Дженна Вулфхарт – Из Искр и Пепла (страница 27)

– И все же, кажется, мы опоздали, – его сапфировые глаза заблестели. – Потому что ты спасла себя сама.

– Я все равно очень рада, что ты пришел, – я улыбнулась, и он улыбнулся в ответ. Мои щеки заболели от незнакомого выражения.

Мне захотелось снова прыгнуть в его объятия и остаться там на долгое-долгое время, но, зная, что у нас есть зрители, я сдержалась. Позади меня послышались шаги нескольких пар ног по деревянному полу. Глаза Калена вспыхнули и расширились, а затем он поднял меч с земли.

Моя мать встала рядом со мной, вздымая топор в воздух:

– Руки прочь от моей дочери.

Глава XX

Морган

Отблески пламени танцевали по стенам пещеры под неслышную мелодию. Я держала ладони перед костром, не в силах избавиться от холода, который пробирал до костей. Я забыла, каково это – мерзнуть. Вечное солнце грело наш мир веками. Его жар никогда не спадал. Теперь вокруг были туманы, прогоняющие тепло.

Конечно, вокруг – за границей Королевства Света. За пределами земель Эсира. Оберон приказал нам подняться в горы на западной стороне Альбирии. Мы были на нейтральной территории: никто не хотел жить в этих холодных, темных местах.

Я оглянулась через плечо – туда, где Оберон прислонился к стене пещеры. Его лицо было покрыто ожогами, полученными во время бала. Я наблюдала за всем происходящим, но все еще не поняла, что именно случилось. Тесса раскрыла придворным правду об отсутствии у Оберона способностей. Затем, защищаясь, он каким-то образом нанес ответный удар. Однако огонь поглотил короля так же, как и отступников. Впервые в жизни Оберона ранило его собственное пламя.

В тот момент, среди пожара и хаоса, он указал пальцем в мою сторону.

– Я приказываю тебе отвести меня и мою жену в нашу пещеру, – повелел он.

Сила нашей клятвы пронзила мою душу, и у меня не было другого выбора. Я тайком вывела его из Большого Зала, прежде чем кто-либо заметил. Мы прошли через потайные ворота на задворках города. Сначала он брел, спотыкаясь и едва дыша. А потом я понесла его – он больше не мог идти. И вот мы здесь.

Его жена свернулась калачиком рядом с ним, положив голову ему на колени. Королева Ханна, наша Смертная Королева. Она почти не разговаривала в эти дни.

Веки Оберона открылись, и он поймал мой пристальный взгляд. Его рога как будто бы дрожали от напряжения.

– Морган, я приказываю тебе принести немного еды мне и моей жене.

Я испустила долгий страдальческий вздох. Я захватила свою кожаную сумку, когда мы бежали из города, но в ней было недостаточно провизии для троих человек. Много лет назад я решила подготовиться к любым неожиданностям – в надежде, что когда-нибудь освобожусь от клятвы королю. Итак, я собрала сумку для путешествия. В ней было все, что может понадобиться в дикой природе, в том числе провизия на неделю. Залог моего удачного побега от Оберона. Теперь королю удалось присвоить и эту часть моей жизни.

Оберон забрал у меня все.

Я вытащила сушеное мясо демона тьмы, завернутое в бумагу. Время от времени Оберон приказывал мне охотиться в пропасти. Я годами откладывала немного лишнего мяса, а он никогда этого не замечал. Или, если и видел, то никогда ничего об этом не говорил. Я достала три куска, а остальные вернула в сумку.

Оберон нахмурился, когда я протянула ему два пайка.

– Этого недостаточно. Мне нужно больше, чтобы я мог исцелиться, – он посмотрел на меня снизу вверх, фиолетовые круги темнели вокруг его угольно-черных глаз. Воздух с шумом вырывался из легких короля, и его рука дрожала, когда он подносил мясо к губам. Я никогда раньше не видела его таким слабым. Удивительно, что он позволил мне застать себя таким, даже если я была его единственной возможностью выжить. Если бы не я, он был бы мертв.

Эта мысль неприятно засела у меня в животе. В пожаре Оберон был близок к смерти как никогда. Мир мог избавиться от него. Я могла избавиться от его контроля. И все же он продолжал существовать, потому что я была вынуждена удовлетворять каждую его прихоть. В конце концов он излечится. Пусть теперь он и был похож на гноящуюся магическую рану. Неважно, сколько волшебной мази нанести, она продолжит ныть.

Оберон был моим шрамом.

– Я знаю, о чем ты думаешь, – он скривил губы, глядя на меня.

– Что ты снова недооценил Тессу Бэрен?

– Совсем наоборот. Она потерпела неудачу. Снова. Я всегда выигрываю, когда дело касается Тессы, – Оберон отправил мясо в рот, но затем закашлялся, его легкие все еще были обожжены.

– По-моему, это не похоже на победу.

