Джена Шоуолтер – Безумная вечеринка зомби (страница 45)

— Приз, — говорит Кэт, — в том, что я наконец-то прощу тебя за то, что ты скакал по радуге с другой девушкой на спине единорога.

— Судимость за преступления моей мечты наконец-то снята. Приятно.

— Боль за боль.

Я улыбаюсь ей, но она уже ушла.

Я выбегаю из квартиры — в футболке и джинсах, а на ногах армейские ботинки — и заскакиваю в свой грузовик. Наступила ночь, и тени сгустились. Небо усеяно звездами, но они затянуты темно-серыми облаками, которые грозят вот-вот пролиться.

Я нарушаю все правила скоростного режима и вскоре приближаюсь к Шейди Элмс. Впереди мигают огни… фары? Да. Из-под покореженного капота фургона валит дым. Мои друзья разбились? Я паркуюсь и выпрыгиваю. Бегу… только для того, чтобы упасть на землю, споткнувшись обо что-то… Я не знаю, обо что именно. Я приземляюсь, и мой рот наполняется грязью и ветками. Внезапно меня озаряет яркий свет. Датчик движения? Или кто-то включил свет?

Кто-то включил свет. Определенно. Я поднимаю пистолет. Откатываюсь в сторону как раз в тот момент, когда…

Хлоп, хлоп, хлоп! Пули впиваются в землю, где я лежал.

Я поднимаюсь, стреляя из собственного пистолета. Раздается стон, воздух наполняется запахом крови. Тот, кто стрелял в меня, ранен. Я шагаю вперед, пригибаясь на всякий случай. Свет все еще горит, и видно, как блестит еще одна растяжка.

Я перерезаю ее и поворачиваю источник света — лампу, вбитую в землю, — чтобы осветить противоположное направление. Мужчина привалился к скале, на шее у него глубокая рана.

Я его не знаю. Он не охотник.

Держа его на мушке, я нащупываю пульс. Он мертв.

Кто он? И почему напал на меня?

Есть ли поблизости другие, сидящие в засаде, чтобы расправиться с охотниками, когда они вернутся в свои тела? Но… почему бы не нанести удар сейчас?

Ответ становится ясен мгновение спустя. Мои друзья убили остальных… и только что прибыл новый отряд вражеских солдат.

Я слышу, как вдалеке хлопают дверцы машины. Я пробираюсь сквозь кусты… трое мужчин в черном стоят возле фургона, проверяя свое оружие, в то время как четвертый произносит довоенную речь.

— Убей или убьют тебя. — рядом с фургоном стоит разбитый седан, в нем четыре неподвижных тела. Люди, которых убили мои друзья. Что ж, вперед.

Они в чем-то правы. Убей или убьют тебя. Я всаживаю им всем пулю между глаз.

Я жду минуту… две… но больше никакой машины не появляется. Я возвращаюсь к фургону, на котором приехали мои друзья. При более тщательном осмотре замечаю проткнутые шины с двух сторон, и часть капота, застрявшую в дереве. Вокруг машины лежат тела охотников, все в крови и синяках.

Из глубокой раны на лбу Миллы до самого подбородка сочится кровь.

Взбешенный и обезумевший, я выталкиваю свою душу из тела и иду на звуки битвы, на запах гнили. Когда горстка зомби, шатаясь, преграждает мне путь, я поднимаю полуавтомат и стреляю каждому существу прямо в пасть, раздробляя челюсти и зубы.

«Укусите меня, ублюдки».

Я мчусь вперед, каждая секунда превращается в бесконечную вечность, когда мигающие фары освещают битву… как раз перед тем, как опускается темнота.

Свет. Бронкс и Лав лежат на земле, оба дергаются в судорогах. Милла ползет к ним, ее руки охвачены красным пламенем.

Тьма.

Свет. Милла касается Бронкса, багровое пламя охватывает его грудь. Его спина выгибается, его крик агонии эхом разносится в ночи.

Тьма.

Свет. Зомби подкрался к Милле, которая отвлеклась, залечивая рану на груди Бронкса… рану, которая теперь кажется еще больше. Острые пожелтевшие зубы впиваются ей в плечо, и она кричит.

— Нет! — я ускоряюсь.

Тьма. Багровое пламя вырывается из нее и обхватывает существо.

Существо, которое вцепилось в нее крепче и трясет головой, как собака, получившая кость.

Почти рядом… близко… но недостаточно.

Свет. Али оттаскивает зомби от Миллы и протягивает ей руку, призывая динамис… но у нее не получается.

Тьма. «Давай же. Быстрее».

Свет. Коул бьет зомби по лицу. Должно быть, с Али случилось что-то плохое, потому что она лежит на земле, корчась от боли.

