Дженна Вулфхарт – Из Ночи и Хаоса (страница 48)

Аластер скрестил свои массивные руки на груди, его внимание переключилось с книг Вэл на мой разговор с королем Дунканом Хиндом. Наконец он сказал:

– Мы пришли предложить вам мир и взаимопомощь. Но некоторые могут счесть, что то, как вы обошлись с нами, является предлогом для войны.

Король Талавена не сдвинулся с места, даже когда столкнулся взглядом с возвышающимся над ним фейри. Я не могла не признать, что выдержка Дункана достойна восхищения.

– Неужели вы видите все в таком свете? Согласится ли с этим ваш король?

– Я полагаю, что нет. Но вам лучше, черт возьми, загладить свою вину перед нами, – тяжело вздохнул Аластер. – После того, как вы расскажете нам все, что знаете о пророчестве, вам нужно подготовить армию, погрузить ее на корабли и отправиться с нами обратно в Эсир. Мы должны сражаться с богами бок о бок. Вместе.

Король отвернулся и сделал шаг в сторону.

Нахмурившись, я придвинулась, чтобы преградить ему путь. Стражники, стоявшие рядом с нами, опустили руки к мечам, но ничего не предприняли.

– Вы недоговариваете, – сказала я королю, прищурившись. – Вы ведь еще не решили, стоит ли посылать свои корабли нам на помощь, не так ли?

– Сначала должны произойти определенные события – пока они не произойдут, мы не можем ничего предпринять.

Я указала на потолок, на небо за крышей замка.

– Боги…

– Существа, что называют себя нашими богами, – прервал меня король, – не настоящие боги. Ни в малейшей степени.

– Кто же они тогда, во имя луны?

– Слово, которое мы услышали от кометы, – Ламии. Они вечны, но нуждаются в человеческой плоти и крови, чтобы процветать. Они могут выжить даже среди звезд. И мы не можем предпринять что-либо против них, пока единственная, кто может уничтожить их, не найдет в себе силы для борьбы. Та, кто была рождена, чтобы выполнить древнее обещание, данное королю фейри. Та, в чьей крови течет магия Ламий.

Я резко втянула воздух.

– Вы же имеете в виду потомка Андромеды. Вы говорите о Тессе Бэрен?

Глаза короля были словно стеклянные озера, как будто его мысли витали где-то далеко.

– Тесса Бэрен еще не расправила крылья. До тех пор, пока этого не случится, она не является Дочерью Звезд, и мы не можем ей помочь. Если мы начнем войну слишком рано, то рискнем всем.

Глава XXXIV

Нив

– Вы должны все нам объяснить, – сказала я королю. – Мы проделали труднейший путь, чтобы узнать, как остановить этих существ. И мы ничего не добъемся, если вы продолжите говорить загадками и скрывать что-то от нас. Как вам удалось изгнать их в прошлый раз? Есть ли способ убить их? И какое, во имя луны, отношение ко всему этому имеет Тесса Бэрен? Она всего лишь смертная девушка.

Несколько месяцев назад Кэл рассказал мне, что смертная девушка из Тейна звала его во сне. Услышав это тогда, я осознала, что в ней было нечто особенное. Нечто другое. Но что? Это было вне нашего понимания.

Король кивнул и указал на стол, за которым ждала Вэл.

– Возможно, вы хотите присесть.

– Спасибо, мы постоим, – сказал Аластер, прищурившись. – И перестаньте тянуть время.

Король повернулся к стражникам и жестом велел им уходить.

– Подождите меня в коридоре. И закройте за собой дверь.

– Ваше величество, – нахмурившись, произнес один из стражников.

– Они не причинят мне вреда. А теперь уходите.

Когда дверь закрылась, король прошелся по комнате, а затем начал говорить.

– Когда эти существа впервые появились в наших краях, мы быстро обнаружили, что они могут воздействовать на умы как фейри, так и простых смертных. Они обладают определенной способностью манипулировать. Если слушать их достаточно долго, то начинаешь видеть вещи такими, какими они их видят. И боги несут в себе ужасную ярость, которая может заразить вас.

Я обменялась взглядами с Вэл.

– Это соответствует всему, что мы о них знаем.

Дункан кивнул.

– Вы, наверное, думаете о короле Обероне и его склонности к жестокости. Он держался куда лучше, чем большинство. У него была сильная воля. Жаль, что Андромеда в конце концов сломила его.

– Это не важно, – вмешалась Вэл. – Он пытал нас. Он убивал невинных. Он был чудовищем.

– Ламии и есть чудовища, – возразил король. – И вам не мешало бы это запомнить. Они могут искалечить души даже самых умных и добрых из нас. Но комета показала, что в нашем мире есть одна вещь, один элемент, который может защитить от Ламий. Драгоценные камни. Оникс.

Вэл встала и подошла ко мне.

– Ожерелье Оберона. Оно было сделано из оникса.

– Верно. Но даже с этим драгоценным камнем, защищавшим Оберона и его невесту Беллисент, они провели слишком много времени в присутствии Андромеды. Фактически – столетия. И оникс слабел каждый раз, когда Оберон использовал силу Ламии, чтобы спасти свою жену.

