Джек Вэнс – Глаза чужого мира (страница 124)
— Ниссифер больше нет.
Через четыре дня караван спустился с холмов к берегам озера Заол. За его мерцающими водами восемь белых башен, полускрытых в розовой дымке, указывали местоположение Каспара-Витатуса, называемого иногда городом памятников. Караван обогнул озеро и приблизился к городу по аллее Династий. Миновав более сотни памятников, путники добрались до центра. Вармус показал дорогу к тому месту, где он обычно останавливался, — трактиру Канбо, и изнуренные путешественники приготовились восстановить свои силы.
Приводя в порядок каюту Ниссифер, Кугель наткнулся на кожаный мешок с сотней терциев, который он взял себе. Вармус, однако, настоял на том, чтобы помочь Кугелю разобрать пожитки Иванелло, Эрмолде и Перруквила. Они нашли еще триста терциев, которые поделили пополам. Вармус завладел гардеробом Иванелло, а Кугелю досталась та самая серьга с молочным опалом, на которую он с самого начала положил глаз. Кугель также предложил уступить Вармусу за пятьсот терциев все права на «Аввентуру».
— Это небывало выгодная сделка! Где еще ты найдешь крепкое судно, полностью снаряженное и хорошо оборудованное, за такую цену?
Вармус лишь рассмеялся.
— Если бы ты предложил мне зоб огромного размера за десять терциев, была бы это выгодная сделка или нет?
— Это предложение совершенно иного рода, — возразил Кугель.
— Ба! Магия ослабевает. С каждым днем корабль все сильнее оседает к земле. Зачем мне посреди пустыни корабль, который и по воздуху не летит, и по песку не плывет? Нет уж, даже при всей отчаянности могу предложить всего сто терциев, не больше.
— Какая нелепость! — фыркнул Кугель, и тем дело и закончилось.
Вармус вышел проследить за тем, как продвигается ремонт повозок. Он обнаружил пару рыбаков, с большим интересом разглядывавших «Аввентуру». Вармусу удалось добиться от них твердого заказа на судно за шестьсот двадцать пять терциев.
Кугель тем временем попивал пиво в трактире Канбо. Он сидел за столом, погруженный в свои мысли, и тут в общий зал вошла группа из семи человек с суровыми лицами и грубыми голосами. Кугель взглянул на их предводителя дважды, затем в третий раз и лишь тогда узнал капитана Вискиша, прежнего владельца «Аввентуры». Капитан, очевидно, напал на след судна и пустился в погоню за своей собственностью.
Кугель спокойно вышел из общего зала и отправился на поиски Вармуса, который по совпадению тоже искал Кугеля. Они встретились перед трактиром. Вармус хотел выпить пива в общем зале, но Кугель убедил его присесть на скамейке на противоположной стороне аллеи, откуда они могли видеть, как солнце садится в озеро Заол.
Через некоторое время речь зашла об «Аввентуре», и с ошеломляющей легкостью согласие было достигнуто. Вармус заплатил двести пятьдесят терциев за полные права на «Аввентуру». Они расстались, донельзя довольные друг другом. Вармус отправился разыскивать рыбаков, а Кугель, переодевшись в плащ с капюшоном и наклеив фальшивую бороду, поселился в гостинице «Зеленая звезда» под именем Тиченора, поставщика могильных плит.
Вечером посетители «Зеленой звезды» услышали громкий шум и крики, доносившиеся сперва откуда-то от доков, затем от трактира Канбо. В бузотерах признали группу местных рыбаков — они повздорили с отрядом путешественников. В стычку случайно оказались замешаны Вармус со своими возчиками.
Наконец порядок был восстановлен. Вскоре после этого в общий зал «Зеленой звезды» заглянули двое мужчин.
— Есть здесь некто Кугель? — грубо крикнул один.
— Нам срочно нужен Кугель. Если он здесь, пусть выйдет вперед, — подтвердил второй.
Естественно, ответа они не получили.
Кугель же утром отправился на ближайшую конюшню, где купил скакуна для путешествия на юг. Мальчишка-конюх проводил Кугеля в лавку, где тот приобрел новый кошелек и пару седельных сумок. В них он упаковал все, что требовалось для путешествия. Элегантная шляпа Кугеля уже обтрепалась и, кроме того, ужасно воняла после соприкосновения с Ниссифер.
Кугель снял «Фейерверк», завернул его в кусок плотной материи и спрятал в новенький кошелек. После этого он обзавелся темно-зеленой бархатной шапочкой с коротким козырьком. Хотя далеко не шикарная, она все же пленила Кугеля строгой элегантностью.
Расплачивался он терциями из кожаного мешка, найденного в каюте Ниссифер; мешок тоже издавал нестерпимую вонь. Кугель собрался было купить еще и новый мешок, но мальчишка-конюх остановил его.
— Зачем тратить ваши терции? У меня есть почти в точности такой же мешок, который я отдам вам совершенно бесплатно.
— Это очень любезно с твоей стороны, — сказал Кугель, и они вернулись на конюшню, где Кугель переложил свои терции в новый мешок.
Привели скакуна. Кугель вскочил в седло, а мальчик тем временем приладил на место седельные сумки. В этот момент в конюшню вошли двое мужчин устрашающего вида и быстрыми шагами приблизились к ним.
