Дженнифер Барнс – Дурная кровь (страница 11)

– Он не станет, – вмешался Дин. – Он ценит внешнее впечатление. – Дин помолчал. – Если бы я был Тэтчером Таунсендом и имел какое-то отношение к исчезновению Селин Делакруа, что бы я делал? Устроил бы шоу еще получше обычного.

– А если Майкл будет стараться вывести отца из себя? – возразила агент Стерлинг. – Если он будет провоцировать отца, а тот сорвется?

Что-то темное и опасное сверкнуло в глазах Дина.

– Тогда Тэтчеру Таунсенду придется сначала пройти через меня.

– Если кто-то из вас двоих начнет задавать ему вопросы, – обратилась я к агентам ФБР, прежде чем они успели отреагировать на угрозу, проступившую в словах Дина, – вероятность того, что отец Майкла сорвется, очень мала. – Лия посмотрела на меня взглядом, говорившим «Ты не помогаешь», но я продолжала: – Тэтчер высокомерен и способен на масштабный самообман. Но, если он сорвется, когда рядом не будет других взрослых, он, возможно, выдаст нужную нам информацию.

Слоан откашлялась и попробовала поддержать мою позицию:

– По моим оценкам, отец Майкла имеет рост метр восемьдесят, вес семьдесят три килограмма. – Когда стало ясно, что мы не понимаем, к чему эти числа, Слоан пояснила: – Думаю, мы сможем его одолеть.

Хлопая ресницами, Лия повернулась к Джуду, который тоже успел присоединиться к обсуждению.

– Ладно, – сказал Джуд, поразмыслив некоторое время. – Но на этот раз камеры будут на вас.

Я потянулась к звонку на двери Таунсенда, но Лия нажала на дверную ручку и, обнаружив, что дверь не заперта, вошла. Рано или поздно она заставит Майкла заплатить за представление, которое он устроил в комнате Селин, но сначала она должна его спасти.

– Выпьешь? – Услышав голос Майкла, я тут же переступила порог следом за Лией. Я услышала тихий звон – стекло о стекло – и быстро поняла, что Майкл наливает себе и предлагает кому-то еще.

Следом за Лией я прошлась по дому. Слоан и Дин – за нами. В гостиной – там, где Бриггс и Стерлинг опрашивали родителей Селин, – обнаружились Майкл с отцом.

Тэтчер Таунсенд принял бокал, который наполнил для него Майкл, и поднял его. В уголках его губ играла дьявольская симпатичная улыбка.

– Тебе следовало бы отвечать, когда я звоню, – сообщил он, произнося эти слова как тост, как семейную шутку, которую знали они оба. Глядя на Тэтчера, я видела: этот человек для всех лучший друг. Он был идеальным продавцом, и лучше всего он умел продавать себя.

Майкл поднял свой бокал и очаровательно улыбнулся отцу.

– Делать то, что следует, – не по моей части.

Когда-то Майкл определенно боялся моментов, когда маска очарования сползала, открывая истинное лицо его отца. Теперь он превращал в силу свою способность заставить его проявить свое истинное лицо.

Но Тэтчер Таунсенд продолжал, словно не замечая насмешливых интонаций в голосе Майкла:

– Как ты, Майкл?

– Красив, склонен к приступам меланхолии и сомнительным решениям. А ты?

– Всегда такой бойкий, – сказал Тэтчер, покачав головой, и мягко улыбнулся, словно они с сыном делились приятными воспоминаниями. Краем глаза он взглянул на остальных.

– Похоже, ты сегодня не один, – сообщил он Майклу. Затем старший Таунсенд обратился к нам: – Полагаю, вы друзья Майкла. Я Тэтчер. Пожалуйста, входите. Берите напитки, если только вы способны удержаться и не донести на меня в ФБР за спаивание малолетних.

Отец Майкла был притягательным. Очаровательным, дружелюбным, впечатляющим.

«Ты живешь, чтобы тобой восхищались, – подумала я, – и, сколько бы боли ты ни причинил Майклу, ты не переставал излучать это очарование».

– Майкл, дорогой… – Лия прошла вперед и встала рядом с Майклом, взяв его за руку.

– Представь нас.

В одно мгновение Лия надела маску, которую я никогда раньше не видела. Это ощущалось в том, как она держала голову, как плавно шла, как музыкально говорила. Майкл взглянул на нее, прищурился, но, видимо, понял по ее лицу, что ему еще повезло и она решила не пытаться сделать впечатление более ярким.

– Это Сэди, – сообщил он отцу, обнимая Лию за талию и произнося ее псевдоним. – А в дверях задержались Эсмеральда, Эрма и Барф[4].

Впервые я заметила, что на лице Таунсенда-старшего промелькнуло раздражение.

– Барф? – Он взглянул на Дина.

– Это сокращение от Бартоломью, – невозмутимо соврала Лия. – В детстве наш Барф страдал от нарушения речи.

Как и я, Дин, вероятно, подозревал, что в безумии Майкла и Лии есть своя система, потому что он не произнес ни слова.

– Вопрос, – произнесла Слоан, подняв руку. – Я Эрма или Эсмеральда?

Тэтчер Таунсенд убедительно демонстрировал восхищение.