– Это многое объясняет, – сказал Аластер, кивнув.

– Из оникса также можно создать ловушку для Ламий. Однажды нам удалось это сделать, используя комету, пойти по правильному пути. Мы застали Ламий врасплох и заперли в саркофагах, которые выложили мощным ониксом. Это сработало. Временно, конечно, ониксовые гробницы могут удерживать чудовищ только до тех пор, пока не появится Андромеда. Но кометы больше нет в небе, а значит, Ламии обрели прежнюю силу. Если Андромеда вернулась, то и остальным удалось сбежать.

– Подождите, – нахмурился Аластер. – Я думал, фейри и смертные изгнали их всех.

– Это была всего лишь ложь, призванная скрыть правду. Боги были здесь все это время, – тихо сказал король. – У нас было достаточно сил, чтобы изгнать только одну из них, и даже тогда мы смогли избавиться только от ее физической формы, но не от сущности. Как хорошо вам известно, душа Андромеды была здесь все эти годы, разделенная надвое и заключенная в ониксе.

– Подождите, вы упомянули силу. Какую силу? – спросила Вэл приглушенным голосом. И я поняла, о чем она подумала. Король назвал Тессу Дочерью Звезд. Он имел в виду ее силу? Могла ли она изгнать богов?

– По иронии судьбы, сила, позволяющая изгнать Ламий, пришла с той самой упавшей звездой, которая привела их сюда. Среди останков кометы был спрятан драгоценный камень. Мы называем его Дохас. Этот нездешний камень достаточно силен, чтобы изгнать Ламию. Или сотворить разлом в земле.

Я резко вдохнула и отступила назад. Разлом. Похожий на разлом Калена.

– О чем вы говорите?

– Мои предки обнаружили, что смертные недостаточно сильны, чтобы использовать силу Дохаса. Если бы у них был драгоценный камень, это убило бы их, – продолжил король с непроницаемым выражением лица. – И поэтому мы призвали на помощь короля фейри. Эйона Гренат в то время правил всем Эсиром, еще до того, как королевство разделилось натрое. Овалис, король Талавена, показал Эйону все, что должно было произойти, и все, что им нужно было сделать, чтобы спасти мир будущего. И они увидели, что есть только один способ, который может сработать. Эйон, будучи достаточно сильным фейри, чтобы обладать мощью драгоценного камня, использовал его, чтобы расколоть Андромеду надвое и отправить ее тело обратно к звездам, где оно оставалось бы тысячи лет. Но Овалис и Эйон знали, что однажды она вернется и что ее не застанут врасплох во второй раз. Видите ли, она может заглушить любую силу, которой обладает фейри. А теперь она, скорее всего, нашла способ защитить себя от Дохаса. Андромеда очень хорошо приспосабливается. Атака на нее срабатывает только один раз. И никогда во второй.

– Почему они просто не изгнали всех этих сволочей еще тогда? – воскликнул Аластер. – У них был шанс, и вы говорите мне, что они облажались?

– Сила Дохаса пришла с богами. Она чужда этим землям. Смертные вообще не могут ей пользоваться, и, хотя фейри могут, они все равно не способны призвать всю его мощь. Король Эйон сделал все, что мог. Этого просто было недостаточно.

– Чего же тогда будет достаточно? – прошептала Вэл.

– Мы разделили драгоценный камень на куски. Часть Дохаса должна быть у фейри. Но в одиночку никто не сможет использовать Дохас против богов. Не в этот раз. Кто-то другой должен направить силу через фейри, который носит камень. Кто-то достаточно могущественный, чтобы призвать на помощь всю магическую силу. Тот, кто не принадлежит ни к фейри, ни к смертным в полном смысле этих слов. Она должна быть потомком Андромеды. Она – Дочь Звезд.

У меня пропал голос. Мне нужно было присесть.

– Драгоценный камень, – сказал Аластер, побледнев и словно осознав то же, что и я. Был только один человек, обладавший достаточной силой, чтобы сотворить разлом в земле. – Какого он цвета?

– Глубокий сапфирово-синий, – сказал король.

Цвет глаз Кэла.

Я отшатнулась в сторону, и Вэл схватила меня за руку, чтобы удержать на ногах.

Король продолжил:

– Кален Денар родился с голубыми, как лед, глазами. Мы попросили друида Балфора провести операцию, когда ему был всего год, пока Беллисент помогала тушить пожары на Звездных островах. Она понятия не имела, почему его глаза изменились за время ее отсутствия, пока не пришла навестить нас много лет спустя и не потребовала ответов.

Друид Балфор? Он знал правду все это время? Все, что я могла делать сейчас, – это смотреть в изумлении. Шум в ушах становился громче.

– Вы гребаные ублюдки, – выдохнул Аластер. – Вы вырвали глаза у ребенка и заменили их чертовыми драгоценными камнями?

Я прижала руку к горлу. Его глаза. Кален упоминал, что какое-то время во снах с Тессой его глаза казались ему ледяными, несмотря на то, что он приложил сознательные усилия, чтобы вернуть им тот сапфировый оттенок, который знал.