Дженна Вулфхарт – Из Искр и Пепла (страница 39)

Вместе мы найдем способ победить бурю.

Глава XXIX

Кален

Нив, Тень королевы, упала передо мной на колени, склонив голову. Ее плечи поникли, а в глаза покраснели, как будто она плакала. Я выпрямился на троне, тревога пронзила меня. Я никогда не видел, чтобы мужественная стражница проявлял какие-либо эмоции, кроме спокойной решимости, непоколебимой силы и сурового назидания.

– Поднимись, Нив. Я не твой король. Что случилось? Что ты выяснила?

Нив долгое время была на задании в Альбирии – искала мою бесследно исчезнувшую мать. Оберон уверял, что королева покинула его земли без охраны. Все предполагали, что моя мать умерла где-то в пустыне, но я знал, что это неправда. Моя мать была смелой, но она никогда не путешествовала в одиночку. Мы искали ее уже много лет. Никто – ни один житель деревни или путешественник – не видел никаких ее следов.

Должно быть, Оберон взял ее в плен или того хуже. Когда я видел мать в последний раз, она сказала, что Оберон просил выйти за него замуж. Моя мать отказала ему. И он отомстил. Я все больше убеждался в этом, с каждым яростным ударом моего сердца.

– По Альбирии ходит множество слухов, – Нив подняла глаза, но не встала. – Я не могу понять, что из них правда. Некоторые говорят, что Оберон был зол из-за отказа Королевы, поэтому запер ее в темнице. Другие говорят, что он убил ее. Некоторые стражники шепчутся, что видели кровь на тунике Оберона, но другие настаивают, что Королева покинула город и что ее, должно быть, настигли разбойники.

Ярость, которой я никогда не знал, наполнила вены огнем. Я поднялся с трона – трона моей матери. Я занял его только в ее отсутствие, потому что кому-то нужно было править. Но я не был королем. Она была правительницей этого королевства. Народ любил ее. Как они могли не любить? Она была всем, в чем они нуждались, и даже больше. Она. Не я.

– Я еду в Альбирию, чтобы выяснить, что произошло. И если за этим действительно стоит Оберон, будет война, – я направился к двери.

– Кален… Простите, мой принц, я… – Нив вскочила и пошла в ногу со мной.

– Зови меня просто Кэл.

– Хорошо, – она встала передо мной, останавливая. – Кэл, я не думаю, что это хорошая идея. Тебе следует остаться здесь и подготовиться на случай, если Оберон объявит войну Королевству Теней. Собрать армию. Мы можем послать разведчиков понаблюдать за приграничными землями, – прошла секунда. – И мы должны запланировать твою коронацию.

– Даже не думай об этом.

– Мне тоже тяжело, – она поморщилась, ее глаза были полны печали.

– Мне трудно в это поверить. Она моя мать.

– Понимаю. Но и я любила ее. Она была хорошей королевой, – Нив положила руку мне на плечо. – Теперь мы должны посмотреть правде в глаза. Ее больше нет, и ты должен стать нашим королем.

Я закрыл глаза, смятение рассекло мое сердце, как коса. В глубине души я давно знал, что она никогда не вернется. Месяцы, даже годы. И я был бы тем, кто отправил ее на верную смерть. Если бы я не предложил ей навестить Оберона, она была бы здесь. У меня чуть не подогнулись колени, но я не мог проявить слабость перед Тенью Королевы. Или кем-либо еще. Не сейчас. Если я хотел стать королем, я должен был проявлять несгибаемую силу даже в худший момент своей жизни.

– Я отправляюсь в Альбирию, – твердо сказал я. – Всего на несколько дней. Оберон даже не узнает о моем присутствии. Я хочу услышать собственными ушами, о чем говорят в его замке. Затем мы вернемся и начнем подготовку к коронации. Если потребуется.

А после начнется война.

– Тогда я иду с тобой, – кивнула Нив.

Проникнуть в Альбирию оказалось легче, чем я ожидал. Мы приближались по грунтовой тропинке, которая вела вверх по холму от Тейна, маленькой человеческой деревни. Тейн казался пустым, когда мы проезжали через него. Сверкающие городские ворота были открыты, фейри и люди гуляли бок о бок, дружелюбно болтая, а солнце заливало улицы Альбирии.

Когда мы с Нив вошли в город, стражники в доспехах едва удостоили нас мимолетным взглядом. Я старался не поднимать глаз. Немногие здесь знают меня в лицо, но до них, возможно, доходили слухи о моих сапфировых глазах – такие редко встречаются даже у фейри. Нив, которая была здесь всего несколько недель назад, прятала свои фиолетовые волосы под темным капюшоном. Вскоре мы затерялись в толпе.

Сначала я решил заглянуть в ближайший паб. Я давно усвоил: если хочешь послушать сплетни, иди к пьяницам. Полные кружки развязывают языки, по крайней мере, так говаривал мой чудовищный отец. Мы добрались до двери «Красного дракона» и протолкнулись внутрь. Тени мгновенно поглотили свет снаружи, и едкий дух эля окутал нас.

