Дженнифер Смит – Любовь на кафедре (страница 21)

Конечно, Джасмит захочет с ней пойти. С удовольствием помучается на лекции об этимологии, учитывая, сколько раз Лила ходила с ней по магазинам за цветной бумагой для детишек и помогала тестировать новые задания по рисованию для пятилеток.

Она добавила в корзину два билета и с нетерпением стала ждать ответа Джасмит. Впрочем, та была на работе и не могла ответить скоро. А просить Мэдди составить ей компанию смысла не было. В свой редкий свободный вечер та вряд ли захочет идти на самое скучное (но для Лилы — самое интересное) мероприятие о происхождении слов. Кроме того, выступление заканчивалось поздно, а уйти раньше, до толпы, не было возможности.

— Лила?

В открытую дверь ее кабинета постучали. Лила прекратила думать, уместно ли надеть на встречу со Сьюзи Дент футболку «Происхождение мата», и улыбнулась студентам из группы Риса.

— Ребята, привет, заходите! Берите печенье.

Лила потянулась за печеньем, Девон взял целых два, одно тут же сунул в рот, а второе — в карман. Керри взяла самое маленькое и принялась откусывать от него крошечные кусочки, а Ада покачала головой.

— Мы пришли поблагодарить вас за присутствие на семинаре, — сказала Ада. — Сегодня было намного лучше. Мы наконец чему-то научились и не боялись все время ляпнуть что-то не то.

Керри кивнула и прижала к груди учебники.

— Ребята, я так рада! — воскликнула Лила. — Это же замечательно.

Она отпила чай. Керри толкнула Аду локтем и вскинула брови.

— И еще, — Ада хитро улыбнулась Девону и Керри, — скажите, вы с мистером Обри встречаетесь?

Чай вдруг показался обжигающе горячим, слишком разбавленным молоком, слишком сладким — в общем, всего в нем оказалось слишком.

— Что? — закашлялась она. — Я и Рис?

Керри заулыбалась; Ада прыснула. Только Девона явно не интересовало происходящее: он сунул в рот еще одно печенье.

— Ну да, вы и мистер Обри. Он просто все время так на вас смотрел, — Ада пожала плечами, — вот мы и подумали, может, из-за вас он сегодня сам на себя не похож.

Лила часто заморгала и проглотила удивление. Она и сама поразилась, как хорошо прошел семинар, и даже решила, что, если Рис и впредь будет продолжать в том же духе, необходимость проводить уроки в ее кабинете отпадет. Он следил за языком и отвечал сдержанно, не унижал студентов, не отпускал язвительные замечания, избегал токсичного молчания. И хотя иногда в его голосе чувствовалось напряжение, семинар прошел позитивно и конструктивно.

— Между мной и Рисом ничего нет. Он просто хочет исправиться. Но даже если бы мы встречались, — с сухой усмешкой добавила она, — не понимаю, какое отношение это имеет к вам.

Улыбка стерлась с лица Керри, а ее без того бледные щеки побледнели окончательно. Ада потупилась, а Девон перестал жевать.

— Простите, ребята, не хотела вас обидеть, спасибо за ваш… — Лила огляделась в поисках подходящего слова, — …интерес. Просто давайте признаем, что личная жизнь сотрудников — дело самих сотрудников, ладно?

— Говорил же, надо было просто поблагодарить ее и уйти, — пробормотал Девон.

— Съешь еще печенье, Девон. Если вам нужна помощь, моя дверь всегда открыта. Но о моей личной жизни ни слова, договорились?

Лила ободряюще улыбнулась. Без границ в общении нельзя, она правильно сделала, что их установила. Они со студентами не были друзьями и даже коллегами. В ее задачи входило поддерживать их в процессе обучения.

Но она все-таки переживала, что задела их чувства. Они же расспрашивали ее из заботы. Или просто хотели посплетничать? Может, ей не стоило ничего говорить? Просто буркнула бы «не говорите глупостей» и прогнала их прочь. Она подумала о Джасмит и вспомнила свои сеансы с психотерапевтом. Нет, она правильно сделала, что постояла за себя и не стала участвовать в обсуждении их с Рисом отношений (хотя у них не было никаких «отношений»), пусть даже это кого-то обидело.

Лила покачала головой и вернулась к внутренним регистрациям студентов магистратуры профессора Фримана. Она проверила две регистрации и вдруг замерла.

А что они имели в виду, когда сказали, что Рис так на нее смотрел? Наверное, им показалось. Ей тоже показалось, что Рис на нее смотрел, но это не значит, что такое было на самом деле! Легкий ветерок из открытого окна щекотал ей шею стрекозьими крылышками, а не его взгляд; желание поправить волосы и макияж лишь означало, что она склонна к самолюбованию.

Ее кабинет был невелик — вполне естественно, что взгляд Риса падал на нее раз или два за семинар… Это был просто мимолетный взгляд — он не смотрел на нее как-то так.

