Дженейра Калини – Волшебная шапка Санты (страница 5)
«Мама разговаривает с папой… И, кажется, речь идет про бабу Тому…»
Снова тишина. Ну, это для Лиды была тишина в кухне. А на другом конце трубки удрученным голосом Антон объяснял своей супруге, что у его матери по результатам обследования выявили злокачественную опухоль пищевода четвертой стадии и признали ее неоперабельной.
Затем вновь мамин голос:
– Я до сих пор поверить не могу! Бедная Тамара Николаевна! Антон, чем я могу помочь?
«Почему бедная? Что-то случилось с бабушкой? Вот почему она долго не возвращается с этого обследования!» – сердечко Лиды, чувствуя неладное, так сильно заколотилось, и во рту пересохло, и она чуть было не закашляла, однако вовремя сдержала себя.
Тишина. Мама Оля опять слушает папин голос, который не был слышен Лиде. И вновь в диалог вступает мама:
– Я пока не знаю, как сказать детям. Они же еще такие маленькие. Фразы «Онкологический диспансер» и «неоперабельный рак» для детей такого возраста будут совсем не информативными, а если добавить словосочетание «неизлечимая болезнь» – это уже будет слишком жестко. И… наверное… нужно их как-то к этой беседе подготовить. А я пока не могу настроить себя на откровенный разговор с детьми на эту тему. Ты меня знаешь, я разревусь вперед них так, что потом меня не остановишь… Да и потом у Лидочки выступление в субботу, и я хочу, чтобы она была максимально собрана. Поэтому давай не будем рассказывать им все подробности! Пока… не будем…
Девочка перестала дышать. Стоя между дверями кухни и туалета, она прислонилась спиной и будто вжалась в эту стену всем своим хрупким телом. Ей стало очень грустно, просто невыносимо грустно. Она невольно подслушала разговор, который ее не касается… и узнала, кажется, что-то страшное, что, по мнению взрослых, не должна была знать.
«Хотя, почему не касается? Это же моя бабушка! – думала Лида, борясь сама с собой и со своей совестью. – И это что-то страшное под названием «неизлечимая болезнь» или «Окнологический диспансер», – именно так ей послышалось это длинное и непонятное слово, – от нас, детей, мама и папа скрывают! Но при этом утверждают, что врать либо утаивать какие-то важные вещи бессовестно и подло?!».
Девочка изо всех сил старалась дышать ровно, чтобы еще чуть-чуть остаться незамеченной и уловить еще хотя бы капельку подробностей, в которых… в которых есть надежда.
После тишины примерно в полминуты опять послышался мамин голос:
– Очень жаль, что она не сможет посмотреть Лидочкино выступление, хотя мы можем записать для нее специально видео, и я даже знаю, кто нам в этом поможет!
«Ура! На мое выступление приедет тетя Ника!» – подумала девочка и от этой мысли ей стало хотя бы чуточку легче. Она разгадала мамин план: ее снимать будет лучшая, нет, единственная мамина подруга и их любимая тетя Ника, которая всегда приезжает с большой видеокамерой на все их детские утренники и дни рождения.
Лида немного успокоилась, тихонько включила свет в уборной и зашла туда, куда, собственно, и собиралась. В ее детской голове цепко засели фразы: «Неизлечимая болезнь» и «Окнологический диспансер». И в ее несозревшем сознании, в ее по-детски наивном восприятии действительности все смешалось и стало еще более загадочным и неопределенным, чем оно было до того момента, как она подслушала разговор.
«Спросить завтра у мамы, что это означает? Нет, наверное, не стоит! – размышляла девочка. – Ибо тогда придется объяснить, откуда я эти слова услышала. Сказать, что папа их упомянул в разговоре – тогда это будет неправда. Врать – это некрасиво и бессовестно, а не сказать – значит утаить правду от мамы, от брата. Тоже нехорошо… Как быть? Замкнутый круг какой-то…»
Лида сделала вывод, что поднять эту тему можно и даже нужно. Но только после того, как она основательно все взвесит и найдет подходящий момент.
«Ах…Эти взрослые такие странные. И если подумать хорошо, то они сами нарушают свои правила и сами иногда обманывают детей, – думала Лидочка уже на обратном пути в комнату. – Вот, например, про Деда Мороза… Родители сочиняют какие-то глупые сказки и приводят неубедительные доводы, рассказывая об этом Волшебном дедушке. А вот все мои одноклассники, взять, например, Катю, Свету, Карину, – они смеются при словосочетании Дед Мороз и утверждают, что никакой волшебный дед не бегает по магазинам игрушек и спорттоваров, не скупает оптом подарки и не складывает их в большой красный мешок – это все выдумка! На самом деле подарки детям перед Новым годом прячутся где-то под грудой белья в плательном шкафу. Никакой Санта Клаус не проносится по небу на санях с оленями – это тоже фальшь! Тогда почему нас, детей, так стыдят, когда мы что-то выдумываем или говорим неправду? Это же так не справедливо! – девочка глубоко вздохнула и улеглась в постель. – Как сложно быть ребенком!»
