Дженни Ниммо – Чарли Бон и Алый рыцарь (страница 39)

   Начался дождь. Женщина посмотрела в окно. Не так давно прошла очень сильная гроза. Она, конечно, знала, что ее вызвал не кто иной, как Лорд Гримвальд, который пытался утопить Лайелла Бона. Элис была светлой ведьмой и обладала даром ясновидения, и теперь она чувствовала, что Повелителя Океанов нет в живых.

   Но иногда, правда довольно редко, интуиция ее подводила. Вот и сейчас Элис не могла понять истинное происхождение непогоды. Капли необыкновенного дождя стали размером с чашку воды. Вскоре они превратились в ведра. Ух! Какие брызги! Машины возмущенно гудели, птицы прятались в укрытия.

   По улице шел одинокий пешеход в коричневом плаще и широкополой непромокаемой шляпе. Он шагал по направлению к их дому, размахивая старомодной докторской сумкой, и, казалось, дождь его ничуть не беспокоил.

   Вскоре раздался звон колокольчика и удивленный вскрик Бабушки Мэйзи, открывшей дверь посетителю.

   Элис уронила книгу, с которой в этот момент стирала пыль, и кинулась вниз по лестнице, прыгая через две ступеньки.

   Когда она добралась до кухни, то обнаружила человека в непромокаемой шляпе, сидящим за столом с сумкой на коленях. С его шляпы, плаща и с больших коричневых усов капала вода.

   — Мэйзи! — воскликнула Элис, глядя на незнакомца, — с тобой все в порядке?

   — Да, не беспокойся, — хозяйка нахмурилась, глядя на маленькие лужицы, образовавшиеся на ее недавно вымытом полу, — просто я не привыкла видеть этого молодого человека с усами.

   Незнакомец поднес руку к усам, но Мэйзи его остановила:

   — Нет, нет, не снимай их. Бабушка Бон может тебя узнать.

   Крепко прижав усы к верхней губе, парень сказал:

   — Извините за беспорядок, Миссис Джонс. Я по привычке. Не смог удержаться.

   — Я так и подумала, — проворчала Мэйзи и взяла швабру, — познакомься, Элис — это Танкред Торссон, повелитель штормов и друг Чарли.

   — Ах, вот в чем причина дождя!  — Мисс Энджел посмотрела в окно, — а почему ты не в академии?

   — Официально считается, что я умер, — мрачно сказал Танкред, — Меня утопил мальчик по имени Дагберт Эндлесс, или почти утопил.

   — Теперь понятно, — Элис сразу оценила ситуацию.

   — Мне ужасно скучно, — продолжил парень с приклеенными усами, — всю неделю не с кем поговорить. Я понятия не имею, что происходит в школе и чувствую себя не в своей тарелке. Понимаете, мой дом далеко отсюда — наверху на холмах...

   Он внезапно остановился и нахмурился, опасаясь, что и так сказал много лишнего:

   — Простите, а Вы кто?

   — Я крестная мать Оливии Карусел, — успокоила его Элис, девочка попала в беду, поэтому я сейчас здесь.

   — Правда? — Танкред нетерпеливо наклонился вперед, — Наконец-то хоть какая-то новость. В какие неприятности угодила Оливия на этот раз?

   — Все гораздо серьезнее, — укоризненно сказала Элис, — ее поймала в ловушку сильная черная ведьма.

   Танкред откинулся назад и задумался:

   — А-а-а, Вы, должно быть, имеете в виду Миссис Тилпин.

   Элис тяжело вздохнула:

   — Боюсь, что да.

   Вдруг она оглянулась через плечо:

   — Сюда кто-то идет. Приготовься, Танкред.

   Парень принял серьезный вид, выпрямил спину и положил руки на свою сумку. Дверь открылась, и на кухню вошла заспанная Бабушка Бон в халате и в тапочках на босу ногу.

   — Где мой чай? — спросила она, зевая, — Сейчас ведь время пить чай?

   — Думаю, Вы правы, Гризельда, — кивнула Мэйзи и поставила чайник на плиту.

   Бабушка Бон повернулась и уставилась на Элис и Танкреда:

   — Что здесь делают посторонние? Это не ваш дом.

