Дженнифер Бенкау – Ее темное желание (страница 69)
– Это платье, – тихо сказала я, пока мы искали место среди танцующих. – С ним что-то не так. В нем я нервничаю, потому что… я желала себе вовсе не такое.
Наклонившись, он прошептал мне прямо в ухо:
– И я из-за него тоже
Его слова были едва слышны, но каждое из них словно нежно касалось уха. Это было ощущение, которое я давно себе не позволяла, и до этого момента я даже не знала, как сильно я по нему скучала.
Я неотвратимо прижалась к нему ближе, ощущая, как его жесткая грудь касается моей, как мои ладони охватывают его мускулистые руки. Звенящая, живая магия повсюду.
В этом дворце мысли трепетали, а нервные окончания воспринимали все в два раза интенсивнее.
– Может быть, это не такая уж хорошая идея была, танцевать, – пробормотала я.
Аларик тихо рассмеялся.
– У тебя есть идеи получше?
– К сожалению, нет.
– Какая удача. Идем.
И тогда мы отправились танцевать.
Глава 56
Лэйра
Музыканты, стоявшие на подиуме, играли не мелодии и песни, а воспоминания и мечты.
Мы с Алариком здесь как будто были единственными, и в то же время вокруг находилось множество людей. Другие танцевавшие казались нам пролетавшими мимо тенями, разноцветными пятнами праздничных одежд, завесой, за которой скрывались заботы, приведшие нас сюда. Все отступило на задний план, и для меня остался только он, а для него – только я. Мы были здесь – моя грудь касается его груди, моя рука в его руке, мое дыхание у его горла, его дыхание в моих волосах… – мы были в прошлом и будущем одновременно.
– Я видел это во сне, – прошептал Аларик, и его голос был частью мелодии, частью музыки. – Тысячу раз, каждую ночь.
– Ты должен был остаться со мной. – Ничего из того, через что нам пришлось пройти, не случилось бы, если бы он тогда остался со мной.
Он на мгновение закрыл глаза.
– Если бы я не ушел, я стал бы тебя недостоин. Я стал бы недостоин самого себя.
– А сейчас? – спросила я полушутя.
– Не приблизился. Но у меня еще есть шанс таким стать. – Он опустил голову, его волосы скользнули по моей щеке, губы оказались так близко у моей ключицы, что я ощутила легкое мерцание тепла, словно искры, поднимающиеся от пламени. – Скоро. Когда ты отпустишь мне мою вину.
Моя рука скользнула по его затылку, я запустила пальцы в его волосы. Его тело ответило дрожью, и он притянул меня ближе к себе.
Что-то царапало мое сердце и не давало мне полностью забыться в танце, хотя я была к этому очень близка, и мое сердце отчаянно хотело потеряться в нем. Что не давало мне так поступить? Это чувство никуда не делось, но оно было словно нитка, болтающаяся на ветру.
На ветру?
– Не беспокойся, – пробормотал Аларик. – Не сейчас и не здесь.
Я хотела возразить ему – это не так легко; и я вообще не беспокоюсь по своей воле – тревоги сами приходят ко мне; а что, если эти тревоги и правда важны? Аларик тихо шикнул на меня и коснулся кончиками пальцев моих висков.
Что-то – заботы, тревоги, незаданные вопросы? – ушло на глубину и погрузилось в сон.
Аларик положил руку на мое декольте, туда, где билось мое сердце.
– Лучше?
Намного теплее, намного спокойнее.
– Да.
– Я буду видеть это во сне.
– Еще тысячу ночей?
– Тысячу лет, если придется.
Я рассмеялась. Я была так счастлива. Мы кружились в танце, намного быстрее, чем другие пары, будто музыка играла только для нас.
Когда мы сделали еще один круг по залу, у меня перехватило дыхание от вращения и я потеряла равновесие. Аларик подхватил меня, прижал к своей груди, и внезапно его губы оказались так близко к моим, что я вдыхала его дыхание, а он – мое.
– Я хочу остаться наедине с тобой, Лэйра.
