Дженна Вулфхарт – Из Ночи и Хаоса (страница 18)

– И все, что бы я ни сказала, не убедит тебя пойти с Вэл? – Я тяжело вздохнула и закрыла глаза.

– Ни в коем случае.

Я чуть не рассмеялась, услышав это.

– Ты еще более настырная, чем я. Что ж, ладно. Думаю, у меня нет другого выбора. Если тебя ничто не остановит, иди и выбери одну из лошадей. Есть там одна черногривая лошадь, которая, я думаю, хотела бы отправиться в путь. Надеюсь, ты готова к тому, как сильно будет болеть твоя задница.

Час спустя мы отправились в путь, оставив позади безопасные стены Эндира. Впереди ехали Торин и Фенелла, а также ее двоюродный брат Кэдмон. Он был высоким, мускулистым фейри с серебристыми волосами, пронизанными рыжиной. Как и у его кузины, на макушке у него торчали бледно-голубые рога.

Туман окутал мир вокруг нас плотнее, чем обычно. Я никогда раньше такого не наблюдала. На нашу молчаливую компанию опустился покров беспокойства, но только цокот лошадиных копыт заполнял воздух. Никто не осмеливался заговорить, особенно после схватки с демонами тьмы накануне. Если эти чудовища собирались в еще более крупные стаи – если они охотились так, как никогда раньше, – мы не могли допустить, чтобы звук наших голосов донесся до них.

Часы пролетели незаметно. Когда у меня заурчало в животе и веки отяжелели, вдалеке появилось знакомое розовое пятно. Высокий, черный и сверкающий замок из оникса пробудил во мне забытый страх. Воспоминания о днях, проведенных в Итчене с Каленом пронеслись в голове. Тихие мгновения, наполненные надеждой и обретенной связью. Но над всем этим стояло понимание: я высвободила часть божественной сущности в тот роковой день, когда мы были заперты в замке. Если бы я этого не допустила, если бы часть души Андромеды не обманула меня… Что ж, как и во всем остальном, я крупно облажалась.

Как и прежде, в городе было тихо и пусто. Когда мы были здесь в прошлый раз, то обнаружили свидетельства нападений демонов тьмы. Все, кто выжил, были столь напуганы, что бежали прочь из города, оставив после себя жуткое поселение, полное пустых домов и следов на песке.

Единственными живыми существами были шестеро фейри теней, стоявшие у дверей замка. Кален подошел поговорить с ними, пока остальные разбивали лагерь. Мы выбрали один из пустующих домов и разложили наши спальные принадлежности в гостиной, предварительно отодвинув столы и стулья, чтобы освободить место. Разбив лагерь на открытом воздухе, мы с гораздо большей вероятностью привлекли бы нежелательное внимание. Необходимо было затаиться внутри здания, хотя по ощущениям это место больше походило на склеп.

Я свернулась калачиком на своем мягком спальном мешке, и вскоре ровное дыхание сестры убаюкало меня. Я только-только погрузилась в сон, благоухающий весенними цветами и пением птиц, как сильная мозолистая рука схватила меня за плечо. Я судорожно вздохнула и вскочила, резко оказавшись на своих двоих, сжимая кинжал, который лежал рядом со спальником. Я приставила его к шее незваного гостя.

Кален осторожно отвел лезвие от своего горла.

– Отличные инстинкты. Пойдем выйдем наружу.

– Что происходит? – Усталость резко свалилась на мои плечи. Я смогла лишь моргнуть и опустить кинжал.

– Нам нужно поработать над пробуждением твоих способностей, твоей силы, прежде чем мы доберемся до Королевства Бури, – единственное, что он произнес мне в ответ, прежде чем повернуться, пройти по скрипучим доскам пола и выйти в темную ночь.

Нахмурившись, я оглядела спящие тела наших товарищей. Торин лежал с другой стороны от Нелли, а Фенелла лежала на спине в противоположном конце комнаты, прижав оба кинжала к груди. Кэдмон спал мертвым сном.

Я не могла не задаться вопросом, что бы они подумали о нашей ночной вылазке и о попытке приручить темную магию, текущую по моим венам. Заставит ли это Фенеллу еще больше не доверять мне?

Вздохнув, я последовала за Каленом на улицу и обнаружила, что он расхаживает взад-вперед по деревянным ступеням. Вокруг него клубился туман, его собственная сила смешивалась с вечным туманом, окутывавшим земли Итчена. Кален обернулся в мою сторону, как только я подошла, и прочел на моем лице напряжение и неуверенность.

– Ты должна это сделать, любовь моя, – сказал он, прежде чем я произнесла аргументы против. – Ты невероятно быстро оправилась от яда оборотня. Твоя сила лишь крепчает, а ты еще не знаешь, как ее контролировать. Тебе нужно овладеть ею, прежде чем она овладеет тобой.

Мои руки сжались.

– Что именно контролировать, Кален? Способность убивать людей одним прикосновением?