Да. Именно.

Кстати, о Рисе (почему она постоянно о нем думает?): надо спросить, когда будет этот торжественный семейный прием. Еще не хватало, чтобы он совпал с выступлением Сьюзи Дент: тогда придется отменять билеты и покупать новые.

Лила проковыляла по коридору к кабинету Риса. Она уже могла ходить без костылей, но все еще боялась садиться за руль. Кроме того, Аника, сестра ее постоянного таксиста в «Убере», собиралась рожать в Южной Африке, и Лиле не терпелось узнать пол ребенка.

Она постучалась и открыла дверь, не дождавшись ответа.

Рис стоял у окна к ней спиной, положив руки в карманы, отчего его штаны натянулись, обтягивая его тугой, как два каштанчика, зад. Не то чтобы его зад ее интересовал.

— Рис…

Он вздрогнул, очнувшись от забытья.

— Прости. — Рис повернулся к ней и сел. Его лицо было бесстрастным. — Я задумался.

— О Генрихе Втором, худшем отце всех времен? — с улыбкой пошутила она.

— Что-то вроде того, ага. — Он выровнял бумаги на столе. — Чем могу помочь?

Ага, перешел сразу к делу.

— Когда будет ужин с твоими родственниками? Мне надо записать в календарь.

— Ах да. — Он постучал по экрану телефона. — В субботу, через две недели. Думаю, скоро нам надо будет встретиться. Я должен рассказать тебе о своей семье, раз ты теперь моя девушка. — Он тяжело вздохнул. — То есть притворяешься моей девушкой.

Через две недели в субботу? Ого, уже очень скоро. Хорошо, что она не купила билеты на выступление Сьюзи Дент: даты точно бы совпали.

— Ладно. — Лила закусила губу. — А что мне надеть? Там будет дресс-код?

Если дресс-код не узкие джинсы с блузкой и не сарафан (в таком случае она замерзнет, ведь была уже середина осени), ей придется отправиться по магазинам.

Он сел за стол и взглянул на экран компьютера. Ну как можно быть таким надменным? Лила вскинула бровь.

— Я приглашу тебя на ужин после работы и все расскажу.

Во-первых, это был не ответ. Во-вторых, это была даже не просьба. Рис буквально указывал ей, что она должна пойти с ним, и одновременно выпроваживал, как прислугу. Ну уж нет. Она больше не станет это терпеть.

— Рис?

Он повернулся к ней, но его глаза были по-прежнему прикованы к экрану.

— Что?

— Рис! — выкрикнула она. Она не собиралась говорить с человеком, сидевшим к ней вполоборота. — Прошу внимания!

Он потрясенно раскрыл рот: кажется, еще никто с ним так не разговаривал. Он, видимо, привык, что все делается по первому его приказу, и был поражен, встретив отпор.

— Послушай, я понимаю, что сегодня у тебя было много сложного общения на семинаре, но я дам тебе еще один шанс исправиться. — Она растянула губы в притворной улыбке — искреннюю и добродушную Рис не заслужил. — Подумай о том, что ты только что сказал, и попробуй еще раз.

Она, верно, сошла с ума, раз говорила такое Рису. Но она это сделала и даже слегка вцепилась в бедра, чтобы руки перестали дрожать. Он совсем ее не пугал — он ничем не лучше ее. Он сам на днях сказал, что есть лишь один человек, которому позволено ее критиковать, — она сама.

Он закрыл рот, плотно сжав челюсти; его эмоции отобразились на лице. Нахмуренные брови, опущенные уголки пухлых губ — гнев. Бегающий по столу взгляд — растерянность. Потом лоб расслабился, челюсти разомкнулись — пришло осознание. Медленно опустились плечи — он признал свое поражение.

Он провел ладонью по лицу и судорожно сглотнул — горло заходило ходуном.

— Прости. Хочешь сегодня со мной поужинать, если не занята? Тогда мы сможем поговорить.

— С удовольствием, Рис, спасибо. Я отменю такси. — Она вознаградила его легкой удовлетворенной улыбкой.

— Ты вызвала такси? Куда? У тебя были планы? — Рис снова нахмурился.

— Нет, никаких планов. Я пока не готова садиться за руль.

Он откинулся на спинку кресла и внимательно на нее посмотрел:

— А подруги что — не помогают? А Сью?

— Джасмит работает, она занята. У Мэдди ребенок, ее я просить не могу. А Сью слишком далеко живет. — Лила потерла друг о друга подушечки безымянного и большого пальцев. Она не понимала, почему должна объясняться перед Рисом Обри.

— А меня почему не попросила?

— Ты и так оказал мне огромную услугу. Я не могу просить тебя возить меня на работу и с работы. Скоро я сама сяду за руль, не беспокойся.

— Не говори глупостей, надо было сказать. Ты же, наверное, кучу денег на такси потратила. — Он поджал губы.

— Я не собираюсь с тобой об этом спорить, Рис.