Я осмотрелась по сторонам и беззвучно рассмеялась.
– Отошли их всех прочь!
Он, улыбаясь, покачал головой:
– Ты ожидаешь так многого. У меня есть идея получше.
Он взял меня за руку, и мы подбежали к огромному витражному окну. Только подойдя ближе к нему, я заметила дверь, и Аларик открыл ее передо мной. Я вышла на балкон с каменными перилами, и мне открылся потрясающий ландшафт. Луга, поля, темно-зеленые леса до самых гор. Ясный, теплый воздух обнимал нас; почти совершенный, если не… Нет. Я не могла определить, что же настораживает меня, что кажется ненастоящим.
Аларик встал позади меня, обнял, коснулся губами моего плеча. Мое тело покрылось гусиной кожей, я замерзала и одновременно ощущала жар.
Я оглянулась, повернулась в его объятиях и посмотрела ему в глаза, на его губы, проводя всеми десятью пальцами по его волосам. Он толкнул меня к балкону, так что я уперлась спиной в перила. Без лишних слов Аларик поднял меня высоко и посадил на каменную стену, и я обхватила его бедра ногами, притянув его к себе.
Он положил руку мне на бедро. Медленно продвинул ее выше. Под юбку.
Наши лица оказались совсем рядом. Так близко, что я больше не могла различить, синие у него глаза или серые.
– Я видел это… – начал он, но я перебила его.
– Больше никаких снов, – произнесла я и поцеловала его. Очень медленно. Очень нежно.
Музыка доносилась до нас, в ней звучали воспоминания и сны, и я снова целовала Аларика Колэ, как в первый раз. На ощупь, осторожно, слегка задерживаясь на каждом участке кожи, каждом оттенке вкуса, прежде чем двинуться дальше.
Он шептал мое имя, касаясь моих губ, а я бы могла шептать много чего еще – глупые, влюбленные слова, о которых позже пожалела бы, если бы в моих мыслях были хоть какие-то слова. Но я уже давно состояла лишь из головокружения и изголодавшегося сердца, которое невыносимо стремилось к нему. Я состояла из чутких губ, из кожи, которая жаждала его прикосновений, из языка, который хотел ощутить его вкус.
Я была собой, просто Лэйрой. И я желала Аларика как никогда сильно.
Он целовал меня с почти отчаянной смесью страсти и нежности. Наконец, когда мои губы уже горели от его щетины, он взял мое лицо в ладони. Я крепко сжимала его предплечья, чтобы не упасть, потому что ветер уносил меня.
Что-то холодное промелькнуло в моих мыслях. Ветер?.. Что-то было не так. Эта мысль, которая то исчезала, то возвращалась, схватила меня и вернула сюда, обратно в реальность, в которой все это не имело права на существование и было лишь запретным желанием.
– Останься со мной, – серьезно произнес Аларик, и я отогнала прочь раздражавшие мысли, улыбнулась ему и наклонила голову, чтобы он мог еще раз меня поцеловать.
Но он не стал этого делать. В его глазах бушевала буря.
– Когда все это закончится, Лэйра, пожалуйста, останься со мной.
Это было его желание? Его… желание?
И внезапно все обрело смысл – ужасный смысл.
Мы заблудились в наших желаниях.
Что-то царапнуло мое сердце. Ветер – которого на самом деле не было. Имя, которое я забыла.
– Когда это… когда это закончится, – произнесла я, запинаясь, потому что вспомнить об этом было очень сложно, – я вый– ду замуж.
– Лэйра, нет. – Аларик отчаянно прижал меня к себе. – Не делай этого. Ты не должна этого делать. Мы оба знаем, что он…
– Десмонд, – прошептала я. Наконец его имя снова вернулось ко мне, а с ним и моя цель. Ласса и мюр! Как я могла его забыть?
Я должна найти путь. Этот дворец играл с нами. Он сбивал меня с толку и запутывал.
Я попыталась оттолкнуть Аларика в сторону, но он крепко сжал мои руки.