Дженнифер Адамс – Анна и поцелуи под луной (страница 4)
Франц моргнул. Откуда маленькая Анна могла знать о таких вещах? Впервые в жизни он присмотрелся к ней. На Анне было темное платье с высоким воротником и теплая шаль, которая покрывала ее плечи и грудь, а длинные волосы были заплетены не как обычно, а в косу, из которой выбились несколько прядей. Взгляд ее был серьезным и требовательным, и внезапно она перестала напоминать ту девочку, которую Франц знал с детства.
– Эмми бросила меня, – повторил он.
Анна кивнула.
– Ты уже это говорил.
– У нас с Эмми был ром… Да, у нас был роман здесь, в Бадене…
– Понимаю. И ты хотел возобновить летний роман, а она нет.
– Она выходит замуж. За плотника по имени Якоб.
– Она имеет право.
– Она хочет детей… Но у нас же…
Анна покачала головой и коснулась его руки.
– Ты действительно думал, что ваши отношения продлятся долго? Признайся, ты не женился бы на ней и не подарил бы ей детей.
– Нет, конечно, нет. Это было бы…
– Вот именно.
Франц замолчал.
– Ты любишь ее? – спросила Анна и снова тронула его руку. Франц колебался.
– Отчасти да, – сказал он наконец.
– А этого не всегда достаточно.
– Какие мудрые изречения для такой юной леди!
– Ты просто насмехаешься надо мной. Ты всегда меня недооценивал!
Возможно, в этом Анна была права. Он никогда не видел в ней кого-то большего, чем просто подругу младшей сестры, в конце концов дальнюю родственницу, которая едва повзрослела. Но когда она села рядом и абсолютно невозмутимо заговорила с ним об Эмми и об окончании его романа, он с трудом мог узнать ее.
– А ты любишь Хенри? – вырвалось у Франца.
Ему показалось, что ее
– Очень сильно или только отчасти? – допытывался Франц.
– Это не твое дело, – отрезала Анна. – Между нами определенно нет никакого социального неравенства, и мы будем очень счастливы вместе.
Порыв ветра отбросил со лба Анны выбившуюся прядь, заставив Франца оцепенеть.
– Тебе не следует сидеть здесь в одной рубашке. Ночной воздух прохладен, – сказала Анна, поднимаясь. Она сняла с плеч шерстяную шаль и накинула ему на плечи.
– Я пойду в постель. Спокойной ночи, Франц. И не теряйся в жалости к себе. Тебе это не подходит.
Прежде чем Франц смог сформулировать ответ, Анна исчезла где-то в темноте среди кустов.
Глубоко вздохнув, Франц поднял бутылку, но она оказалась пуста. Он осторожно встал. Он мог вынести многое и на самом деле еще не достиг состояния полного опьянения, к которому стремился весь вечер. Однако острая боль в груди, казалось, утихла.
«Эмми бросила меня», – неуверенным шепотом Франц еще раз подвел ужасный итог этой ночи и прислушался к себе. На самом деле мысли об их разрыве уже давно перестали причинять боль. Возможно, теперь ему удастся поспать.
Он закутался в шаль Анны и, слегка покачиваясь, направился в сторону дома. Удивительно, сколько всего сейчас знают эти юные невинные девушки.
Франц тихо вошел в свою спальню. Внезапно на него навалилась дикая усталость. С большим трудом ему удалось стянуть с себя сапоги. Измученный, он опустился на кровать, даже не откинув одеяла. На то, чтобы продолжать раздеваться, у него не хватило сил.
Он стянул с плеч шерстяную шаль Анны, смял ее и сунул под голову. От нее исходил нежный аромат солнца и лета, цветов и смеха. Франц заснул с улыбкой на губах.
Фройляйн Нахтхайм с облегчением узнала, что Фрида фон Биндхайм и ее компаньонка мисс Вудман приедут за Анной в карете. Однако сама Анна недовольно фыркнула, потому что предпочла бы прогуляться по городу пешком. С другой стороны, ей не обязательно было выходить за пределы слышимости компаньонки при встрече с Фридой, потому что такие секреты, какими она делилась с Элизой, она ни в коем случае не могла доверить Фриде. Хорошая девочка покрылась бы румянцем, услышав их.
Анна надела новую розовую шляпку на аккуратную прическу, разделенную пробором посередине, с ниспадающими локонами по бокам. Поля шляпки были немного шире, чем позволяла мода в прошлом сезоне, и на их внутренней стороне красовался шелковый цветок более глубокого розового оттенка с миниатюрными шелковыми зелеными лепестками. Аналогичное украшение было и на внешней стороне шляпки, а широкие шелковые ленты обвивали тулью и ниспадали по плечам Анны. Пока не было ветра, она не завязывала их, чтобы не нарушить прекрасный ансамбль с белым платьем.