— Тебя зовут Кугель?
— Определенно нет! — заявил Кугель. — Ни в коем случае! Я — Тиченор! А что вы хотите от этого Кугеля?
— Не твое дело. Пойдем-ка с нами, ты как-то подозрительно себя ведешь.
— У меня нет времени на ваши шутки, — сказал Кугель. — Мальчик, передай мой мешок.
Мальчик повиновался, и Кугель прикрепил кожаный мешок к седлу. Он приготовился выезжать из конюшни, но мужчины преградили ему дорогу.
— Тебе придется пойти с нами.
— Это невозможно, — сказал Кугель. — Я еду в Торкваль. Он пнул одного из них в нос, а другого — в живот и во весь опор помчался по аллее Династий, ведущей прочь из Каспара-Витатуса. Через некоторое время остановился, дабы посмотреть, что предприняла погоня, если таковая вообще была. Его ноздрей коснулся неприятный запах, исходящий от кожаного мешка. К недоумению Кугеля, мешок оказался тем же самым, который он взял в каюте Ниссифер. Кугель с беспокойством заглянул внутрь и обнаружил там вместо своих терциев пригоршню маленьких ржавых железяк.
Кугель изумленно охнул и, развернув своего скакуна, собрался было вернуться в Каспара-Витатус, но в этот миг заметил дюжину мужчин, пригнувшихся к шеям своих коней, которые скакали за ним по пятам. Кугель издал еще один сумасшедший крик, полный ярости и досады. Он швырнул вонючий кожаный мешок в канаву и, снова развернув своего скакуна, во весь опор помчался на юг.
Из Каспара-Витатуса в Кёрниф
Глава первая
СЕМНАДЦАТЬ ДЕВСТВЕННИЦ
Погоня длилась долго и загнала Кугеля в край мрачных холмов цвета слоновой кости, известных как Бледные Морщины. Наконец Кугель хитроумным приемом сбил с толку своих преследователей, соскользнув с коня и укрывшись в скалах, в то время как его враги продолжили погоню за скакуном без седока. Кугель лежал, затаившись в своем убежище, до тех пор, пока рассерженная шайка не проскакала назад к Каспара-Витатусу, переругиваясь друг с другом. Он вышел на открытое пространство, затем, погрозив кулаком и посылая проклятия в адрес уже удалившихся на безопасное расстояние всадников, развернулся и пошел дальше на юг через Бледные Морщины.
Окрестности были голыми и зловещими, словно поверхность мертвого солнца, поэтому опасные создания вроде синдиков, шамбов, эрбов и виспов предпочитали обходить эти места стороной, что было единственным греющим душу Кугеля обстоятельством. Шаг за шагом Кугель продвигался вперед, нога за ногу: вверх по очередному склону, с которого открывался обзор на бесконечную череду бесплодных холмов, и вновь вниз, в ложбину, с пробивающимися кое-где ручейками, питавшими скудную растительность. Там Кугель время от времени находил рамп, лопухи, скволликсы, а иной раз даже какого-нибудь зазевавшегося тритона, которые хотя и не насыщали его, но все же заставляли на время умолкнуть голодное урчание в его животе.
Шли дни. Восходящее солнце, бледное и неяркое, всплывало на темно-синем небе, время от времени будто бы окутанное колышущейся и мерцающей иссиня-черной дымкой, чтобы наконец, словно исполинская пурпурная жемчужина, опуститься на западе. Когда темнота делала дальнейшее продвижение невозможным, Кугель заворачивался в свой плащ и пытался немного поспать.
В полдень седьмого дня Кугель, спустившись по склону, набрел на заброшенный сад. Там он нашел несколько сморщенных ведьминых яблок, которые умял в один миг, после чего отправился в путь по старой дороге. Через милю дорога привела к почти отвесному берегу реки, откуда открывался вид на бескрайнюю равнину. Прямо у реки притулился маленький городишко, изгибавшийся к юго-западу и исчезавший в тумане.
Кугель с живейшим вниманием оглядел представший пейзаж. На равнине он увидел заботливо возделанные огороды, все правильной квадратной формы и одинакового размера, по реке плыла рыбачья шаланда. «Какая безмятежная картина», — подумал Кугель.
С другой стороны, город строили в странном и старомодном стиле. Скрупулезная правильность, с которой дома окружали площадь, говорила о том, что его обитатели люди старых правил. Дома походили друг на друга, каждый из них представлял собой строение из двух, трех или даже четырех приземистых луковиц, уменьшающихся в размере, причем самая низкая из них всегда была окрашена в голубой, вторая — в темно-красный, третья и четвертая — в тусклые оттенки охры и черного соответственно. Дома венчали шпили из причудливо переплетенных железных прутьев большей или меньшей высоты. Трактир на берегу реки являл образец более простого и свободного стиля и был окружен чудесным садом. Внезапно Кугель заметил, что с востока по берегу реки приближается караван из шести повозок с высокими колесами, и всю его нерешительность как рукой сняло — в городке, очевидно, к чужестранцам относились вполне терпимо, и он размашисто зашагал вниз по холму.