Я вернулась к огню, пока Оберон скармливал второй кусок мяса своей жене. Она прошептала ему несколько слов, но не пробудилась ото сна. Разум и тело теперь подводили ее. Годы пожирали ее изнутри, и пройдет совсем немного времени, прежде чем она окончательно исчезнет. Мне было интересно, что Оберон будет делать теперь, когда Тесса перестала быть его невестой. Попрощается ли он с нынешней королевой после стольких лет? Я сомневалась в этом. Он никогда не сдавался.

Он был и ее шрамом тоже.

Оберон застонал, поднимаясь на ноги, подошел ко входу в пещеру и уставился в туманы. Улыбка тронула мои губы. Его худший кошмар наконец-то сбылся. Кален Денар вошел в разгромленное Королевство Света. Король Тумана больше не доверял мне – я и сама себе не доверяла, – но я хорошо знала Калена. Он оторвал бы голову Оберону прежде, чем тот приблизился бы к Тессе.

– Он придет за тобой, ты знаешь, – крикнула я ему.

Оберон застыл, но продолжал стоять ко мне спиной.

– Хорошо. Я надеюсь, что он это сделает.

– Он тебя прикончит, – я поморщилась.

– Я буду готов к встрече с ним.

– Похоже, дым ударил тебе в голову. Ты, мягко говоря, не в боевой форме.

Он повернулся ко мне и улыбнулся. Холодок пробежал по шее. Оберон смотрел с выражением, которое я слишком хорошо знала. Он уже что-то планировал. Шестеренки в его голове двигались быстро, и, судя по блеску его глаз, у него появилась идея. Я знала, что мне это не понравится.

Если бы только я могла связаться с Каленом и предупредить его. Нет. Я прогнала эту мысль прежде, чем Оберон смог прочитать ее на моем лице. Это могло бы натолкнуть его на другую идею. Если бы Оберон захотел, чтобы Кален пришел за ним, то использовал бы меня как гонца. Кэл, конечно, не поверил бы моим словам. Он ожидал бы какой-нибудь ловушки. Но все равно пришел бы.

Жена Оберона – Королева Ханна – застонала и вздрогнула во сне. Он сразу же оказался рядом с ней, очевидно, забыв о боли от многочисленных ран. Я, нахмурившись, наблюдала за ним. Мягким прикосновением он убрал ее блестящие светлые волосы с мокрого от пота лица и прошептал ей на ухо нежные слова. Это была сторона короля, которую видели очень немногие. Казалось, он думал, что его люди потеряют к нему уважение, если он проявит что-то, кроме жестокости и порочной силы. Я думала, что он ошибался на этот счет, но он никогда не слушал меня.

– Все в порядке, моя сладкая. Я здесь.

Ладно, это было уже чересчур. Я сморщила нос.

– Я со всем этим разберусь. Скоро ты поправишься. Я найду для тебя место, – он поднял на меня взгляд. Я втянула воздух. Глаза Оберона пронзили меня насквозь, его взгляд был таким же острым, как кончики рогов, а затем он повернулся обратно к своей оцепеневшей жене: – Потерпи еще немного.

Я покачала головой и встала. Выражение его лица заставило меня похолодеть. Он приказал вести его в скрытую пещеру, подальше от всех остальных, и я думала, что он сделал это только потому, что ему больше некуда было идти. Но теперь я увидела, что дело было совсем не в этом. Он сделал это, чтобы заманить меня сюда. Для чего – я не знала.

Пока Оберон успокаивал свою жену, я схватила сумку и направилась к двери, но его голос прервал меня, не успела я пройти и половины пути.

– Остановись, – эхом разнеслось по пещере. – Я приказываю тебе остановиться.

– Нет, – слово вырвалось из моего горла. Пусть ботинки будто бы приросли к земле, разум отчаянно сопротивлялся. Стиснув зубы, я попыталась оттолкнуться, но ноги не слушались. Слезы наполнили глаза. Я пыталась снова и снова. Еще, и еще, и еще, даже зная, что обречена.

Я должна была попытаться. Я никогда не перестану пытаться.

Все мое лицо горело. Ненависть и страх пронзили меня, как заклинание.

Однажды я буду свободна от его вечных пыток.

Оберон подошел и прошипел мне на ухо:

– Что, по-твоему, ты делаешь, Морган? – От его дыхания, пахнущего лавандой, у меня екнуло сердце.

– Ухожу, – простонала я. – Я вытащила вас из горящего города. Тебя и твою жену. А теперь мне пора уходить.

Он усмехнулся, и этот смешок прогрохотал в его широкой груди.

– Нет. Ты моя.

Густые, мучительные слезы полились из моих глаз. Прошло много времени с тех пор, как он последний раз заставил меня заплакать, но черт бы его побрал. У него было отчаянное выражение лица – он пойдет на все, чтобы спасти жену. Если я не выберусь отсюда, кто знает, что он заставит меня сделать.

Сжав руки в кулаки, я попыталась сделать еще один шаг. Мой ботинок оторвался от невидимых корней, и у меня перехватило дыхание. Я бросилась бежать. Помчалась в безопасность туманов.

Мое зрение замутнилось. Если бы я только могла увеличить дистанцию между нами, отойти достаточно далеко, чтобы не слышать его команд. Он больше не смог бы контролировать меня. Он не смог остановить меня, и тогда…