попытку улыбнуться. – Просто все это так странно.
Эйден делает было шаг в ее сторону, но, передумав, остается на месте.