– Похоже, мой сын нашел место, которое ему как раз подходит. Простите, что моя жена не смогла присутствовать. Уверен, Майкл рассказал вам, что ее потянуло на приключения. Она руководит бесплатной клиникой здесь, в городе, но путешествует с «Врачами без границ» всегда, когда у нее появляется возможность.

Было сложно представить Тэтчера женатым на ком-то, кроме светской львицы. Интуиция подсказывала, что он упомянул, будто жену «потянуло на приключения», исключительно чтобы наказать сына за то, что тот не выдал ему наши подлинные имена. Кулаки – не единственное твое оружие. Ты человек большого ума – если только сын не заставляет тебя превратиться в нечто иное.

– Мы бы хотели задать несколько вопросов о Селин Делакруа. – Дин первым решил перейти к делу.

– Ну, Барф, – с упреком произнес Майкл. – Дай человеку хотя бы допить.

Тэтчер, не обращая внимания на сына, сосредоточился на Дине.

– Прошу, задавайте любые вопросы. Хотя мой сын стремится превратить все в шутку, могу заверить вас, что семья Селин и я сам относимся ко всему очень серьезно.

– Почему? – спросила Слоан.

– Боюсь, я не улавливаю.

– Почему вы относитесь к этому настолько серьезно? – Слоан наклонила голову набок, пытаясь свести вычисления. – Почему именно вы обратились в ФБР?

– Я знал Селин с тех пор, как она родилась, – ответил Тэтчер. – Ее отец – один из моих лучших друзей. Неудивительно, что я решил помочь.

Я заметила быстрое движение – Лия выпрямила указательный палец, держа его около бедра – указывая вниз, словно тайком показывала число «один».

Это его первая ложь. Учитывая, что мы знали про Тэтчера и Реми, которые занимались общим бизнесом еще до того, как оба обзавелись детьми, я сомневалась, что Тэтчер соврал о том, что знал Селин, а значит, он врал об отношении к ее отцу. Может, ты не считаешь его другом. Может, он перешел тебе дорогу. Может, ты предпочитаешь держать врагов поближе.

– Я очень ценю, что вы хотите найти Селин. – Тэтчер обращался непосредственно к Майклу. – Я тоже, но, сынок, ты не туда пришел искать эти ответы.

– Не в том месте, не в то время. – Майкл отпил немного. – Я на этом вроде как специализируюсь.

Я ожидала, что Тэтчер сорвется. Дин пододвинулся чуть ближе к Майклу. Но Тэтчер лишь улыбнулся и перевел взгляд с Майкла на другую цель.

– Слоан, да? – спросил он, демонстрируя, что знал наши настоящие имена с самого начала. – Я знаю твоего отца.

Некоторые люди умеют интуитивно обнаруживать чужие слабости. В это мгновение я не сомневалась, что Тэтчер Таунсенд сделал состояние именно на этом навыке. У меня скрутило желудок от мысли о том, какую боль одно упоминание отца причинит Слоан.

– У нас с Грэйсоном Шоу было несколько совместных инвестиций, – продолжил Тэтчер, произнося имя отца Слоан, словно они были старыми приятелями. – Он мне рассказывал, что ты довольно гениальна, но не упоминал, какой прекрасной девушкой ты стала.

Мне не нужна была Лия, чтобы сказать, что отец Слоан ничего хорошего о ней не говорил.

– Мне было очень жаль, – произнес Тэтчер, поймав взгляд Слоан и пристально глядя ей в глаза, – услышать о твоем брате.

Я хотела взять Слоан за руку. Но она не сжала пальцев. Ее руки безжизненно повисли.

– Нет, – возразила Лия, внезапно шагнув вперед. – Вам не было жаль. Вам, в общем-то, было все равно. И так уж вышло, когда вы сказали Майклу, что он ищет эти ответы не в том месте, единственная причина, по которой эта фраза была правдивой, – слово «эти». – Голос Лии звучал низко и растянуто. – Иногда лжец больше всего выдает в те моменты, когда говорит правду.

Что ж, перчатка была брошена. Тэтчер Таунсенд мог атаковать меня, Лию или Дина, и мы бы подыграли ему. Но он решил прицепиться к Слоан и приплел ее погибшего брата. С того момента, как мы вошли в этот дом, отец и сын вели игру, пытаясь перехитрить друг друга, пытаясь доминировать, утвердить свою власть и контроль. Теперь, когда Тэтчер использовал для этого Слоан, мне захотелось сказать ему, насколько он прозрачен.

– А за какими ответами Майкл должен был к вам прийти? – спросила я вместо этого. Иногда лучший способ поймать кого-то – дать ровно то, что этот человек хочет. В этом случае – контроль. – У вас достаточно власти. Вы держите все под контролем. Какие же вопросы ему стоит задать?

Таунсенд знал, что я ему льщу, но ему было все равно.

– Может, если вы мне намекнете, я смогу оказать вам услугу…

– Кстати, об услугах… – Майкл поставил бокал на стол. – Какие услуги оказывала вам Селин?

– Простите? – Тэтчер произнес это одновременно недоверчиво и оскорбленно. – На что именно ты намекаешь, Майкл? Какие бы разногласия между нами ни существовали, ты ведь не считаешь, что я связан с исчезновением Селин?