Дженнифер Арментроут – Рожденная из крови и пепла (страница 62)

Я бы не стала делать на это ставку, но и не стала бы сейчас зацикливаться на этом. Завтра будет достаточно времени для этого.

Кошмар.

Прутья.

Я смотрела на прутья, сделанные из позолоченных костей.

Мягкий материал скользнул по моим ногам, когда я отступила на шаг, мои ноги погрузились в мягкий мех. Я посмотрела вниз на полосу слоновой кости и увидела темно-розовые кончики своих грудей сквозь прозрачную одежду.

— Нет. — Мое сердце сильно забилось, а голова резко повернулась.

Золотые сундуки.

Золотой диван.

Моя голова качнулась в другую сторону, когда давление сдавило мою грудь. Я увидела большую кровать, застеленную золотыми одеялами и белыми мехами.

— Меня здесь нет, — хрипло прошептала я, медленно переводя взгляд на столбики кровати и пол у ее изножья.

Цепи.

Воздух, которым я дышала, стал разреженным, когда мой взгляд остановился на троне за позолоченной клеткой, установленной прямо перед кроватью.

Нет. Нет. Нет.

Это было не по-настоящему.

— Меня здесь нет, — повторила я, закрыв глаза. Меня здесь не было. Я сбежала. Я была свободна. Меня здесь не было. Я была в безопасности.

Воздух шевелился вокруг меня, поднимая крошечные волоски по всему моему телу. Сирень. Я чувствовала запах затхлой сирени.

— Я был так одинок, со'лис.

Каждая часть моего тела напряглась от звука этого летнего голоса. Меня здесь нет. Я замерла, крепко зажмурив глаза. Меня здесь нет. Я не…

Руки сжали меня, как тиски, впиваясь в бока. За моей спиной его сердце билось быстрее моего.

— Мне просто нужно обнять тебя, — взмолился Колис.

— Нет, — сказала я, — я знаю, что сказала это. Я почувствовала, как слово вырвалось из моей груди и вцепилось в мое горло. Я почувствовала, как двигается мой рот.

Но я больше не слышала своего голоса.

Я не издала ни звука.

Ничего.

Внезапно я перестала стоять. Он сидел на краю кровати, а я была у него на коленях, мои ноги болтались над полом. Это единственное слово снова сотрясло мою грудь и царапнуло горло. Мой рот снова шевельнулся, но у меня по-прежнему не было голоса.

На меня навалилась изнуряющая жара, и мои пальцы растопырились.

— Ты произнесла его имя, — прошипел он мне на ухо.

Нет. Нет. Нет…

Клыки вонзились в мою кожу, вызвав дрожь во всем моем теле.

Я выкрикнула это слово, и оно пришло из глубины моего существа. Оно прорезало мое горло и разорвало мой рот, но я слышала только звуки его приглушенных стонов, когда он сильнее и глубже вонзался в рану. Его рот двигался. Его тело двигалось под моим, и… о, боги, я могла чувствовать его…

— Лисса. — Голос теней и бархата пронзил золотую клетку.

Я бы узнала этот голос где угодно.

— Эш, — прохрипела я, его имя успокоило мое сердце и горло, и мой голос вернулся.

Прутья передо мной рассыпались, а сундуки и диван разлетелись в прах. Руки отвалились от меня, и платье исчезло…

— Проснись, Сера. Пожалуйста.

Мои глаза резко распахнулись. Я глотнула воздуха. В мягком свете лампы на тумбочке я увидела серебристые, с прожилками эфира, а не золотые глаза.

— Все в порядке. — Эш был надо мной, прядь каштановых волос свисала вперед и касалась его челюсти. — Тебе приснился кошмар.

Просто кошмар? Это было не так. Я все еще чувствовала вкус страха и отчаяния в глубине своего больного горла. Мог ли он уловить мои эмоции во сне? Боги, это был идиотский вопрос. Конечно, мог. Я, вероятно, проецировала их по всей спальне. И если я не проецировала, я могла бы что-то сказать. Мое горло было таким, как будто я кричала.

Закричала…

Паника взорвалась, окутав мое тело удушающим, раскаленным пламенем. Я открыла рот, но только тонкий, хриплый звук раздвинул мои губы. Мне нужен был воздух. Пространство. Все, что угодно. Я дернулась, едва не ударившись головой об Эша. Кулак сжал мое сердце. Мои легкие сжались, когда мои ноги запутались в одеяле…

— Сера. — Эш схватил меня за плечи, не давая упасть с кровати. — Посмотри на меня.

Я напрялась, пытаясь встать.

— Я не могу… вдохнуть…воздуха.

— Я знаю, Лисса. Я собираюсь помочь тебе. Мне просто нужно, чтобы ты посмотрела на меня, — сказал он. — Пожалуйста.

Мой взгляд метнулся к нему.

Его руки коснулись моих щек, и я ощутила их прохладу на своей слишком горячей коже.

— Послушай меня. Ты можешь дышать. Ты просто слишком быстро дышишь. Понимаешь?

Я кивнула, хотя мои руки свело судорогой.

Эш улыбнулся.

— Помнишь, чему я тебя учил раньше? Закрой рот и прижми язык к задней части зубов. Да. Вот так. — Его улыбка стала шире, как теплый ветер в осенний день. — Теперь мне нужно, чтобы ты выдохнула медленно и аккуратно на счет четыре. Ты сможешь это сделать?

Я снова кивнула, выполняя его указания.

— Вот и все. — Его глаза не отрывались от моих. — Теперь ты будешь вдыхать четыре секунды. Я буду их считать. Одна. Две. Три. Четыре. Выдыхай сейчас.

Эш продолжал считать, поднимая подбородок на вдохе и опуская его на выдохе. Его терпение не дрогнуло, когда секунды превратились в минуты. Он оставался со мной, пока мое дыхание не замедлилось, и я больше не хватала ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег.

Большие пальцы Эша прошлись по моему подбородку.

— Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо, — прохрипела я, мое лицо горело, несмотря на его прохладное прикосновение. Когда мой пульс замедлился, смущение возросло. Я закрыла глаза. — Мне так…

— Не извиняйся за это. — Пошевелившись, он потянул меня между ног и прижал к груди. — Никогда не извиняйся за это. У тебя нет причин для этого, как и нет причин чувствовать себя неловко.

Я прижалась щекой к его груди, не будучи в этом уверена.

— Я — Первозданная, — хрипло прошептала я.

— Недавно Вознесшаяся Первозданная.

— Я все еще взрослая женщина, — возразила я.

Рука Эша обхватила мой затылок.

— Я не думаю, что возраст имеет к этому какое-то отношение.

Так и должно быть, потому что… серьезно. Как я могла быть Королевой Богов, когда тупой кошмар мог отправить меня в паническую спираль? И почему мне вообще приснился этот кошмар? Опять? Это было… неуместно.