   — Можно я поживу у Вас некоторое время? — Элис одарила Гризельду лучезарной улыбкой с толикой магии, — меня зовут Элис Энджел, помните?

   — Кажется, да, — Бабушка Бон снова зевнула, — А ты кто такой? — переключилась она на Танкреда.

   Парень вскочил на ноги и услужливо открыл свою сумку. В ней лежали осколки разбитой фарфоровой посуды, частично завернутые в папиросную бумагу. Танкред собрал все черепки сервиза, которые его мать приготовила для склеивания. Бедная Миссис Торссон теперь пользовалась только пластиковыми чашками и блюдцами, поскольку ее муж и сын не могли себя контролировать и, поднимая ураганный ветер, постоянно разбивали стеклянную посуду.

   — Ну и что дальше? — Бабушка Бон брезгливо ткнула костлявым пальцем в битый фарфор, — Ты пытаешься продать мне этот хлам?

   — Не совсем так, Мадам, — ответил Танкред нарочито хриплым голосом, — я его склеиваю. У Вас есть разбитый фарфор?

   Бабушка Бон с неприязнью посмотрела на бессовестного проходимца:

   — Нет. А если бы и был, тебе его я бы не отдала.

   Не зная, что ответить, Танкред пожевал губами и сел на стул.

   — Ваш чай готов, Гризельда, — сказала Мэйзи, — я положила на блюдце печенье, как Вы любите.

   Бабушка Бон молча взяла чай и печенье и вышла из комнаты, как всегда, забыв сказать спасибо.

   — С Миссис Бон все в порядке?  — тихо спросил Танкред, — мне кажется, что она не такая, как обычно.

   Мэйзи засмеялась:

   — Она стала такой с тех пор, как приехала Элис, — думаю, наша гостья наложила на старушку свои чары.

   Элис взглянула на свои длинные, изящные пальцы:

   — Может быть и так. О, смотрите-ка, дождь прекратился.

   Танкред смущенно улыбнулся и встал:

   — Я собирался подождать Чарли, но, думаю, он не скоро вернется, так что я, пожалуй, пойду. Передайте ему, что мы увидимся завтра, скорее всего, в Книжном магазине.

   Мэйзи проводила его до дверей:

   — Я предупрежу Чарли о твоем маскараде..., — она дотронулась до своей верхней губы и лукаво подмигнула.

   — До свидания, Миссис Джонс.

   Танкред уверенно шагал по улице Филберта. Он заметил, как несколько человек грузили в машины чемоданы, сумки, матрацы и домашние растения. Люди и раньше уезжали по пятницам, чтобы провести за городом уикенд. Но судя по количеству вещей, не вызывало сомнений, что их владельцы уезжают не на выходные, а навсегда.

   На Главной улице почти никого не было видно. Что происходит? Любопытство взяло верх над осторожностью.

   — Извините, — обратился он к встревоженной матери, качавшей коляску с маленьким ребенком, — что-то случилось? Я имею в виду, где все?

   — Туман.

   — Туман? — Танкред оглядел улицу, — но я не вижу никакого тумана.

   — Он приближается, — женщина пошла дальше.

   — Я не понимаю, — крикнул он вслед незнакомке, — откуда Вы знаете? Что за туман?

   — Плохой. Он исходит от реки, — незнакомка почти бежала, — слушай радио.

   Новость ошеломила Танкреда. Он стоял и смотрел по сторонам: спешно закрывались все магазины; машины, ревя моторами, неслись с бешеной скоростью прочь из города, нарушая все ограничения скорости.

   Мальчик передумал идти домой. Он почти добрался до Книжного магазина Мисс Инглдью, но что-то заставило его свернуть на улицу Пимини.

   Танкред решил навестить Миссис Кэттл. Он не видел ее уже довольно давно и захотел убедиться, что она в безопасности на улице темных чародеев и ведьм.

   В отличие от другой части города, здесь никто никуда не собирался уезжать. Вокруг гуляли толпы народа и, похоже, людей стало гораздо больше, вернее странных личностей, одетых в платья давно ушедшей моды.