Дженнифер Арментроут – Королевство плоти и огня (страница 117)

– Смотря какие. – Кастил пристально посмотрел на отца Киерана. – Если это истории о том, что было между моим младенчеством и Отбором, то ответ – нет.

Я подняла брови.

– Теперь мне точно интересно.

Оттолкнувшись от стены, Джаспер рассмеялся.

– Я не плел никаких баек. – Он помедлил. – Пока что.

Кастил сощурил глаза.

– А как насчет того, чтобы ты пресекала такие байки?

– Но мне интересно, – заявила я.

Джаспер опять усмехнулся. Сейчас, при солнечном свете, уже нельзя ошибиться в его сходстве с Киераном.

– У нас еще будет время. Я об этом позабочусь.

Он подмигнул мне, хлопнул Кастила по плечу и сошел с парапета.

– Забавно: Аластир умеет держать рот на замке, когда речь идет о неловких историях из моих ранних лет, и при этом свободно выкладывает то, о чем следует дважды подумать, – сказал Кастил, глядя, как Джаспер идет к сыну и Аластиру.

Пришел Беккет. Он с улыбкой смотрел на Джаспера, а я не могла не думать о страхе, который он испытал передо мной.

– А Джаспер тем временем ведет себя совершенно противоположным образом, – добавил Кастил.

– Мне правда интересны твои ранние годы.

– Не сомневаюсь.

Он повернулся ко мне, и впервые с тех пор, как Эмиль постучал в дверь, мы остались в какой-то степени одни.

Мы смотрели друг на друга. Так много нужно сказать, так много вопросов и слов остались непроизнесенными, но мы оба молчали. Кастил взял края моего плаща и стянул их потуже. Он не убрал рук, сжимая тонкую ткань в кулаках, а его взгляд блуждал по моему лицу.

– Поппи, тебе не нужно здесь стоять, – сказал он наконец.

– Знаю, но я хочу быть здесь, когда вернется Делано. – Я опустила взгляд на его руки. – Кроме того, я вряд ли смогу уснуть.

– Ты можешь попытаться.

– Ты тоже.

– Даже если бы я не был принцем, я был бы здесь.

Я подняла на него взгляд.

– Даже если бы я не собиралась стать принцессой, я была бы здесь.

Кастил застыл и, казалось, перестал дышать. Я ощутила захлестнувшую его бурю эмоций, таких острых и внезапных, что не смогла в них разобраться. Возможно, из-за собственного потрясения, потому что я еще никогда не чувствовала от него ничего подобного.

Потом Кастил пошевелился и поднял руку. Помедлил, словно проверяя, не оттолкну ли я ее. Я не оттолкнула, и он обхватил мою левую щеку, пальцами огладил шрамы.

– Кажется, я никогда не слышал, чтобы ты говорила о себе как о принцессе.

Разве?

Он перехватил мой взгляд, и минуло долгое, томительное мгновение.

– Нам по-прежнему о многом нужно поговорить.

– Знаю, – прошептала я. – Но придется подождать. Это я тоже знаю.

– А до тех пор? – Он шагнул ко мне вплотную, и у меня сперло дыхание. – Для меня честь, что ты сейчас стоишь рядом со мной.

Я не знала, что сказать, но поняла, что иногда ничего говорить не нужно.

– Хочешь есть? – спросил он. – Или пить?

Я покачала головой, а он поднял взгляд к западной части неба.

– Но тебе холодно.

– Совсем чуть-чуть.

– Чуть-чуть слишком холодно.

Он опустил руку мне на плечо и развернул меня лицом на запад. Я позволила.

Когда он обхватил меня руками, прижимая спиной к себе, я напряглась всего на пару секунд. А затем расслабилась в его теплых объятиях, приникнув головой к его груди. Кастил, похоже, выдохнул, и несколько минут мы просто стояли. Вместе.

– Джаспер вроде как не думает, что я происхожу из линии эмпатов.

– В самом деле?

– Он сказал, что никогда не слышал и не знал эмпатов, которые бы светились серебром.

– Я тоже, – согласился Кастил. – Но никакие другие линии не подходят. Единственное, о чем я еще могу подумать, тоже не подходит.

– Что же это?

– Что твои родители оба не были чистокровными смертными. Но если так, то ты помесь двух кровных линий, и трудно поверить, что Вознесшиеся не заметили обоих: ни твою мать, ни отца.

– И это означало бы, что Йен тоже частично атлантианец.

– Возможно.

Мое сердце учащенно забилось. Кастил прав. Это не подходит. Потому что зачем в таком случае вознесли Йена?

Если он в самом деле вознесся.

– Возможно, ты происходишь из редкой и старой линии эмпатов, – сказал Кастил. – То, что мы не слышали о ней и не видели ее, не значит, что она не существует.

Он прав.

Пока я смотрела на западное небо, мне кое-что пришло в голову.

– Джаспера избрали говорить за свой народ, потому что Аластир уже был советником твоих родителей?

– Аластир мог исполнять обе обязанности, но Джаспер… у него есть чутье. Не такое, как у тебя. Он просто больше настроен на людей и даже животных.

– И Киеран такой же?

Подбородок Кастила зацепил мою макушку.

– Джаспер однажды сказал, что у него в роду был ясновидящий – перевертыш, – и ему достались ослабленные способности. В юности я думал, что он просто выдумывает, но, похоже, он правда кое-что знает. Например, если надвигается буря, или какую сделать ставку. Иногда он заранее знает, как я поступлю.

Как и Киеран.

– А Вонетта не такая?

– Она больше пошла в мать – ну, если не считать поварских способностей. Но вспыльчивость – точно от нее.

Я улыбнулась.

– Я спросила Джаспера, ожидал ли он, что ты женишься.

– И что же он сказал?