Дженнифер Хартманн – Две мелодии сердца. Путеводитель оптимистки с разбитым сердцем (страница 66)
Начинает глодать знакомый червячок беспокойства.
У меня перехватывает дыхание, в голове моментально всплывают потаенные страхи и воспоминания о сестре, которая вышла за дверь и не вернулась.
Нет, тот день не повторится.
Люси – не Эмма.
Сглотнув жгучий комок в горле, я оборачиваюсь к безмятежной улице. Ветер, бушевавший еще минуту назад, вдруг угомонился. Повисла мертвая тишина.
Припорошенные снегом улицы пустуют. Все сидят дома, в тепле, пьют какао и обмениваются подарками.
Я спускаюсь с крыльца, смотрю налево и направо, потом достаю телефон.
Ничего. Мое сообщение осталось непрочитанным.
Сердце бьется быстрей. В легких не хватает воздуха.
Судорожно вдохнув, я иду к мотоциклу и пытаюсь сообразить, что же мне делать теперь.
Потом я кое-что замечаю краем глаза, но в первый момент не понимаю, что это значит. Прямо ко мне бегут две знакомые собаки, волоча за собой поводки, но это же какая-то бессмыслица.
Собаки Люси бегут по тротуару, совсем одни.
Это точно ее собаки, но самой Люси нигде нет.
Я не вижу Люси.
Где она?
Я застываю на месте, как истукан. Телефон выскальзывает у меня из руки и разбивается об асфальт.
Ко мне подбегают Кики и Зефирка. Кики заливается отчаянным лаем, Зефирка вьется вокруг моих ног. Они обе скребут лапами по моим джинсам и жалобно скулят.
Меня прошибает холодный пот. Что-то внутри меня сжимается и увядает.
Завладев моим вниманием, собаки разворачиваются и бегут в обратную сторону. Резкий прилив адреналина заставляет меня пуститься в погоню.
Я бегу за собаками.
Я бегу что есть силы, пока мы вместе не заворачиваем за угол. Открывшаяся картина чуть не сбивает меня с ног.
Люси.
Передо мной, прямо на тротуаре.
Она лежит ничком, из-под зимней шапки торчат ее растрепанные длинные волосы.
Безжизненная, бесцветная, неподвижная.
Собаки обнюхивают ее, подталкивают лапами, скулят и тревожно бегают вокруг.
– Люси… – я стремительно подбегаю и подхватываю ее на руки. Возможно, ее нельзя двигать, но я не могу остановиться. – Люси, Люси, Люси. – Мой голос срывается на каждом слоге, мое сердце разбивается на осколки.
Я выпрямляюсь, удерживая ее на руках, и со всех ног бегу по улице. Я зову на помощь, что есть силы.
Не знаю, где мой телефон. Я уронил его, или потерял, или у меня никогда его не было.
Я ни о чем не могу думать.
Не могу дышать.
– Кто-нибудь, помогите! – мой крик разбивает утреннюю тишину. Мне нужна помощь. Мне нужно, чтобы все это оказалось ложью.
Люси безвольно висит у меня на руках. Не знаю, дышит ли она.
Она дышит? Черт возьми, дышит она или нет?
– Помогите!
Кажется, кто-то высовывает голову из дверей, но я продолжаю бежать и толком ничего не вижу. Я поскальзываюсь и чуть не падаю. Беспокойные Кики и Зефирка бегут рядом, а я умоляю кого-нибудь повернуть время вспять и все исправить.
– Дыши, Люси, – шепчу я, уткнувшись в ее волосы и прижимая ее ближе.
Кто-то бежит навстречу ко мне. Незнакомец, даже двое. Они что-то говорят, но я ничего не понимаю и не вижу их лиц.
– Ей, ей стало плохо, она упала. Черт, я не знаю. Вызовите скорую, – говорю я, запинаясь и путаясь в словах. – Помогите ей. Ради бога, помогите ей.
Мужчина помогает мне уложить Люси на траву на обочине и начинает ритмично нажимать ей на грудь, пока женщина подносит к уху телефон.
Почему я сам об этом не подумал?
Ей нужна первая помощь.
– Дыши, Люси, – твержу я, падая перед ней на колени и пытаясь вдохнуть жизнь в ее легкие. – Дыши.
Издалека доносится вой сирен. Прошло две минуты, или пять, или больше. Может, минула целая жизнь, а может – одно мгновение. Я падаю ей на грудь, утыкаясь лицом в ее пуховик.
Этого не может быть.
Это все не взаправду.
– Дыши, Люси, – умоляю я, прижимая ее к себе. Я люблю ее, хотя поклялся себе, что не допущу этого.
Мой величайший страх воплотился в жизнь.
Люси, Люси, моя милая Люси.
Ее сердце разбилось.