Однако через минуту она открыла для себя, что, пожалуй, очень обрадовалась, если бы добрые волшебники и правда существовали на свете со всеми своими чудесами. На этом Лида заснула.
Итак, ровно за месяц до Нового года Лидочка и Виталик (с маминой подсказкой, конечно же) написали письма Деду Морозу.
Виталик загадал большую машину с пультом управления, а Лида – кукольный домик для Барби. И так как игрушками их родители не баловали, подарки от Деда Мороза были особо желанными. С этого дня дети изо всех сил старались делать добрые дела, быть вежливыми и послушными. Они даже вели спор о том, кто будет в очередной раз мыть посуду и протирать пыль. Ольге было с одной стороны забавно, а с другой – приятно наблюдать за своими чадами.
В субботу с раннего утра началась подготовка к фестивалю по художественной гимнастике. Для Лиды это было самое первое, самое важное и самое волнительное выступление. Девочка переживала: сначала у нее пропал аппетит, потом пару раз она едва не расплакалась безо всякой причины и чуть было не подралась с братом. Вовремя вспомнила, что Дед Мороз все видит, а значит, вести себя надо послушно.
После десятиминутных маминых уговоров завтрак был съеден, и началась укладка Лидиных длинных волос в аккуратную шишку на голове.
– Ай, ай, ай! – кричала девочка. – Ты что так тянешь? Мне же больно!
– Я не тяну! Ты преувеличиваешь! – успокаивала мама. – Сядь прямо!
Девочка постаралась выпрямиться. Она сидела на стуле с высокой спинкой и все время вертелась. Для своего возраста Лида была высокой девочкой. У нее были красивые карие глаза, как у мамы, и темно-русые волосы, и со временем девочка обещала перецвести, скорее, в брюнетку или шатенку, в отличие от брата-двойняшки, который, предположительно, станет светловолосым, как отец. Виталик же унаследовал от отца и бабушки голубые глаза, светлые золотистые волосы, которые, ко всему прочему завивались в кудри, и их не стригли коротко по желанию родителей, да и самого мальчика. В будущем Виталик обещал вырасти в крепкого широкоплечего мужчину среднего роста, как его отец.
В целом брат и сестра были так не похожи друг на друга, что даже в классе, пока с ними толком не познакомились, все думали, что они просто однофамильцы. По характеру двойняшки тоже сильно отличались. Девочка слыла заводилой как в своем классе, так и во дворе с друзьями, она была очень решительна, смекалиста и всегда полна идей. Брат же ее был ведомым ребенком, он поддерживал сестру, если идея ему нравилась, однако сам неохотно выступал в роли организатора, неважно чего касалось дело – помощи по дому или обыкновенных детских шалостей. В школе мальчик тоже вел себя тихо, он не выкрикивал с места и не тянул руку. Но если его вызывали к доске, Виталик выходил достаточно смело и уверенно рассказывал заданную тему.
– Ай-ай! Мама! – опять вскрикнула Лида.
– Что случилось? – Ольга тревожно склонилась и посмотрела в лицо дочери.
– Ты опять тянешь! – раздраженно ответила та.
– Еще минуточку терпения! Я уже закалываю шишку, – спокойным тоном объясняла мать и, обращаясь к сыну, произнесла чуть громче: – Виталик, ты опять в телефоне сидишь, играешь?
– А что мне еще делать? Мне же не надо шишку завязывать на макушке, – недовольно возразил мальчик, сидя на диване все еще в пижаме.
– Ха-ха! – засмеялась Лида, показывая пальцем на брата. – Виталя с шишкой пойдет! Нет, мы ему лучше хвостик сделаем, как у девчонки, пусть из-под резинки кудряшки торчат!
– Ах, ты!.. – мальчик взял с дивана небольшую подушку и хотел закинуть ей в свою сестру, но увидев строгий взгляд матери, тут же передумал.
– Быстренько пошел в свою комнату и приготовил, в чем ты поедешь! – командовала мама, указывая жестом направление.
– А папа нас увезет?
– Конечно, папа вас увезет! – отец и глава семейства в банном халате вышел из душа, причесывая русые с золотистым оттенком слегка вьющиеся волосы. Затем он подошел к мальчику и потрепал его густую шевелюру. – Дай угадаю, сын еще даже не причесывался?!
– А мы его не возьмем с собой! – пошутила Ольга и, повернувшись к мужу, добавила: – Любимый, завтрак на столе!
– Спасибо, дорогая! – Антон поцеловал супругу в щечку. – Не обидитесь, если я не смогу увезти вас обратно домой?
– Сегодня же суббота! Еще скажи, что тебе опять на работу надо?!
– Небольшая проблема с арендодателем кафе «Ягодка». Ничего страшного, но мне нужно появиться.