Дженнифер Классен – Октябрьские ведьмы (страница 32)

– Ну… У меня бывают судороги – такие, что руки сводит. И они из-за магии тяжёлые, как гири. И так постоянно, и это неприятно. Но я унаследовала это от своей мамы, а та – от своей, и так целые поколения женщин, которые всю свою жизнь терпели судороги, тяжесть, боль и всё остальное. И так все ведьмы, как я понимаю.

– Ведьмы – это слияние биологии и астрологии, – сказала Сенара. – Все тела созданы из звёздной пыли, Большой взрыв и всё такое, просто наша связь со звёздами особенно сильна.

А звёзды горячие. Боль от магии напоминает жжение от непроходящих солнечных ожогов.

Керра повернулась к сестре, и я поймала себя на мысли, что сейчас она выглядит намного младше своих двенадцати лет.

– Почему матушка нам не сказала, что магия – это больно?

– Потому что у неё… большие планы, – ответила Сенара. – И боль – это ещё не самое ужасное, страшнее всего одиночество.

– Да? – Керра наморщила нос. – Тебе одиноко? Но нас же так много! Матушка и все её сёстры!

У Керры и Сенары было ещё больше тёть, чем у нас с Мирабель. Но нам и своих более чем достаточно.

– Ведьма может чувствовать себя одиноко даже в большом ковене, – сказала Сенара. – А теперь, Керра, помни: я обязательно за тобой вернусь, но ты пока должна остаться здесь. И пожалуйста, молчи. Ну или хотя бы постарайся.

– Угх, – выдала в ответ Керра.

На лице её сестры раздражение мешалось со смехом.

Я всмотрелась в золотые зрачки Сенары (от которых у меня до сих пор бегают мурашки). Если она доверила мне меч наших прародительниц, вибрирующий от магии, то и я должна ей довериться.

Голова у меня всё ещё шла кругом из-за него и тайны гобелена. Я жалела, что не догадалась попросить почтальона оставить картонную коробку. Меч весь переливался на свету, но сейчас меня больше заботила его тяжесть. Каждое движение с ним в руках требовало особых усилий, будто меня обвешали гирями или я нахожусь под водой.

– Помните, что матушка ни в коем случае не должна добраться до меча, – предупредила Сенара, останавливаясь у решётки в пещеру, и с крайне серьёзным видом повернулась к Керре. Та схватила себя за горло и попятилась. – Я не собираюсь отнимать у тебя голос, сестра, – прошептала Сенара, и Керра бросилась ей в объятья. Они долго так простояли, и когда Сенара снова заговорила, было очевидно, что ей с трудом удаётся сохранять ровный тон. – Я бы никогда не применила против тебя магию. И против тебя, – добавила она, повернувшись ко мне. – Но ты должна молчать. Нельзя, чтобы они узнали, что я к вам приходила.

Едва Сенара успела уйти, как Керра повернулась ко мне и затараторила:

– Значит, так. Раз, похоже, я единственная, кто может всё это разрулить, слушай меня внимательно.

Глава 26

– Давай разбираться, – сказала Керра. – Что не так с твоей магией?

Я хотела возмутиться, но вместо этого притихла. Что мне на это ответить? Моя магия была как машина, которую я не могла завести. Может, внутри меня и есть звёзды, но я не могу их применять.

Если бы кто-нибудь спросил меня об этом до октября, я бы сказала, что я не из тех, кто легко сдаётся. Я целый год потратила на то, чтобы Мирабель снова стала моей лучшей подругой. Но стоило наступить этому месяцу – и я тут же опустила руки, боясь своей магии. И теперь она сидит внутри меня как тяжёлая бесполезная масса.

– Я хочу сказать: с вами, Мерлинами, много всего не так, но ты… с тобой совсем всё плохо. – Керра ткнула пальцем в мои ладони и наклонилась, чтобы заглянуть мне в потупленные глаза. Но я продолжала упорно смотреть на каменный пол. – Внутри у тебя звёзды, но ты не можешь их высвободить. Ни руками, ни глазами. Будто кто-то слишком сильно закрутил крышку, – размышляла она вслух. – Хм. Тогда начнём с основ. – И она заставила меня делать то, что моим родным со всеми их воплями и демонстрациями сил не пришло в голову – она заставила меня дышать.

Керра помогла мне подняться с пола и жестом призвала повторять за ней. Я послушно утвердила одну ладонь на верхней части груди, вторую – под рёбрами. Керра закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Выдохнула она ещё медленнее, ещё осознаннее, и я старалась подстроиться под её ритм и не заострять внимание на воцарившейся тишине – Керра так погрузилась в дыхательное упражнение, что ей стало не до болтовни.

В отличие от меня, моя мама была само терпение, и я зажмурилась, будто это могло помочь.

Я вдохнула – выдохнула – вдохнула и уже хотела открыть глаза и сказать Керре, что это всё бессмысленно, когда ощутила что-то внутри себя. У меня в груди ритмично и ободряюще стучало сердце, а прямо под ним и сквозь него будто порхала хрупкая бабочка. Я надавила рукой на кости грудины и – да! Вот оно! – ощутила этот трепет. Этот танец звёзд.

