Дженнифер Арментроут – Душа крови и пепла (страница 21)

— Ты не должен меня так называть.

— Тогда как же мне тебя называть? Может быть, по имени?

— Я… у меня… нет имени, — ответила она.

— Нет имени? Какое странное имя. Часто ли девочки с таким именем имеют привычку носить чужую одежду?

— Я не девочка, — огрызнулась она.

— Очень надеюсь, что нет.

Стоп. Я понятия не имел, сколько лет Деве. Назвав ее девочкой, я, конечно, пошутил, но…

— Сколько тебе лет?

— Достаточно взрослая, чтобы находиться тут, если тебя это волнует.

Облегчение, которое я почувствовал, было предупреждением.

— Другими словами, достаточно взрослая, чтобы маскироваться под другого человека, позволять другим верить в это, а затем разрешать им тебя целовать…

— Я понимаю, о чем ты говоришь, — перебила она, снова удивив меня. — Да, я достаточно взрослая для всего этого.

Знала ли она, что такое все это? Правда? Если да, то я многого не знал о Деве. Но я не думаю, что это так. Она не была похожа на человека, который на личном опыте знает, что это за вещи.

— Я скажу тебе, кто я, хотя у меня такое чувство, что ты уже знаешь. Я — Хоук Флинн.

Она на мгновение замолчала, а потом пискнула:

— Привет.

Это… Это было мило.

Я усмехнулся.

— Теперь твоя очередь назвать мне свое имя.

Когда она ничего не сказала, мой интерес только возрос. Я не ожидал, что она признается, кто она такая, но мне до смерти хотелось узнать, чем она поделится со мной.

— Тогда мне придется и дальше называть тебя принцессой. Самое меньшее, что ты можешь сделать, это сказать мне, почему ты не остановила меня.

Она упрямо молчала, зажав между зубами пухлую нижнюю губу.

Все мои мысли сосредоточились на этом, на ее губах. И, черт побери, в моей голове пронеслось множество мыслей, с которыми мое тело было постыдно согласно. Я слегка сдвинулся, скрывая свою реакцию.

— Уверен, что это не только из-за моей обезоруживающей внешности.

Она сморщила нос.

— Ну, разумеется.

Я рассмеялся, снова удивленный ею и собой.

— По-моему, ты только что меня оскорбила.

Она поморщилась.

— Я не это имела в виду…

— Ты ранила меня, принцесса.

— Я очень сомневаюсь в этом. Ты более чем хорошо осведомлен о своей внешности.

— Да.

Я усмехнулся.

— Из-за нее немало людей сделали сомнительный жизненный выбор.

Я надеялся, что это заставит ее сделать несколько сомнительных жизненных решений, которые учитывая место, где она сейчас находилась, были ей не чужды.

— Тогда почему ты сказал, что тебя оскорбили…?

Ее рот захлопнулся, и она снова прижалась к моей груди.

— Ты все еще лежишь на мне.

— Знаю.

— С твоей стороны довольно грубо продолжать это делать, когда я ясно дала понять: мне хотелось бы, чтобы ты слез.

— Грубо с твоей стороны врываться в мою комнату, одетой как…

— Твоя любовница?

Я на мгновение уставился на нее.

— Я бы не стал так ее называть.

— А как бы ты ее назвал?

Черт, как я должен был ответить на этот вопрос?

— Ээ…хорошей подругой.

Она вновь перевела взгляд на меня.

— Я не знала, что подруги так себя ведут.

— Готов поспорить, что ты не очень-то разбираешься в таких вещах.

— И ты готов поспорить всего из-за одного поцелуя?

— Одного поцелуя? Принцесса, много чего можно узнать по одному поцелую.

Она замолчала, а мне… нужно было знать, почему она здесь, в «Красной жемчужине», в этой комнате, в плаще служанки. И где была ее охрана? Я сильно сомневаюсь, что они позволили ей прийти сюда. А если это так, то мне нужно знать, кто из них это сделал, чтобы быть уверенным, что это не тот, кто оказался мертв.

Но я начал с самого насущного вопроса.

— Почему ты не остановила меня?

Ожидая ответа, я проследил взглядом за ее маской, затем ниже, туда, где расходился плащ…

Меня словно ударило в грудь, когда я увидел, что на ней надето.

Точнее то, чего на ней не было надето.

Декольте было глубоким, обнажая удивительные выпуклости ее груди, а платье, из какого бы шелковистого материала оно ни было сшито, стало моим любимым. Оно было почти прозрачным и настолько тонким, что на мгновение мне показалось, что боги проснулись, чтобы благословить меня. Или проклясть.

Но если это и было проклятием, то стать проклятым не так уж плохо.

Однако все это не объясняло, почему нетронутая, чистая Дева оказалась одна в «Красной жемчужине», печально известном доме удовольствий в Масадонии. В комнате один на один с мужчиной, который, по ее мнению, считал ее кем-то другим. Разрешив поцеловать себя, не сказав и слова против этого. Черт, она поцеловала меня в ответ. По крайней мере, начала. И она была одета как… Она была одета для полного разврата.

Мне вдруг стало трудно дышать, когда я перевел взгляд на нее. Меня охватило чувство понимания, за которым быстро последовало неверие. Была только одна причина, по которой она могла оказаться здесь.

И все эти причины интересовали меня больше, чем что-либо за последние… за целую вечность. А зря. Мне только что подарили золотого гуся. Ведь это был идеальный шанс похитить ее. Я мог бы выскользнуть из города прямо сейчас.

Не нужно было продолжать притворяться послушным и верным стражем Вала. Не нужно приближаться к ней. Черт, да я и не мог сблизиться с ней ближе, чем сейчас.