Дженни Холландер – Все, кто мог простить меня, мертвы (страница 12)
В тот первый вечер я пошла к Кейт, держа в руках мягкий зеленый плед, и робко постучала в дверь. Внутри раздался хохот, но никто мне не ответил.
Я постучала еще раз.
Она открыла дверь. Веселая, босая, в шортах и гигантской футболке.
– Чарли! – радостно воскликнула она, как будто увидела старого друга.
– Спасибо, возвращаю, – сказала я, протягивая плед, но Кейт уже махала мне: «Давай, заходи!»
У нее на кровати худенький парень с платиновыми волосами и в круглых очках сворачивал косячок.
– Знакомься, это Гуннар! – взвизгнула Кейт. – Гуннар, это Чарли, помнишь, я говорила, она тоже с «Журналов»…
– Привет, – ответил Гуннар. – Чарли – это же мужское имя, разве нет?
– Извини за сегодняшнее утро, – сказала Кейт. – Ты, наверное, подумала: «Какая-то чокнутая!»
– Ну…
– Со мной было то же самое, – сказал Гуннар. – Я только прилетел, приехал сюда и, типа, так устал. Кейт схватила меня и завопила. – Он запищал с американским акцентом: – «Боже мой, Гуннар, ты из Осло, это так клево!»
– Эй, «клево» я не говорила, – смеясь, сказала Кейт. – Чарли, а хочешь пиццу? Чарли из
– В Америке очень классная пицца, – сказал Гуннар.
– Уверена, в Норвегии тоже есть много чего классного, – любезно ответила Кейт.
Я думала, как бы мне уйти. Кейт была такой милой, веселой и жизнерадостной, но на лице Гуннара читалось равнодушие, и я так ужасно устала.
– Наверное, мне лучше, ну…
– Лучше остаться и затусить с нами! Пожалуйста! – Кейт похлопала по кровати рядом с собой. – Нам с Гуннаром нужен новый лучший друг!
– Да хватит уже, – проворчал Гуннар.
– А еще, еще… – Кейт нырнула под кровать и начала что-то там искать. – …где-то тут… Ага, вот!
Она радостно помахала перед нами бутылкой водки.
Я посмотрела на Гуннара. (Мне было двадцать три, не пятнадцать.)
– Американцам позже разрешают пить, – объяснил Гуннар. – В двадцать один. Они так, – ухмыльнулся он, – этого ждут.
– Да я уже давно пью, – быстро сказала Кейт. Она сделала глоток водки и поморщилась. – Брр. Я, конечно, привыкла, но все-таки… брр!
– Ну да, привыкла она. – Гуннара явно не убедили ее слова. – Еще что-нибудь найдется?
Немного пошарив под кроватью, Кейт бросила ему банку диетической колы. Гуннар встал с кровати – ростом он был ниже меня и Кейт, стройный, грациозный, чем-то похожий на танцора, – и налил водку с колой в пластиковые стаканчики.
– Не думаю, что это вкусно, – сказал он, протягивая мне стаканчик.
К тому моменту, когда принесли пиццу, я уже освоилась: мы с Кейт хихикали, расслабленно растянувшись на полу. Ее нога иногда случайно задевала мою. Я всегда питала слабость к «Кейт мира сего»: веселым девчонкам, которые говорили все, что взбредет им в голову. Как и все они, Кейт быстро привязывалась к людям – не знаю, была ли она такой всегда или же так на нее повлияла водка, мне было все равно, – она постоянно дотрагивалась до меня, тянулась к моей руке, и от этого я чувствовала себя в безопасности.
– Эй, эй. – Она тыкала пальцем в телефон. – Зак пишет, что у них намечается вечеринка. Мы же пойдем, да?
– Стеф и Зак – та еще
– Тебе надо просто узнать его получше. – Кейт склонилась над телефоном, ее ногти застучали по экрану. – И они не
– Джордан? – переспросила я.