– Возможно, – тихо ответил он.

Страх обжег мое сердце. Я прижала руку к груди и глубоко вздохнула, пытаясь унять растущую панику. Каждый раз, когда я думала об этой силе – и о том, что она, вероятно, заставит меня совершать, – казалось, что тело вот-вот рухнет под собственной тяжестью, сбитое подавляющим грохотом сердца.

– Я не желаю пользоваться этой силой, – сказала я хриплым шепотом. – Я пыталась использовать ее вчера, против демона тьмы, но я не хочу повторять.

– Я знаю, любовь моя, – сказал Кален с грустной улыбкой. – Но она может стать инструментом, которым ты можешь овладеть. Это та мысль, которую я сам пытаюсь себе навязать в отношении своих способностей. Эта пугающая сила может творить чудовищные вещи. Она может разрушить все на моем пути. Но, возможно, если я просто перестану ненавидеть эту часть себя, оставлю страх и прекращу жалкие попытки притвориться, что ее не существует, может, тогда я смогу использовать ее во благо. Хоть раз в жизни я хочу использовать ее во благо.

Долгое мгновение мы смотрели друг на друга сквозь туман. Его глаза были полны настороженной надежды, что контрастировало с ненавистью и отвращением, которые я видела в нем всякий раз, когда он говорил о своей силе.

– Что поменяло твое отношение? – прошептала я.

Он шагнул сквозь туман и обнял меня сзади за шею:

– Ты.

Мое сердце затрепетало.

– Что, если… что, если эта сила изменит меня так же, как изменила Оберона?

– В самые мрачные моменты Оберон таял под пламенем своего отчаяния. Он позволил страданиям сжечь себя. В конце концов от него осталась лишь оболочка – образ того человека, которым он был раньше. Но ты… ты стала сильнее. Эта мощь будет расти в тебе с каждым днем. Изучи ее. Освой. И когда Андромеда прибудет, она увидит, что ты – единственный человек, которого она никогда не сможет контролировать.

Его слова запали мне в сердце, и как бы сильно меня ни пугала эта сила, я хотела верить, что он прав. Подняв подбородок, я посмотрела ему прямо в глаза и сказала:

– Тогда давай начнем.

Глава XII

Нив

Нам потребовалась неделя, чтобы добраться до Санпорта. По пути мы едва избежали двух нападений оборотней, прыгнув в реку, чтобы скрыть свой запах. Теперь они, казалось, бродили большими стаями – это было странно. За долгие века, что я прожила в этом мире, я никогда не видела и ни от кого не слышала, чтобы эти твари вели себя подобным образом. Хотя оборотни и были похожи на волков, они не были стайными чудищами. Они больше походили на белых медведей в далеких северных землях, которые вели одиночный образ жизни, за исключением тех случаев, когда приходила пора искать себе партнера. Некоторые оборотни иногда сбивались на охоту, но до прошлой недели я никогда не видела больше десяти тварей в одном месте.

Должно быть, причиной была комета в небе.

В отличие от Эндира, Санпорт казался городом-призраком. Некогда оживленный портовый город потерял три четверти своих жителей во время войны. Они так и не оправились от ее последствий, даже спустя почти четыреста лет. Фейри, обитавшие за пределами защитного барьера Оберона, не страдали бесплодием, как жители Альбирии, но им все равно было трудно размножаться так, как это делают люди. Способность к быстрому исцелению препятствовала зачатию.

Слева от меня Вэл замедлила шаг, разглядывая раскинувшийся перед нами город. Здания из белого камня были увенчаны золотыми черепичными крышами, которые когда-то сверкали в лучах солнца. Мощеные улицы петляли, словно лабиринт, и в конце концов вели к берегу, где деревянные причалы уходили в море. Четыреста лет назад здесь были десятки судов, перевозивших товары, но сейчас в гавани стоял только один корабль, окруженный мягко покачивающимися волнами.

– А где все? – спросила Вэл, ее глаза горели любопытством, а распущенные волнистые волосы рассыпались по плечам.

Аластер подошел к ней.

– Там, где до них не доберутся оборотни.

Вэл оглянулась через плечо на ветхие городские стены, через которые мы прошли. Ворота были закрыты на засов, но открыть их было достаточно легко.

– Не идет ни в какое сравнение с воротами в Эндире.

– Город был разрушен во время войны, и жители изо всех сил пытались его восстановить, – сказала я. – Насколько я слышала, шум стройки привлекает монстров, поэтому горожане довольствуются тем, что есть.

– Единственная проблема в том, – нахмурившись, сказал Аластер, – что здешние стены совсем не годятся для защиты от монстров. Так что фейри проводят большую часть своей жизни в домах, не выходя наружу. Печально для места под названием Санпорт.

Вэл сглотнула.

– Думаю, мне пора отправиться в сторону доков.

Крепко сжимая лук в руке, я наблюдала, как рыжеволосая смертная уверенно движется вперед по вымершим улочкам.