Дженнифер Арментроут – Падение руин и гнева (страница 25)

Я приказала себе развернуться, но это было не то, что я делала.

Медленно продвигаясь вперед, я стиснула зубы. Нет ничего плохого в том, что я не хочу вмешиваться, сказала я себе. Это не делает меня плохим человеком. Я доказала это прошлой ночью. Кроме того, что я могла сделать, чтобы остановить то, что должно было случиться? Грейди научил меня, как наносить довольно сильный хук справа, но я не думала, что это сильно поможет.

— И мне тоже не нравятся обвинения, которые вы выдвигаете, — продолжил мужчина. — Ему тоже не понравятся, и вас это должно беспокоить. Ты не неприкасаемый, что бы ты ни думал.

Отбросив в сторону лозу глицинии, я рванулась вперед.

В ответ раздался сухой смешок, от которого по моим обнаженным рукам побежали мурашки. Этот звук…

Мои глаза расширились, когда моя нога тут же зацепилась за выступающий корень.

— Черт, — выдохнула я, споткнувшись. Я схватилась рукой за шершавую кору ближайшего дерева и удержалась, прежде чем уткнуться лицом в землю.

Тишина.

Меня окружила полнейшая тишина, когда я медленно подняла голову с пылающим лицом. Я начала говорить — что именно, я понятия не имела, потому что все мысли вылетели у меня из головы, когда я увидела двух мужчин, стоящих под этими чертовыми сферами света, которые, казалось, появились из ниоткуда, чтобы засвидетельствовать мою абсолютную дурость. Они оба повернулись ко мне, и я сосредоточилась на том, от кого предостерегали мои чувства.

Он был блондином с бледной кожей. Высокий и привлекательный, его черты лица были настолько идеально очерчены, что можно было подумать, будто их вырезали сами боги, и я поняла, что это значит, еще до того, как увидела то, что было прикреплено к его бедру. У меня кровь застыла в жилах при виде тусклого, молочно-белого лезвия лунеи.

Я не знала, что потрясло меня больше — то, что моя интуиция действительно сработала в том, что касалось Хайборна, или то, что это привело меня к… к нему.

Пальцы запутались в виноградных лозах, я почувствовала, как мое сердце разливает ледяной шок по венам, когда мой взгляд метнулся к другому мужчине, и я поняла. Я поняла в тот момент, когда услышала тихий, прокуренный смешок.

Воздух вырвался из моих легких. Он стоял в тени и был одет во все черное. Он бы слился с толпой, если бы не мелькавшая кожа песочного оттенка. Я подумала, что, возможно, забыла, как дышать, когда он шагнул в мягкий свет шаров. Я была уверена, что земля ушла у меня из-под ног.

Это был он.

Мой лорд.

Твердая линия его подбородка изогнулась, а широкие сочные губы сложились в полуулыбку.

— Это становится привычкой.

— Что это? — Я услышала свой шепот.

Черты его лица снова скрылись в тени.

— Вот так встречаться.

— Кто это, черт возьми, такая? — Спросил другой Хайборн, возвращая мое внимание к себе.

— Я н-никто. Я… я просто следила за маленькими шариками света — мне нравятся шарики… из света, — выпалила я, и весь мой мозг сжался. Мне нравятся шарики? Боги. Отцепившись от веточки глицинии, я начала отступать на шаг назад. — Прости, пожалуйста, просто забудь, что я была здесь, что я вообще существую.

Лунный свет упал на нижнюю половину лица моего Хайборна — и, боги, он не был моим. Его ухмылка стала шире.

— Минутку, пожалуйста.

Это «пожалуйста» остановило меня.

Потому что лорд Хайборна, даже он, говорит такое? Со мной? С человеком низкого происхождения? Это было… это было неслыханно. Он даже не сказал этого прошлой ночью, когда просил меня о помощи.

Потом все произошло так быстро.

Другой хайборн выругался и метнулся назад, выхватывая лунный кинжал, но другой лорд был быстрее. Он схватил Хайборна за запястье и вывернул. Треск кости был подобен раскату грома… Я зажала рот рукой, заглушая крик.

Хайборн зашипел от боли, когда лезвие упало на землю.

— Ты сделаешь это, — его губы приоткрылись, — Ты пожалеешь об этом. На последнем издыхании ты пожалеешь.