– Скоро познакомитесь, – сказала Кейт, кидая телефон в сторону. – Прикончим пиццу? Я написала Заку, что мы придем через пятнадцать минут.
Апартаменты Зака были в нескольких кварталах от нашего кампуса, на предпоследнем этаже
– Так-так, кто это тут у нас, – сказал он хриплым голосом. – Моя любимая близняшка. И… – Он перевел взгляд на меня. – Мы же не знакомы, да? Я Зак.
– Чарли.
Что-то смутило меня в том, как он смотрел на нас с Кейт. Как на добычу.
– И тебе привет, – буркнул Гуннар.
– Что ж, добро пожаловать в Шато де Зак! – Зак жестом пригласил нас пройти за ним в стильную просторную кухню. За окном виднелась пожарная лестница, вся в сверкающих огоньках. – Могу я предложить вам что-нибудь выпить,
– От сидра бы… – начала я, и Зак бросил мне банку, но я не смогла ее поймать, она с
По винтовой лестнице на кухню взбежал парень с веснушками и волосами пшеничного цвета. Он поднял мою банку. На нем была рубашка в цветочек и шлепанцы, обычно так ходят мачо, но он, увидев нас, застенчиво опустил голову.
– Эй, народ, как здорово, что вы пришли.
– Не трогай банку, а то она рванет, – сказал мне Зак, снова открывая холодильник.
– Я Джордан. – Парень в рубашке в цветочек неловко помахал мне. Он говорил с южным акцентом, тянул гласные, его речь звучала почти нараспев. – Сосед Зака по комнате.
Зак крикнул кому-то внизу:
– Эй, девчонки! Кейт, Гуннар и, э-э-э, Челси уже здесь!
В состав «девчонок» входили: Элиза, худощавая девушка с белокурыми локонами до талии, Райли, красотка с потока «Радио», говорившая с сильным австралийским акцентом, и Дия – Ди – учебный ассистент нашего потока. «Я на несколько лет старше всех вас», – сухо пояснила она. То, что Ди старше,
– Кейт, где твоя сестра? – резко спросил он.
– Наверное, ролики монтирует.
Кейт сказала это как бы невзначай, но явно с подколом.
Зак присвистнул.
– Ух, какая штучка, – сказал он мне, кивая в сторону Кейт. – Прямо как ее сестра. А ты уже знакома со Стеф?
– Еще нет. – Я попыталась поймать взгляд Ди, той самой остроумной ассистентки, но она смеялась вместе с Гуннаром, поэтому я повернулась к миниатюрной девушке с кудряшками, как у Рапунцель. К Элизе. – Ты тоже живешь в общежитии?
– Конечно.
Она моргнула, глядя на меня из-под белесых ресниц. В своем легком розовом сарафане Элиза была похожа на ребенка.
– Я только сегодня приехала, – сказала я после неловкой паузы.
– Круто, – ответила Элиза.
У нее был высокий, почти детский голос. Не знаю, стеснялась она или просто уже опьянела, или и то и другое, но я все пыталась разговорить ее.
– Честно говоря, я никак не могу поверить, что я здесь, может, из-за разницы во времени, но это так…
– Я испытывала то же самое, когда приехала сюда. – У Элизы, как и у Джордана, был южный акцент, но у нее он казался не таким заметным. – Этот город такой… шумный? – Она говорила медленно и осторожно, как бы потихоньку расслабляясь. – Но мой парень, Мэтт, ну, мой бывший парень, он всегда мечтал жить здесь…
К нам подошел Джордан, он приобнял Элизу за плечи. В нем удивительным образом сочетались уверенность и застенчивость, одной рукой он обнимал белокурую феечку, а другой нервно убирал волосы с лица.
– Народ, вы в кампусе встретились?
– Мы только познакомились, – ответила Элиза.
– Ты откуда? – поинтересовалась я у Джордана.
Он хорошо бы смотрелся на ферме, за рулем трактора. Вокруг снуют куры, а он кричит им: «А ну, мотайте отсюда!»