Дженнифер Барнс – Дурная кровь (страница 39)

В следующие мгновения они заполнили экран. Изображение человеческого тела, обгоревшего до неузнаваемости, ошеломило меня. Я села, невольно подтянув колени к себе и обхватив их руками, не в силах оторвать взгляд от экрана.

Умом я понимала, что убийства начались снова. Я знала, что на свободе неизвестный субъект, который стремится из ученика стать Мастером. Я даже знала его modus operandi.

Привязали к шесту, как пугало. Сожгли заживо.

Но есть разница – знать что-то или увидеть своими глазами. Я заставила себя посмотреть на фотографию жертвы – какой она была до того, как пламя пожрало ее тело, до того, как она превратилась в боль, скрюченную плоть и пепел.

Волосы у нее были длинные и светлые, бледность кожи подчеркивали хипстерские очки в темной оправе. И чем дольше я на нее смотрела, тем сложнее было отвести взгляд, потому что она выглядела не просто молодой, беззаботной и живой.

– Она выглядит знакомой. – Я не хотела произносить это вслух, но слова сорвались с моих губ, как раскат грома.

Слоан, сидевшая рядом, покачала головой:

– Я не узнаю́.

Майкл протиснулся за компьютер.

– Я узнаю́. – Он посмотрел на меня. – Когда мы расследовали дело Реддинга, когда вы с Лией отправились на ту студенческую вечеринку, вы ушли с ассистентом профессора, а я подошел позже. С ней.

Я попыталась воспроизвести в памяти ту сцену. Тогда убили студентку, modus operandi – как у Дэниела Реддинга. Майкл, Лия и я тайком ускользнули из дома, чтобы собрать информацию о потенциальных подозреваемых. В числе тех, с кем мы поговорили тогда, была эта девушка.

– Брайс. – Слоан прочитала имя в файле. – Брайс Андерсон.

Я попыталась вспомнить о ней больше, но единственное, что всплывало в памяти, – что она была в одной группе с первой жертвой и что эта группа изучала дело Дэниела Реддинга.

– Когда ты беседовала с моим отцом… – Дин говорил ровно, но я понимала, как тяжело ему дается такая отстраненность. – Он намекнул, что знает о существовании Мастеров. Какова вероятность, что они следили за ним?

Я видела логику в вопросе Дина. Если наша жертва связана с делом Дэниела Реддинга, есть по меньшей мере некоторая вероятность, что и неизвестный субъект – тоже.

Дверь номера открылась раньше, чем я успела облечь что-то из этого в слова.

– Вот так, – с упреком произнесла агент Стерлинг, входя в комнату, – выглядит лицо человека, который не собирается говорить ни слова – ни единого слова – о сомнительных решениях, которые могут побудить кого-то показать голый зад федеральному агенту. – Уголки ее губ слегка приподнялись. – Как только мы закончим в Гейтере, агент Старманс хочет взять отпуск. – Она уловила настроение в комнате и оценила выражения наших лиц. – Мы получили ответ от Селин?

В ответ Слоан развернула ноутбук, чтобы агент Стерлинг увидела экран. Невозмутимое выражение, которое приняло ее лицо в следующую секунду, без тени сомнения показало мне, что файлы, прикрепленные к письму, были новостью и для нее. Она знала первую жертву – и поняла связь.

– Вы взломали мой ноутбук. – Это не было ни вопросом, ни обвинением. Джуд, который последние часы старался нам не мешать, вошел как раз в этот момент, и Стерлинг встретилась с ним взглядом. – Сейчас ты скажешь мне, что отчитывать их – тратить слова впустую?

Дин подошел к ней.

– Сейчас вы расскажете нам о второй жертве.

Брайс убили 2 апреля. Следующие две даты Фибоначчи – 4 апреля и 5 апреля, – и сегодня было пятое. У нас было по меньшей мере две жертвы. К полуночи будет три.

– Речь о той же географической области? – спросила я у Стерлинг, надеясь услышать какой-то ответ. – О той же виктимологии?

– Вторая жертва как-то связана с моим отцом? – спросил Дин. – Или с тем курсом о серийных убийцах?

– Нет.

Это сказала не агент Стерлинг. Это сказала Слоан.

– Нет, нет, нет. – Слоан снова развернула ноутбук к себе. Ее пальцы безвольно лежали на клавишах, и я поняла, что она открыла остальные файлы, прикрепленные к письму Бриггса.

На место второго преступления было больно смотреть. Подвесить, как пугало. Сжечь заживо. Но на формах, сопровождавших фото, была написана фамилия, которая объясняла, почему Слоан прижала руки ко рту и сдавленно взвизгнула.

Тори Ховард.

Тори была связана с расследованием убийств в Вегасе. Ей было слегка за двадцать, она была фокусницей, и она выросла рядом с убийцей. А значит, двух жертв связывало не дело Реддинга. И не география. Их связывали мы. Дела, над которыми мы работали. Люди, с которыми мы разговаривали.

В случае Тори – люди, которых мы спасли.

– Она тоже любила его. – Слоан уже не прикрывала рот руками, но ее голос по-прежнему звучал сдавленно. Тори была в отношениях с братом Слоан, Аароном. Она горевала о нем, как и Слоан. Она понимала горе Слоан.