В тускло освещенной комнате было накрыто несколько круглых столов, каждый из которых был занят как фейри, так и людьми. Некоторые играли в карты, в то время как другие сидели и делились историями, их громкий смех разносился по небольшому пространству. Я заметил человека в плаще, одиноко сидящего в дальнем конце, и жестом подозвал Нив.

Я сел напротив него, стараясь сохранить напускную непринужденность и скрыть напряжение, пульсирующее в висках. Передо мной был жилистый мужчина с седеющими волосами и лицом, изборожденным морщинами. На первый взгляд он казался безобидным. Просто старик, выпивший пинту пива. Но от меня не ускользнула проницательность в выражении его лица: он быстро отметил капюшон Нив, мои глаза и клинок, который я спрятал под туникой.

– Я знаю, кто ты, – сказал мужчина хриплым голосом. – И тебя не должно здесь быть.

– Я ищу свою мать, – я понизил голос до шепота.

Он сделал большой глоток, прежде чем ответить.

– Почему ты думаешь, что найдешь ответ здесь?

– Этот город был последним местом, где ее видели живой.

– Я имел в виду в этом пабе – разве она захаживала в такие места? – его взгляд переместился на Нив. – Тень Королевы. Обычная фейри, которая гораздо более смертоносна, чем многие высшие, пока в ее руках есть лук и стрелы. Знаешь, о тебе написаны песни.

– Все это правда, – сказала она, сверкнув зубами.

– Ты многое замечаешь, – я наклонился через стол. – Держу пари, ты и слышишь многое. Я готов пойти на обмен. Расскажи мне, что ты слышал, и я отблагодарю.

– Я кое-что знаю, – мужчина кивнул. – Но что, если вам не понравится то, что я скажу?

– Я заплачу вперед.

– Мне нужны драгоценные камни. Бледно-серые. Я знаю, что они есть в ваших шахтах.

Я взглянул на Нив, и она пожала плечами.

– У меня в кошельке найдется десяток.

При этих словах глаза мужчины заблестели:

– Десять связующих камней! Покажи-ка.

Нив порылась в своих доспехах и извлекла маленький кожаный мешочек. Прежде чем отдать его, она вопросительно посмотрела на меня.

– Ты уверен?

– Давай. Я хочу услышать, что он хочет сказать.

С легким вздохом она бросила мешочек через стол. Он приземлился рядом с кружкой мужчины, драгоценные камни звякнули. Мужчина жадно схватил мешочек и заглянул внутрь, улыбка озарила его морщинистое лицо.

– Ты знаешь, как этим пользоваться? – спросил я.

– Я справлюсь, – он бросил мешочек себе на колени, а затем окинул меня настороженным взглядом. – Я не знаю, что случилось с твоей матерью. Никто не знает. Некоторые поговаривают, что она бежала в человеческое королевство и была убита по пути. Другие говорят, что Оберон убил ее либо по приказу, либо своими руками.

Я нахмурился, с глухим стуком уронив обе ладони на стол.

– Мы так не договаривались. Возвращай камни.

– Я сказал, что кое-что знаю. Но никогда не говорил, что это касается твоей матери, – он обвел нас взглядом, а затем понизил голос. – Я подумал, что вы захотите это услышать. Король Оберон искал способ использовать силу богов.

– Что? – Нив зашипела, наклоняясь над столом. – Где ты это услышал?

Я откинулся на спинку стула и глубоко вдохнул, чтобы уловить любой намек на ложь в воздухе. Его не было.

Оберон играл с огнем.

Мрачное осознание охватило меня, когда слова моей матери эхом отозвались в голове. Поклянись мне, сказала она. Она выглядела такой обеспокоенной, когда рассказывала мне о пророчестве и богах. И теперь я сидел здесь, слушая то, что меньше всего ожидал услышать. Король Оберон использовал силу богов. Моя мать была мертва.

Должно быть, она узнала о его планах, и Оберон убил ее за это.

И теперь я должен был бы остановить его.

Я хотел спросить, что еще известно нашему собеседнику, но из-за столика у двери донеслись сердитые голоса. Мужчины и фейри, игравшие в карты, сцепились в жестокой драке. Сверкнул нож, а затем вонзился в шею фейри. Тело несчастного превратилось в пепел, он посыпался на деревянный пол, как серое конфетти.

– Это Клинок смертных, – Нив схватила меня за руку.

Раздались крики, и фейри бросились на человека, убившего одного из них. Клинок выпал из его руки и со звоном покатился по полу, приземлившись всего в нескольких дюймах от моих ног. Он был выполнен из серебра и украшен только треснувшим драгоценным камнем. Я схватил Клинок прежде, чем кто-либо еще заметил.

– Дай мне свой плащ, – сказал я мужчине.

С лицом, бледным, как выбеленный солнцем песок, он без колебаний предложил свой плащ. Его глаза были прикованы к схватке. Фейри заколол человека, и это еще сильнее разгневало толпу. Я накинул плащ на плечи и спрятал клинок в складках.

– Спасибо за подсказку, – я повернулся к Нив. – Пришло время собирать нашу армию для войны.