Тьма.

Свет. Милла подползает к Али и вводит ей, потом Бронксу, потом Лав… противоядие? Да, наверно. Все трое замирают.

Наконец-то! Я добираюсь до края поля боя.

Я прицеливаюсь и стреляю, всаживая пулю между глаз всем трем зомби, подкрадывающимся к Милле. Она поднимает взгляд. Наши взгляды встречаются. Когда она поднимается на ноги, меня охватывает глубокая волна облегчения. Все в порядке. Затем фары гаснут. Когда они снова загораются, она вновь сражается, ее короткие мечи летают с поразительной скоростью.

Я убираю оружие в ножны и достаю свои короткие мечи. Целенаправленными движениями отсекаю руки, ноги и головы зомби, оказавшихся на моем пути. Вокруг меня валяются части тел. Черная слизь разбрызгивается, обжигая меня.

Когда толпа, наконец, начинает редеть, я вижу, что вокруг меня сражаются другие охотники. Не только Коул и Милла, но и Ривер и Лав, которая снова на ногах, а также Ченс, Гэвин и Жаклин. Некоторые из них ранены сильнее, чем другие, но все они сильно истекают кровью.

— Жаклин! На шесть часов! — когда Гэвин тянется к ней, на кончике его ладони вспыхивает белое пламя… погаснув секундой позже. Это дорого ему обходится. Орда нападает, отрывая куски кожи и мышц от его руки. Он вырывается и шипит от боли. — Я не исцеляюсь, а они не очищаются.

Безумная ярость овладевает Жаклин, которая успешно обезвредила подкрадывающихся к ней сзади зомби благодаря предупреждению Гэвина. Она бросает свои кинжалы и достает два пистолета 22-го калибра.

Бум! Бум! Бум!

Зомби падают, образуя проход, позволяющий Милле пробраться к Гэвину и ввести ему противоядие.

— Прекратите пытаться зажечь свет, — кричит Коул. — Выведите из строя как можно больше З.

Милла не замечает лежащего на земле зомби, который тянется к ней…

— Милла! — кричу я.

Она поднимает на меня взгляд, но уже слишком поздно. Существо хватает ее за лодыжку, притягивая к своим зубам. Я действую инстинктивно, ныряю вниз и просовываю руку между ее ногой и его ртом. Боль охватывает меня мгновенно и полностью выводит из строя. Я падаю, не в силах пошевелиться… не в силах дышать.

Меня уже кусали, и это было чертовски больно, но не так. Не было таких последствий. Прежде я сохранял контроль над своим телом и терял контроль над разумом, желание есть, убивать, одолевало меня. Теперь все наоборот.

— Лед, — кричит Милла.

Я не могу ответить.

Вокруг меня валяются отрубленные головы и оскаленные зубы. Одна из охотниц делает шаг вперед, нанося удар по стоящему зомби, и нечаянно отбрасывает одну из этих голов в мою сторону. Но я не могу пошевелиться.

— Лед!

Секунду спустя земля уходит у меня из-под ног. Нет, нет. Это неправда. Меня подбросило в воздух, и я парю там, как воздушный шарик на ниточке.

Мое тело сдавливает со всех сторон. Даже когда из глаз течет теплая кровь, я вижу, что остальные охотники парят рядом со мной. Все, кроме Миллы. Она стоит на земле, подняв руки.

— Опусти… нас, — зовет Али. — Опусти… свои… руки.

Милла видела Али в действии и знала, как надо действовать. Она разводит руки в стороны. Внезапно я лечу, лечу… врезаюсь в дерево на значительном расстоянии от орды зомби. Я падаю на землю, и кто-то приземляется на меня сверху, стонет и откатывается, но это не имеет значения. Я не могу дышать ни с прижавшем меня весом, ни без него.

Ривер подбегает и вонзает иглу глубоко в мою шею.

— Не благодари. — противоядие течет по моим венам, охлаждая и успокаивая, и мои мышцы начинают работать.

— Милла, — говорю я. — Мы должны ей помочь.

— За дело. — он поднимает меня на ноги и уходит.

Я, спотыкаясь, иду за ним, моя голова кружится, но я борюсь с этим. Я помогу Милле.

Я вынимаю свой полуавтомат, перезаряжаю и стреляю в каждого зомби, с которым сталкиваюсь. Когда у меня заканчиваются патроны, использую топоры, прикрепленные к рукояткам, вскоре расчищая себе путь и выигрывая несколько секунд на замену обойм. Пока я целюсь и стреляю, целюсь и стреляю, гниющее мозговое вещество разлетается во все стороны. Осколки костей сыплются дождем. Зубы падают на землю, как выброшенные кусочки конфет.

Где Милла?