Они искрили и скакали внутри меня, совсем как тот крошечный огонёк в недрах тыквы.

Я ещё сильнее прижала ладонь к груди, чувствуя сияние заключённой в ней магии.

Подумать только, у меня был всего один месяц с этими неуёмными искрами, а я сейчас ясно ощутила их внутри себя. Моё дыхание, сильное и спокойное, заполняло моё тело и как на волнах качало прячущиеся в нём звёзды.

«Привет, – хотелось мне им сказать. – Вы внутри меня! Я Клемми, и я совершенно не умею с вами обращаться. Но я учусь».

Я открыла глаза, обескураженная происходящим внутри меня.

«Ты должна нарисовать в своей голове, что именно ты хочешь с их помощью сотворить», – сказала мне мама. Из неё бы вышел замечательный октябрьский учитель, если бы только я дала ей шанс.

Всё ещё ощущая трепет магии внутри себя, я уставилась на Керру. Её большие коричневые глаза безмолвно вопрошали: «Ты чувствуешь это?»

– О звёзды, – выдохнула я.

– Ты их слышишь! – с улыбкой резюмировала Керра. И задумчиво сощурилась. – Значит, проблема не в звёздах, а в том, как их высвободить.

– Спасибо тебе, – сказала я, и воздух между нами словно потеплел.

– Моя проблема не в том, что я много говорю, а в том, чтобы заставить людей меня слушать, – поделилась Керра, и её улыбка стала шире. – Так чего ты хочешь от магии?

У меня было такое ощущение, что я весь октябрь только и твердила, о том, чего мне хочется.

– Счастливой обычной жизни! – воскликнула я. – Как говорит моя кузина, ходить в кино или в парк, а не получать магические силы от небесных светил. Просто жить в своё удовольствие.

Брови Керры поползли вверх, и я, вспыхнув от смущения, спросила:

– Ладно, а чего хочешь ты?

– Чтобы Сенара и матушка сказали: «Ух ты, Керра, спасибо, мы без тебя никуда». – Она посмотрела мне прямо в глаза – на секунду я даже испугалась, что она сейчас заплачет, – и тут она прыснула. – Но теперь мы обе знаем, что скорее звёзды погаснут, чем это произойдёт. – И она изобразила, будто застёгивает свой рот на молнию, и ещё пуще захохотала. А потом деловито продолжила: – Так, значит, ты не можешь применять магию, как Морганы, глазами. Но и как Мерлины у тебя тоже не выходит. Тебе нужно найти свой метод для высвобождения магии.

– Я спросила тётю Пруди, может ли у меня быть магический локоть, – призналась я.

– Почему нет? – улыбнулась Керра. – Раз уж мы так и так нарушаем правила, давай попробуем с локтем.

Я с сомнением выставила перед собой локоть.

– И вообще, – заметила Керра, рассматривая его с хмурым видом, – им с нами повезло. В семьях вроде наших старшим сёстрам просто необходимы младшие – кого ещё они смогут игнорировать?

Я не стала уточнять, что Мирабель мне кузина.

Раздался знакомый звук, как от лопнувшего воздушного шарика, и я, торопливо положив завёрнутый в гобелен меч в угол пещеры на манер неудобной подушки, шепнула Керре:

– Скорее!

Мы быстро сели перед ним, загородив меч своими спинами. Не самый надёжный способ, но на большее у нас не хватило времени.

Моя семья возникла посреди пещеры, но в этот раз их сопровождали три Морган. Нет – они несли тётю Конни!

Она лежала на чём-то вроде носилок из звёздной сети. Я знала, что тёте Конни много лет, точно так же, как знала, что наш дом сложен из кирпича – как один из фактов, составляющих твою жизнь, и ты никогда о них не задумываешься. Но сейчас она выглядела такой старой, что я искренне сомневаюсь, что Морганам от неё много пользы. На неё было больно смотреть.

– Тётя Конни! – позвала я, глядя, как она неловко шевелится на носилках.

Безымянные Морганы в своих мантиях, скрадывающих очертания, наклонились, чтобы сковать руки моих родных магическими перчатками.

Керра открыла рот, явно желая что-то сказать, но я вовремя ткнула её локтем в бок.

По моим родным было видно, как тяжело им даётся потеря магии. Мирабель выглядела почти такой же измождённой, как мама.

Моя кузина стояла от меня дальше всех. Мне не терпелось всё ей рассказать, но она держалась на расстоянии не только от Морганов, но и от нас. Будь её воля – она бы наверняка заперлась у себя в комнате.

Она бросила на меня озлобленный взгляд. Если бы она только знала, что мы сегодня выяснили! Если бы она только знала, что лежит позади нас!

Одна из Морганов вдруг выпрямилась и так сильно сощурилась, что звёзды в её глазах почти исчезли. Не знаю, что привлекло её внимание – скрежет металла по камню, или она почуяла магию, но она резко спросила:

– Что вы там прячете, маленькие колдуньи?

Странно было думать, что нам удастся скрыть меч. Керра поднялась первой и в безмолвной мольбе выставила перед собой руки.