Дженни Блэкхерст – Когда я впущу тебя (страница 46)
Элеонора достала конверт с верхней полки шкафа и поднесла к свету, гадая, что же там внутри. Она предположила, что Карен, как и всегда, подарила что-то очень хорошо продуманное и невероятно дорогое, от чего Тоби придет в восторг.
У Элеоноры стало тяжело на сердце при мысли о подруге. Как она может быть в отношениях с Майклом, зная, что разрушает чужую семью? Она всегда считала Карен образцом для подражания, лучшим примером всего правильного. А теперь все это рухнуло, было разрушено той ложью, которую она им говорила. Элеонора понимала, почему Карен скрывала от них правду: она сама никогда не приняла бы отношения подруги с Майклом, если б знала, что дома у него жена и трое детей, но, по крайней мере, это было бы ее решение. А так у нее возникло ощущение, что последние два года дружбы Карен смеялась над ней и Би, над их глупостью, доверчивостью и наивностью. Неудивительно, что Карен никогда не говорила о детях – мужчины не планируют создавать семью с женщиной на стороне.
– Вот, – сказала она, вручая Тоби конверт.
Она сама может злиться на подругу, но не станет из-за этого лишать Тоби подарка. Он повертел конверт в руках, словно по весу мог догадаться, что там лежит. После этого он сунул большой палец под клапан конверта, разорвал его и достал открытку. С лицевой стороны оказалась пародия на газету с фотографией Тоби в середине и заголовком:
– Классная открытка, – улыбнулся Тоби, раскрыл ее и оказался в недоумении. – Здесь ничего нет.
– Странно, – заметила Элеонора, вспоминая слова Карен, вручающей конверт: «В нем маленький сюрприз для именинника».
– Только письмо. – Тоби нахмурился и принялся читать. Он минуту не произносил ни слова, продолжая хмуриться, и Адам попытался заглянуть ему через плечо, но мальчик прикрыл текст, не давая подсмотреть.
– Что там говорится, Тоби? Это загадка? Может, тебе нужно ее решить, чтобы получить подарок.
Тоби продолжал хмуриться, шевелил губами, читая, но не произносил слов вслух и явно старался понять, что же он там увидел.
– Я не знаю, что это значит, папа. Тетя Карен хочет заморочить мне голову?
– Дай письмо сюда, – внезапно произнесла Элеонора резким тоном. В последние несколько минут атмосфера в комнате сильно изменилась. Тоби скорчил гримасу, плечи у него были напряжены, а когда Элеонора попыталась забрать письмо, он отодвинул руку. – Я сказала, дай его мне.
Тоби встал, свалив айпад с ручки кресла на пол.
– Почему она это говорит? – потребовал он ответа и сунул письмо Адаму. – Что она имеет в виду? Это должно быть смешно? Я не понял.
Элеонора наблюдала за Адамом, когда тот быстро читал написанное, его челюсть все сильнее сжималась с каждой прочитанной строчкой.
– Тоби, возьми все свои новые вещи и иди к себе в комнату. Нам с мамой нужно поговорить.
– Нет! Я хочу знать, почему Карен написала это письмо. Это правда?
– Конечно, это неправда, – Адам вручил письмо Элеоноре, его лицо посерело от шока. – Я не знаю, какие игры затеяла тетя Карен, но ничего забавного тут нет, и мы с ней обязательно об этом поговорим. А теперь, пожалуйста, возьми свои вещи и иди наверх. Готовься, мы скоро поедем обедать в ресторан «У Фрэнки и Бенни».
– О да!
Тоби побежал наверх, а Элеонора уселась на диван, раскрыла письмо и стала читать написанное.
Дорогой Тоби!
С днем рождения! Не могу поверить, какой ты уже стал большой. Как ты вырос за последние несколько лет! Я уверена, что ты теперь достаточно взрослый, чтобы понять то, что я должна сказать. Именно поэтому я и ждала до сегодняшнего дня, чтобы сообщить тебе это.
Тоби, твои мама и папа тебя очень любят, и то, что ты сейчас прочитаешь, никак не повлияет на это. Не отменит того, что твоя мама держала тебя за руку, пока тебя три дня тошнило в ведро, когда тебе было четыре года. Или того, что она не спала всю ночь и измеряла тебе температуру, когда ты мог заснуть, только положив голову на ее колени. Она не станет твоей мамой меньше, чем была всегда. Мать – это гораздо больше, чем женщина, которая тебя родила. Поверь мне, я это знаю.
Но на самом деле, Тоби, Элеонора не твоя биологическая мать. Она не рожала тебя, а с твоим отцом она познакомилась, когда тебе было почти два года. Твоя настоящая мать была не очень хорошим человеком, и Элеонора стала тебе матерью, она заботится о тебе и растит тебя как своего собственного сына. А я всегда любила тебя, как родного племянника, но все эти годы я говорила твоим маме и папе, что они должны сказать тебе правду и ты имеешь право ее знать. Спроси у них сейчас – посмотри, продолжат ли они тебе врать, как врали все эти годы.