Горничная доложила о прибытии кареты, и Анна поспешила по лестнице вниз. Только на пороге она остановилась, спокойно вздохнула и затем размеренным шагом вышла из дома. Фрида была очень рада встрече, попросила поскорее сесть в карету и с восхищением посмотрела на ее шляпку.
– Это мисс Вудман. Она приехала из Англии, – наконец представила Фрида свою компаньонку, когда лошади тронулись. – Она в городе совсем недавно и, к счастью, говорит по-немецки! А это баронесса фон Креберн.
– Баронесса, – произнесла мисс Вудман с заметным акцентом. Она попыталась сделать книксен, что в карете было немного неуместно. Явно старше тридцати, она своим узким лицом, длинным носом и маленькими глазками напоминала мышку.
– Мисс Вудман,
–
– Полагаю, мне следует практиковаться, – Анна улыбнулась и продолжила по-английски: – Мой жених – граф Дэллингем. Мы поженимся в августе, а затем переедем в Англию.
– Как чудесно, – сказала мисс Вудман. – Это великолепная страна, сами убедитесь.
– Я надеюсь, что к тому времени мои языковые навыки будут достаточно хорошими. Всю зиму меня учила английскому языку преподаватель, которую нанял для меня Хенри – лорд Дэллингем. Сейчас мне приходится полагаться лишь на книги, чтобы продолжать обучение. Иногда я даже не знаю, как правильно произносить слова.
– Я буду рада помочь вам, баронесса. – Мисс Вудман приветливо кивнула.
– Все это звучит очень интересно, – сказала Фрида, прежде чем Анна смогла продолжить. – Только я не поняла ни слова!
– Тебе тоже стоит воспользоваться возможностью поучить английский язык, Фрида, – посоветовала ей Анна и подмигнула. – Кто знает, не проведет ли лето в нашем прекрасном Бадене и в этом году какой-нибудь молодой лорд.
Фрида слегка покраснела, потом посмотрела вперед и указала на торговые павильоны, к которым они направлялись.
– Видите, мы уже приехали. О, как мне хочется узнать, что может предложить мсье Мезюр. В прошлом году я надеялась купить складной зонтик, но к тому времени, когда окончательно решилась, все они уже были распроданы.
– Какая хорошая идея – такой зонтик наверняка создаст тень даже при низко стоящем солнце.
Девушки вышли из кареты, ведя непринужденную беседу. За ними последовала мисс Вудман. Павильон № 16 находился справа, и Анна и Фрида были не первыми дамами, которые увидели только что прибывший товар. Торговец рекламировал изысканные зонтики, произнося отрепетированные фразы, призванные подчеркнуть долговечность и качество зонтиков.
Глаза Фриды засияли.
– Как ты думаешь, Анна, подходит ли мне этот желтый цвет? Он выглядит таким восхитительно солнечным.
– Да, этот цвет тебе к лицу, но это же не складной зонтик, ведь так?
– Хм, боюсь, что не он.
В нерешительности Фрида вернула зонтик на место.
– Вы ищете кникер[4]? – спросил мсье Месюр Бефиссен. – Тогда смотрите сюда. У меня есть еще одна очень красивая модель в желтом цвете. Или, быть может, вам понравится персиковый?
Пока Фрида и мисс Вудман рассматривали зонтики, Анна бросила взгляд в сторону. В городе пока было не так много гостей, однако вскоре, с прибытием семьи Великого Герцога в их летнюю резиденцию, ситуация кардинально изменится. Начнется череда балов и концертов, а Лихтенталлер-Аллея окажется настолько оживленной, что пройти мимо друг друга станет практически невозможно. О, как Анна предвкушала эту суету!
Был ли сезон в Лондоне таким же захватывающим? Но там она была бы чужой и не знала бы никого, кроме Хенри…
Взгляд Анны остановился на молодом человеке, которого она слишком хорошо знала. Франц стоял по диагонали от одного из павильонов и в тот момент рассчитывался. Затем он развернулся, намереваясь уйти. Однако замедлил шаг, ощутив на себе пристальный взгляд Анны. Мгновение он колебался, но затем направился к ней.
– Ma chère cousine[5], – поприветствовал Франц, подойдя к ней, и поклонился, когда Анна сделала реверанс. – Я рад снова видеть тебя здесь в этом году.
– Франц! Я тоже рада этому. Когда ты приехал? – притворно спросила Анна. – Я думала, твоя семья прибудет только завтра. Ты даже не поприветствовал нас.
– О, вчера поздно вечером. У меня случилась небольшая неприятность с каретой.
Анна хмыкнула и не смогла сдержать улыбки.