— Нет, Натаниэль, — ответил Лорд, и в его голосе послышалась скука. Как и у Грейди, когда я начинала рассказывать о разных видах маргариток. — Я не пожалею.

Я лишь мельком увидела кулак Лорда. Всего за секунду до того, как оно ударилось о грудь Хайборна — о его грудь.

Тот, кого звали Натаниэль, запрокинул голову, его тело дернулось, когда моя рука соскользнула с моего рта.

— Еще минутку, — сказал Лорд довольно небрежно.

Золотой огонь вырвался из груди Натаниэля — или из руки Лорда, которая все еще была погружена глубоко в грудь. Огонь охватил Натаниэля колышущейся, неистовой волной яркого золотого пламени, и я внезапно точно поняла, как сгорели кузница и две бочки-близнеца. Через несколько мгновений от Натаниэля осталась только кучка пепла и несколько полос обугленной одежды рядом с упавшим клинком лунеи.

— Черт, — прошептала я, ужаснувшись… и немного испугавшись проявления силы, но больше всего я испугалась, когда подняла взгляд. Позади того места, где стоял Натаниэль, бледные цветы были забрызганы кровью, как я и видела.

Я подняла взгляд на Лорда, который… который едва мог ходить самостоятельно прошлой ночью, о котором я только что фантазировала, ублажая себя, и он…

И он испепелил другого своей рукой.

Если он мог так поступить с одним из своих, то что же, во имя всего святого, он мог сделать с низкорожденным?

Я неуверенно отступила на шаг, еще раз вспомнив, кем именно был этот лорд. Каким-то образом я забыла об этом.

— На’лаа, — тихо позвал Лорд.

Все мое тело содрогнулось.

Прядь волос скользнула вперед и упала ему на подбородок, когда он наклонился, вытирая руку об один из обрывков сгоревшей одежды.

— Тебе следует подойти поближе.

Я отступила еще на шаг.

— Я не уверена насчет этого.

— Ты, наконец, боишься меня? — Спросил Лорд, поднимая упавший клинок лунеи.

Я не была уверена, но знала, что должна бояться. Я должна была испугаться.

Он повернул голову в мою сторону.

— Не двигайся дальше.

Я отошла еще на несколько футов. Почему-то пожар, который он устроил, нервировал меня больше, чем то, как он вырывал трахею Веберу. Я даже не была уверена, почему, но…

Что-то зацепилось за мою косу, дернув меня назад. Я вскрикнула, когда боль пронзила шею и позвоночник. Мои ноги выскользнули из-под меня, когда меня развернуло. Чья-то рука сжала мое горло. Прижатая спиной к стенке, я схватила себя за горло и абсолютно ничего не слышала, когда увидела высокого лорда Хайборна сквозь колышущиеся лозы глицинии.

— Мюриэль, — протянул лорд, и меня охватил шок. Я знала это имя. Финн и Микки говорили об этом. — Я целый день искал тебя.

— Не подходи ближе, — предупредил тот, кто держал меня, когда я вцепился в его руку, ломая ногти о твердую плоть другого хайборна.

Лорд Хайборн медленно двинулся вперед, волочащиеся за ним лозы поднялись и убрались с его пути еще до того, как он коснулся их своим телом.

— Поправь меня, если я ошибаюсь, — сказал Лорд, игнорируя Мюриэля. — Но разве я не говорил тебе не двигаться?

— Я…

— Прекрати, — прорычал Мюриэль, обрывая меня. Его хватка на моем горле усилилась. Меня охватила паника. — Или я сверну ей шею.

— У нее красивая шея, — ответил лорд Хайборн. — Но почему, Мюриэль, ты думаешь, мне было бы не все равно, если бы ты ее сломал?

— Ублюдок, — прошипела я, прежде чем смогла остановиться, недоверие развязало мне язык.

Лорд склонил голову набок.

— Это было не очень любезно с твоей стороны.

Я уставилась на него, разинув рот. Прошлой ночью я помогла ему. Отвела его в безопасное место. Рисковала собственной жизнью, а ему было все равно, что мне свернут шею.

— Ты только что сказал…

Мюриэль впился пальцами мне в горло, оборвав мои слова сдавленным вздохом. — Что ты сделал с Натаниэлем? — Потребовал он ответа.