– Позвоните Бриггсу. – Слоан говорила тихо, крепко зажмурившись.

– Слоан… – начал Джуд, но она его перебила:

– Таннер Элиас Бриггс, номер социального страхования 449–872–16–56, по гороскопу Скорпион, почти Стрелец, рост один метр восемьдесят шесть сантиметров четыре миллиметра. – Слоан широко распахнула свои голубые глаза, ее губы были сжаты в тонкую линию. – Позвоните ему.

На этот раз агент Бриггс взял трубку сразу, как только агент Стерлинг набрала ему.

– Ронни? – раздался в комнате его голос. Всегда, сколько я его знала, он почти всегда отвечал на звонок, произнеся свое имя. Я задумалась, что это может означать – что на этот раз он назвал по имени ее.

– Здесь вся группа, – сказала агент Стерлинг, включая телефон на громкую связь. – Ребята взломали мой компьютер. Они видели файлы.

– Вы должны были мне сказать, – резко произнесла Слоан. – Когда узнали, что вторая жертва – Тори. – Ее голос слегка задрожал. – Я должна была знать.

– У тебя и так проблем хватало, – ответил Джуд, не Бриггс. – У всех вас. – Подойдя к Слоан, бывший морпех продолжил, уже немного смягчив свой обычный грубоватый тон: – Ты напоминаешь мне мою Скарлетт. – Джуд редко называл дочь по имени. И когда он это делал, это звучало очень весомо. – Иногда чересчур, Слоан. И каждый раз я обманываю себя, убеждая себя, что смогу защитить тебя.

Я видела, как Слоан пытается понять – то, что говорил Джуд, то, что это он решил держать все от нее в тайне.

– Сегодня пятое апреля. – Голос Лии звучал резко, но я не слышала в нем ни малейших ноток злости. – Четвертый месяц, пятое число. Где наша третья жертва?

Она задала этот вопрос, потому что Слоан не могла, и она задала его, чтобы напомнить Бриггсу, Стерлинг и Джуду, что ей они соврать не смогут.

Бриггс ответил коротко:

– Места преступления не обнаружено. Жертвы не обнаружено. Пока что.

Пока что. Это слово напоминало нам обо всех, кого мы не смогли защитить. Пока мы оставались здесь, в Гейтере, в поисках улик, погибли еще двое. И скоро к ним присоединится третий – присоединится к сотням жертв, убитых Мастерами за многие годы.

– Нужно просмотреть прошлые дела, – коротко сказала я, пытаясь отогнать подавляющие мысли о тех моментах, когда мы совершили ошибки: когда мы действовали недостаточно хорошо, действовали слишком медленно и погибали люди. – Выявить людей, которые с ними связаны.

– Женщины младше двадцати пяти, – тихо добавил Дин. – Даже если другие Мастера предложили нападать на людей из конкретного списка, чтобы передать сообщение ФБР, это мое испытание, и у меня есть свои предпочтения.

От слов Дина меня пробрал холод, потому что он облек в слова подозрение, которое до этого оставалось под поверхностью в моем сознании. Каждый Мастер выбирал девять жертв. Виктимология отличала их друг от друга.

Но на этот раз жертв выбирал не только сам убийца.

Это не просто ритуал. Это личное. Сколько раз я бы ни пыталась проникнуть в сознание нашего субъекта, я приходила к одним и тем же выводам. Кто-то превратил это в личное, потому что мы подобрались близко. Потому что мы в Гейтере.

– Мастера велели ученику убить Брайс и Тори из-за нас. – Я сглотнула, но продолжила говорить, не в силах остановиться. – Не уверена, это месть или попытка выманить нас из Гейтера, но если бы мы не оказались здесь…

Майкл отошел в другую сторону комнаты, прижав телефон к уху. Он ничего не сказал, сбросил вызов и набрал снова.

– Майкл… – начала Лия.

Он ударил кулаком в стену.

– Женщина, – произнес он, словно это было ругательство. – Младше двадцати пяти. Связанная с одним из предыдущих дел.

Впервые с того момента, как я познакомилась с Майклом, его эмоции были настолько прозрачны. Напуган. Ошеломлен.

И тогда я поняла.

– Селин, – сказала я. – Женщина. Студентка. – К горлу подступила желчь. – Она была «жертвой» в нашем самом последнем деле. Если они следили за нами… – Тело охватила тяжесть. – Она помогла нам установить личность Найтшейда. И мы только что обратились к ней с вопросом по новому расследованию.

«Не мы, – в ужасе осознала я. – Это была я. Это я предложила позвонить Селин – так же, как раньше решила увидеться с Лаурель».

– Она бы ответила. – Майкл снова и снова бил в стену кулаком, пока Дин не оттащил его. – Учитывая обстановку, она бы ответила. – Майкл попытался вырваться из хватки Дина, а потом резко замер. – Я сейчас попал на голосовую почту. Дважды.

Глава 50

Сколько бы мы ни звонили Селин, звонки переводились на голосовую почту. Бриггс отправил местного полевого агента к ее общежитию, но там ее не обнаружилось.