Дженнифер Барнс – Дурная кровь (страница 36)

– Ты обычно этим занимаешься. Говоришь с Кэсси. Потому что с Кэсси легко говорить. Она понимает, а я нет. – У Слоан перехватило дыхание. – Из меня просто сыпется дурацкая статистика. Я путаюсь под ногами.

– Это неправда. – Лия шагнула к Слоан. – Я знаю, что говорила такое, Слоан, но я врала.

– Нет. Не врала. Если бы Кэсси, Дин или Майкл застали тебя, когда ты хотела уйти, ты бы этого не сказала. Ты бы не захотела говорить подобное, потому что Кэсси, Дин или Майкл могут пойти с тобой, они умеют врать, хранить секреты и не говорить неудачные слова в неудачное время. – Слоан повернулась лицом к нам. – Но я не могу. Я правда путалась бы под ногами.

Слоан отличалась от нас всех. Для меня забыть об этом было легко – а для Слоан невозможно.

– И что? – возразила Лия.

Слоан несколько раз моргнула.

– Ты же ни капли врать не умеешь, Слоан. Но это не значит, что ты чем-то хуже. – Несколько секунд Лия просто смотрела на нее, а потом будто приняла решение. – Вот что я тебе скажу. Тебе, Слоан. Не Кэсси. Не Майклу. Не Дину. Знаешь о суде над ведьмами в Салеме?

– Двадцать человек были казнены с 1692-го по 1693-й, – ответила Слоан. – И еще семь умерли в тюрьме, включая по крайней мере одного ребенка.

– Знаешь про девочек, которые заварили всю эту кашу со своими обвинениями? – Лия сделала еще один шаг к Слоан. – Вот такой я была. Секта, в которой я выросла? Лидер утверждал, что у него видения. В итоге я начала ему подыгрывать. У меня тоже появились «видения». И я уверяла всех, что видения говорят мне: он прав, он справедлив, Бог хочет, чтобы мы подчинялись ему. Я возвышала себя, возвышая его. Он верил мне. А потом, однажды ночью, он пришел в мою комнату… – Голос Лии дрожал. – Он сказал мне, что я особенная. Он сел в ногах моей кровати, наклонился ко мне, и я начала кричать и метаться. Я не могла допустить, чтобы он коснулся меня, так что я соврала. Я сказала, что у меня было видение – среди нас предатель. – Она закрыла глаза. – Я сказала, что предатель должен умереть.

«Я убила человека, когда мне было девять», – говорила нам Лия несколько месяцев назад.

– Если бы мне нужно было выбирать, быть как ты или быть как я, – продолжила Лия, глядя Слоан прямо в глаза, – я бы предпочла быть как ты. – Лия отбросила волосы назад. – Кроме того, – продолжила она, сбрасывая эмоциональность, которую источала минуту назад, словно змея старую кожу, – если бы ты была как Кэсси, Майкл, Дин или я, ты бы не смогла извлечь никакой пользы вот из этого.

Лия сунула руку в задний карман и вытащила несколько сложенных листков бумаги. Я хотела посмотреть, что на них, но все еще была парализована словами, которые Лия только что произнесла.

– Карта? – спросила Слоан, просматривая страницы.

– План, – поправила Лия. – Всего участка – дом, амбары, плодородные участки, все с соблюдением масштаба.

Слоан обняла Лию, и, кажется, это были самые крепкие объятия в мире.

– «С соблюдением масштаба», – прошептала Слоан достаточно громко, чтобы и я смогла услышать, – три моих любимых слова.

Глава 45

Кмоменту, когда остальные проснулись на следующее утро, Слоан уже вычертила полную схему территории ранчо «Безмятежность».

Агент Стерлинг налила себе кофе, а потом повернулась к Лие:

– Еще раз устроишь что-то подобное, и вылетишь. Из программы. Из дома.

Не угроза. Не предупреждение. Обещание.

Лия и глазом не моргнула, но, когда Джуд откашлялся и повернулся к ней, она явно вздрогнула.

– Я могу позаботиться о том, чтобы ФБР не обращалось с вами как с расходным материалом, – сказал Джуд Лие ровным и тихим голосом. – Но я не могу заставить тебя уважать себя. – Кроме Дина, Джуд был единственным человеком, который всегда был рядом с Лией с тех пор, как ей было тринадцать лет. – Я не могу заставить тебя не рисковать жизнью. Но ты не видела меня после того, как не стало моей дочери, Лия. Если что-то случится с тобой? Если я снова погружусь в это? Я не могу обещать, что вернусь.

Лие было проще перенести чужой гнев, чем заботу. Джуд это знал – как и то, что она услышит, что каждое его слово правдиво.

– Ладно, – сказала Лия и отступила назад, подняв руки. – Я плохая, плохая девочка. Принято. Давайте сосредоточимся на том, что нам хочет рассказать Слоан?

Дин появился в дверях и заметил присутствие Лии.

– Ты в порядке?

– Более или менее. – Лия ответила небрежно, но одновременно шагнула к нему. – Дин…

– Нет, – ответил тот.

