Дженнифер Арментроут – Королевство плоти и огня (страница 136)
– Ты имеешь значение. Мы. Мы выберемся. Вот это имеет значение.
Я сделала глубокий вдох, очищая разум от паники и сожалений, и кивнула.
– Готова, Поппи?
– Да.
Он опять улыбнулся, и на этот раз ямочки появились.
– Давай надерем им задницы.
– Давай, – прошептала я.
Кастил выкатился из-под катапульты и, вскочив на ноги, вонзил меч в первого солдата. Я бросилась следом, раздавая удары и держась ближе к нему. Я ошибалась: я не знала, что такое безумие, пока они не ринулись со всех сторон, пока не потянулись ко мне, сообразив, кто я.
Кожа стала скользкой от пота и крови, меч и кинжал грозили выскользнуть из рук. Я видела смерть, чувствовала ее запах и вкус. Спустя каждые несколько шагов, что нам удавалось пройти, нас окружали снова. Земля стала маслянистой от крови, я поскользнулась и вскрикнула, всаживая кинжал в чью-то грудь. Мышцы протестовали, но я замахивалась мечом, рубя шеи, животы и руки – рубя любого, кто подойдет слишком близко.
Меня ударили по щеке, и я налетела на Кастила. Восстановив равновесие, я лягнулась, повалив солдата на колени. Не раздумывая, обрушила меч на его голову и больше не смогла держать чутье взаперти. Оно открылось и вырвалось, создавая связи со всеми окружающими. У меня перехватило дыхание. О боги… сколько страха! Горечь смешивалась со вкусом крови, и я чуть не задохнулась. Я развернулась, и моя рука ударилась в руку Кастила, когда я пырнула кого-то…
Человека, который боялся.
Они боятся умереть, боятся бросить сражение и просто… боятся. Дрожа, я повернулась, глядя на лица: молодые и старые, белые, коричневые и черные. Их эмоции хлынули в меня. Я не могу от них закрыться. Нет времени, чтобы сосредоточиться: я отбивала удар, предназначенный Кастилу. Удар, который я отвела в последнюю секунду, а потом убила солдата. Убила человека, который излучал ужас.
И внутри меня что-то… что-то произошло. Оно проснулось и распространилось, заполнив мои вены и заставив кожу гудеть. Я прыгнула вперед, вогнала кинжал глубоко в грудь солдата, проглотила его страх и утонула в его страдании – в их страхе и страдании.
Меня схватили за косу и дернули назад. У меня подкосились ноги, и Кастил развернулся. В воздух и на наши лица опять хлынула горячая кровь. Он помог мне устоять, и наши взгляды сцепились, а потом мы опять отвернулись и с колотящимися сердцами, спотыкаясь, побрели через тела. Солдаты наступали. Раздавались приказы: «Схватить ее, убить его, взять обоих!» Внутри меня что-то взорвалось, впитывая весь страх, страдания, примитивные эмоции. И все это поднялось. Бурлящая масса эмоций впилась в мои внутренности, схватила за горло. Нужно закрыть это. Нужно закрыть все…
Я выронила меч и поднесла кинжал к собственной шее.
– Стойте! – закричала я. – Стойте, или я перережу себе горло.
Кастил крутанулся ко мне.
– Поппи…
– Я это сделаю, – предупредила я, когда какой-то солдат шагнул к Кастилу. – Я вскрою себе горло, если хоть кто-то сделает еще шаг. Сомневаюсь, что вы останетесь в живых, если это случится. Он вас всех уложит.
– Я сейчас уложу тебя! – прорычал Кастил.
Я не обратила на него внимания.
– А если не он, то как вы думаете, что сделает герцогиня? Королева? Они сделают то же, что вы сделали с нашими людьми. Вы умрете. Все до одного. Вот это я вам обещаю.
Побледневшие солдаты переглядывались. Несколько человек отступили…
Небо разорвал утробный вой. Отрывистое рычание и пронзительные вопли, исходящие из леса и словно бы со всех сторон. Этот зов нарастал и усиливался, ему вторил лай из-за деревьев, из кустов вдоль левой стороны Вала и с западной дороги.
Солдаты перед нами начали поворачиваться…
Из леса выскочили вольвены, они мчались по земле и взмывали в воздух – целое море меха и когтей. Они обрушивались на солдат, разрывая броню и плоть. Я увидела среди них Джаспера, Делано, Вонетту, но… но вольвенов было множество, и их согласованность…
Согласованность их действий была безупречной.
Огромный коричневый вольвен поднял голову и навострил уши. Другие начали делать то же самое, устремив на меня светящиеся бледные глаза.
Я медленно убрала кинжал от горла.
Внезапно раздался шум, словно обрушился Вал. Будто тысячи булыжников сыпались с неба, но Вал по-прежнему стоял, и не упало ничего, даже звезды. Я повернулась к Кастилу.
Он самодовольно ухмылялся, его глаза сияли. Глубоко вздохнув, он сделал шаг назад.
Звуки, похожие на раскаты грома, стали громче, и до меня дошло, что я слышу топот копыт.
Светлые лошади высыпали из-за деревьев и заполонили западную дорогу, взметая копытами пыль и клочья травы. Их ноги перепачканы грязью и кровью. Лунный свет отражался от золотых доспехов и занесенных мечей. Эти клинки, эти лошади сметали ряды солдат, а за ними развевались знамена со скрещенными мечом и стрелой на фоне солнца – с гербом Атлантии.
Атлантия пришла, и воинов сотни.
Они пронеслись мимо нас, потревожив пропитанный кровью воздух и взметнув выбившиеся из моей косы волоски. Они подожгли уцелевшие катапульты и фургоны и атаковали армию Солиса. Я знаю: они никого не оставят в живых. Уставшие мышцы рук расслабились.
Следом за войском прибежал большой вольвен с палевым мехом и ткнулся теплым влажным носом в мою левую руку. Я посмотрела в светло-голубые глаза.
Киеран опять толкнул мою руку, я разжала кулак, показывая золотую отметину и кольцо на пальце, и сказала хрипло:
– Да, ты это пропустил.
Он навострил уши и перевел взгляд на Кастила.
– Ты много чего пропустил, – добавил тот.
Киеран потрусил к нему, а я повернулась к темно-красному экипажу. Он остался невредимым.
Она еще там? Или сбежала?
Не успев понять, что делаю, я уже бежала к экипажу, почти не сознавая, что Кастил зовет меня по имени. Я резко распахнула дверцу, и герцогиня зашипела из полумрака. Она бросилась вперед и, увидев меня, задержалась в дверях.
Ее глаза удивленно расширились.
– Пенеллаф…
Я врезала ей в лицо.
Герцогиня качнулась назад и упала между сиденьями, держась за нос. Между ее пальцев текла кровь.
– Больно, – возмутилась она, сердито глядя на меня.
Я залезла в экипаж и пообещала:
– Будет еще больнее.
Она опустила руки.
– Когда ты стала такой вспыльчивой, Дева?
– Я всегда была вспыльчивой. – Я перехватила ее руку, когда она потянулась за чем-то. Мои пальцы сомкнулись на холодной коже. – И я никогда не была Девой.
– Была. Всегда была.
– Где мой брат? – настойчиво спросила я.
– Поедем со мной, и я покажу.
Я покачала головой.
– Где брат Кастила?
– Вместе с твоим, – ответила она, и я не поверила.
– Он жив?
– Который из них?
– Принц Малик.
– Как еще мы смогли бы вознести Тони, если бы он не был жив?
У меня упало сердце, и я выпустила ее руку.
– Ты лжешь.