Пожалуйста, не надо ненавидеть своих родителей. Они поступили неправильно из добрых побуждений. Они правда тебя любят, просто жаль, что они не видят повзрослевшего молодого человека, которого вижу я. Я понимаю, что ты заслужил знать правду.
Наслаждайся своим днем рождения, Тоби. Ты теперь мужчина и свободен делать собственный выбор.
С любовью, как и всегда,
Тетя Карен
Читая это, Элеонора не произнесла ни слова, только слезы катились у нее по щекам. Как она могла? Как она посмела? Элеонора знала, что Карен никогда не одобряла их ложь, но почему она решила, что имеет право сказать Тоби правду?
– Должно быть, это какая-то ошибка – Карен не могла так поступить с нами.
Адам потер лицо руками, словно пытался стереть то, что только что увидел.
– Не могла? А разве она не доставала тебя, чтобы ты рассказала Тоби правду, с тех пор, как ему исполнилось три года?
– Ну да, но…
Элеонора не знала, что сказать. Как она может защищать Карен, если Адам говорит правду? Карен сама вручила ей конверт, с тех пор он лежал на верхней полке шкафа. Часть из написанного Карен сама лично говорила Элеоноре. Сомнений не было, оставался только один вопрос: зачем? Карен вручила Элеоноре конверт за неделю до ссоры из-за Майкла – но даже если б дело было в их ссоре, зачем ввязывать в это Тоби? Совершенно точно, что на Карен было не похоже так коварно действовать исподтишка.
– Я ей позвоню, – сказала Элеонора, взяла свой мобильный с дивана, но Адам забрал трубку у нее из руки и положил на тумбу с телевизором рядом с собой.
– Нет, ты ей звонить не будешь. Мы сейчас оденемся, а потом повезем нашего сына по магазинам и обедать. И будем надеяться, что он не поверит ни единому слову из написанного этой поганой сукой.
Элеонора опешила от его враждебности, но как она могла спорить? То, что Карен сделала их семье… это нельзя было простить.
– А Тоби? Когда мы скажем ему правду, Адам? Ты не считаешь, что сейчас как раз самое подходящее время, раз уж она всплыла наружу?
Дверь в гостиную открылась, на пороге стоял Тоби.
– Она права, папа. Вам нужно сказать мне правду.
Глава 66
– Би, это я.
Би рассмеялась.
– Конечно, это ты, Фрэн. Никто больше не звонит мне на стационарный телефон. То есть это или ты, или та женщина, которая каждый раз спрашивает, не попадала ли я в аварию на машине, которой у меня нет и за рулем которой я просто не могла оказаться.
– За разговоры по стационарному не надо платить. В любом случае я звоню не для того, чтобы спорить о выборе телефона, а чтобы сообщить: я организую ужин на мамин день рождения. В пятницу в шесть. Ты придешь?
– Китайская или индийская кухня?
– Китайская. Нам дали несколько купонов в ресторан «Вок» после того, как Льюис обнаружил кольцо от банки с колой у себя в рисе, когда мы туда ходили в последний раз.
– Боже, Фрэн, будет лучше, если ты не станешь объяснять маме свой выбор таким образом. И да, я приду. Обязательно скажи ей, что я заеду после занятий в спортзале. Повтори про спортзал два раза, если не обратит внимания.
– Отлично. А то я не уверена, что выдержу ее прекрасные родительские советы, если ты не будешь корчить рожи у нее за спиной. Сэм приведет свою новую девушку. Джемма Как-Там-Ее. Или Сара? Боже, как же звали последнюю?
– Бекки? Лидия? Бог знает. Я бы на твоем месте не стала беспокоиться, ведь на следующей неделе придется запоминать новое имя. Как дети?
В это мгновение мобильный телефон Би издал долгий непрерывный гудок, означавший, что на электронную почту пришло письмо. Она провела пальцем по экрану, чтобы разблокировать его, потом нажала на иконку «Аутлук».
– Не спрашивай. Все как всегда. Вчера мы были на родительском собрании. Мейзи слишком много болтает, а Льюис на днях заявил учительнице, чтобы она там что-то выбросила на хрен. И как ты понимаешь, неприятности у меня, потому что никто из семьи Рича не мог научить нашего шестилетнего сына слову, начинающемуся на букву «х».
Письмо на электронную почту пришло с адреса, который Би не узнала. Вероятно, спам. Ей нужно получше настроить фильтры.
Она прокрутила письмо вниз, стараясь прочитать текст на маленьком экране. К письму было прикреплен видеоролик, и она прикоснулась к черному квадратику, чтобы начать воспроизведение, гадая, не очередное ли это видео от Элеоноры, на котором Ной, предположительно, смеется. С какого бы ракурса она его ни снимала, было понятно, что из ребенка на самом деле просто выходят газы.
Кружок на видео прекратил крутиться, и на экране появилось изображение: темная комната, в одном углу кровать. Би надеялась, что не увидит какое-то сомнительное порно. Она не могла позволить себе новый телефон, если этот заразится каким-то вирусом. Отчаянно кликая по экрану, она пыталась отменить просмотр видеоролика. Фрэн продолжала говорить.