Нет, ты не хочешь этого слышать? Нет, она не может так с тобой обойтись?

Дин не стал пояснять.

– Слава богу, ты дома, Лия. – В дверях появился Майкл. – Дин проявил невыносимую склонность разговаривать о чувствах в твое отсутствие.

– Это будет неподходящий момент, чтобы сказать «эврика»? – перебила нас Слоан с пола. – Потому что – эврика!

Если бы Слоан была хоть немного способна к хитрости, я бы решила, что она может прийти Лие на помощь.

– Что ты нашла? – спросила я. Дин посмотрел на меня, и в его взгляде я отчетливо прочла, что я могла бы бросить Лие спасательный круг.

– Я начала с рисунков Лии и сравнила их со спутниковыми фотографиями территории ранчо «Безмятежность. – Слоан встала, поднялась на цыпочки и прошлась по периметру схемы, которую разложила на полу. – Все сходится, кроме… – Слоан опустилась на колени и показала на одну из построек поменьше. – Эта структура примерно на семь целых шесть десятых меньше внутри, чем следовало бы».

– Это часовня. – Лия отбросила собранные в хвост волосы за плечо. – Никаких символов конкретной религии, но назначение понятно по виду.

В памяти возник монотонный голос Мелоди. В «Безмятежности» я нашла равновесие. В «Безмятежности» я нашла мир.

Я снова повернулась к Слоан:

– Что это означает, что здание внутри меньше, чем должно быть?

– Это означает, либо у него ненормально толстые стены, – Слоан прикусила нижнюю губу, потом отпустила, – либо там есть потайная комната.

Не нужно было заглядывать глубоко в душу Холланда Дарби, чтобы догадаться, что он будет хорошо прятать свои секреты. Вот твоя безмятежность. Вот твой мир.

– К несчастью, – сказала агент Стерлинг, – все это не дает мне оснований для обыска территории.

– Нет, – сказала Лия, сунув руку в карман. – А вот это дает.

Она вытащила из кармана небольшой стеклянный флакон. Жидкость внутри была молочно-белой.

– Не знаю, что это, – сказала она. – Но Дарби снабжает свою паству хорошей дозировкой.

– Он их одурманивает. – Лицо Дина так и оставалось каменным – ни тени мягкости ни в отношении Лии, ни в отношении всей ситуации.

Агент Стерлинг забрала флакон у Лии.

– Я доставлю это в лабораторию. Если это вещество с ограниченным оборотом, я смогу получить ордер на обыск.

Слоан рассматривала флакон. Я бы предположила, что это какой-то наркотик.

Твоя мама умерла от передозировки. Я инстинктивно анализировала Слоан, но какая-то часть меня не могла перестать анализировать кого-то еще – что-то еще. Найтшейда и того жителя города, кто завлек его в сообщество убийц.

Есть тонкая грань между лекарством и ядом.

Глава 46

Агенту Стерлинг понадобилось двадцать четыре часа на то, чтобы получить ордер, и еще час, чтобы ФБР окружило территорию ранчо – и, что важнее, его владельца. К тому моменту, как Холланд Дарби и его последователи были задержаны и нам разрешили посетить участок, я ощущала, как время утекает с каждой секундой.

Сегодня пятое апреля. Напоминание билось в моем пульсе, когда мы подошли к часовне. Еще одна дата Фибоначчи. Еще одно тело.

Бриггс не звонил нам. Он не просил о помощи. Я заставила себя не думать об этом и открыла дверь часовни.

– Никаких религиозных изображений, – прокомментировал Дин.

Он был прав. Никаких крестов, никаких статуй, которые указывали бы на связь с одной из существующих религий, – и все же помещение явно предназначалось для религиозной службы. Здесь были скамьи и алтари. Мозаики на полу. Витражи, через которые в помещение проникали разноцветные лучи.

– Мы ищем ложную стену, – сказала Слоан, обходя комнату по периметру. Она остановилась перед деревянным алтарем у задней стенки. Ее пальцы ловко искали переключатель, какой-то рычаг.

– Вот оно! – Торжествующий голос Слоан смешался со скрипом деревяных деталей и заржавевших петель. Алтарь отодвинулся, открыв потайную комнату. Я шагнула к ней, но агент Стерлинг опередила меня. Держа правую руку на кобуре, она протянула левую Слоан.

– Оставайся здесь, – сказала она и вошла в помещение.

– Там узко, – сообщила Слоан, вглядываясь в темноту. – Судя по моим предыдущим расчетам, помещение, скорее всего, обходит всю часовню по периметру.

Я ждала; ровный звук шагов агента Стерлинг оставался единственным звуком. Дин подошел и встал рядом со мной, Майкл и Лия – по другую сторону. Когда агент Стерлинг вернулась, она убрала пистолет в кобуру и вызвала подкрепление.

– Что вы нашли? – спросил Дин.

Если бы спросил кто-то другой из нас, она бы могла и не ответить, но, учитывая их прошлое, проигнорировать Дина она не могла.