Джек Уильямсон – Рождение новой республики (страница 47)

— В чем дело, Тони?

Вэнс и второй оператор были неизбежными свидетелями их разговора, потому что без постоянной подстройки узкий эфирный нерв между кораблями разорвался бы за полминуты. Но собеседники, казалось, забыли об этом. Изображение девочки опять стало резким, и она стала на место. Теперь ее круглые огромные глаза смотрели серьезно.

— Ой, дедушка, — жалобно просила она. Тони всегда называла Гедеона дедушкой. — Дедушка, мне так одиноко! Я заставила их разрешить мне поговорить с тобой. Я хочу, чтобы ты пришел и остался здесь со мной. Пожалуйста, приезжай! Ты говорил, что приедешь, когда доделаешь свое изобретение. Пожалуйста, побыстрее!

Гедеон сжал искривленные старые пальцы в кулаки, и его голубые глаза заблестели.

— Нет, Тони, — зашептал он. — Нет, боюсь, что… — задохнувшись, он замолчал. Слезы покатились по щекам, но он не замечал этого. — Нет, Тони, — начал он снова. — Мое изобретение… никогда не будет… закончено. И, Тони, я… должен уехать…

— Но, дедушка! — голос девочки звучал возмущенно, она отказывалась понимать, что мир взрослых обманул ее. — Ты же мне обещал! Ты должен!

— Тони! — не выдержав, закричал старик. — Тони, я приеду! Что бы ни случилось, я приеду за тобой!

Она поверила и счастливо засмеялась. Затем оператор «Беллатрикс», должно быть, сказал ей, что связь кончается, потому что девочка на мгновение отвела взгляд в сторону, затем снова взглянула на экран и крикнула:

— Пока, деда! Я буду ждать!

— Пока, Тони, — прошептал Гедеон Клю. Но связь уже была отключена, и он говорил с пустым и безмолвным экраном.

…НЕ ПРОШЛО И часа, как сигнал срочного вызова у Вэнса зазвучал снова. Когда связь была настроена, он увидел на экране оператора «Беллатрикс», и сразу понял, что случилось что-то экстраординарное. На операторе не было фуражки, белая форма порвана на плече, один рукав покраснел от крови, которая капала на пол. Он смотрел в экран безумными глазами и пытался что-то сказать, но голос не повиновался ему.

— В чем дело? — встревожился Вэнс. — Что там у вас такое?

— Помогите! — невнятно крикнул тот. — Бога ради! Они убили капитана! Помогите!

Затем Вэнс услышал тяжелые удары — по-видимому, вышибали дверь — и приглушенные вопли. Раненый оператор повернулся и молча смотрел, как дверь упала и вошли трое мужчин, все с раскаленными ионными иглами. Оператор, все так же молча, встал им навстречу, кровь стекала у него по рукаву. Вэнс сразу же узнал вожака этой тройки по примете, описанной во множестве объявлений о награде за поимку. У него не было носа, на месте которого синел лучевой шрам с двумя прорезями вместо ноздрей. Скал Дун! Космический пират, прозванный «ужасом туманности»!

— Призываешь «орлов», да? — голос был высоким и резким. Вэнсу показалось, что он слышал его раньше, хотя он никогда не встречался со Скалом Дуном, — Науськиваешь Службу?

Его рука подняла ионную иглу, которая плюнула голубыми искрами. Оператор вскинул руки и с воплем крутанулся вокруг своей оси. Луч сжег ему лицо, но прошла еще целая жуткая минута, прежде чем он упал и умер. Скал Дун смотрел на него, пока он не превратился в дрожащую бесформенную груду на полу, затем взглянул на экран, на Вэнса. Взгляд больших карих глаз был мягким и нежным, как у женщины.

— Стало быть, ваш друг все же связался с вами, да? — снова послышался мучительно знакомый тонкий голос. Пират пнул тело на полу. — И, может быть, вы видели достаточно, чтобы представить, что произойдет с «орлами», которые налетят на Скала Дуна?

Тошнота, которую испытывал Вэнс, должно быть, ясно отразилась на его лице. Мягкие карие глаза улыбнулись, и тонкий голос непечатно определил его состояние. Затем ионная игла снова поднялась, плюнула синим огнем, и экран потемнел. И только тогда Вэнс вспомнил, где он слышал это голос. Так говорил человек с обвязанной головой в инвалидном кресле, тот самый, что рассказывал ему о Скале Дуне.

…Короткое совещание состоялось прямо на мостике. «Беллатрикс» не была боевым кораблем. Ее единственное оружие — длинная ракетно-торпедная труба — по иронии судьбы, была установлена как раз для защиты от того самого пирата, который захватил судно. А станция, все-таки, была боевой ракетой, хоть и очень устаревшей. Однако при списании боевое оборудование не было размонтировано, и теперь в нашем распоряжении имелись четыре ракетно-торпедные трубы и Дуга Силби, которая била направленным электрическим лучом от генераторов. Мы с легкостью могли бы уничтожить лайнер, если бы не жизни экипажа и сотни пассажиров на борту. Ради них стоило рискнуть.

— Попробуем напасть на них и отбить корабль, — сказал Кемптон. — Но из-за этой торпедной трубы взять их будет непросто. Угораздило же Службу поставить оружие — знают ведь, что Дун не нападает извне.

— Да, он умеет красиво разыгрывать свои карты, — согласился Хьюм.

Даже с нашими мощными электронноструйными двигателями, установленными для непрестанной борьбы с гравитацией Мертвой Звезды, мы не скоро догнали удирающий лайнер. Десять часов прошло до того, как начался бой, и после долгого напряженного ожидания он показался быстрым и суматошным.

Гедеон Клю прибежал к Кемптону, как только была замечена «Беллатрикс» — серебристая пылинка, несущаяся между белыми полями Великой Туманности, с фиолетовым флуоресцирующим хвостом выхлопа электронных двигателей.

— Где мое место во время боя, сэр?

Круглые голубые глаза сияли нетерпеливой решимостью. Но Кемптон пренебрежительно отправил старика восвояси.

— В вашей каюте, Клю. Команда и без вас в полном составе.

— Но, сэр! — протестующе прошепелявил Клю. — Тони! Я должен помочь ее спасти! Она…

— Идите вниз, выполняйте!

Лицо старика померкло, глаза потухли и он, спотыкаясь, вышел из рубки.

Когда станция приблизилась, Дун начал стрелять. От первой ракеты мы увернулись, резко изменив курс. Вторую и третью подорвали на расстоянии с помощью Дуги Силби. Но четвертая проскочила мимо палящего пальца Дуги — стремительная пылинка, начиненная смертью — и ударила в станцию посередине, так что в мощном корпусе из бериллиевой стали образовалась пробоина, в которую со свистом полетел драгоценный воздух.

Колин, главный инженер, был мгновенно убит осколком корпуса, его помощника вынесло наружу воздушным потоком. По счастью, боевое расписание предполагало автоматическую герметизацию отсеков, только поэтому станция не погибла. Генераторным отсеком нельзя было пожертвовать, поэтому Хэйл, второй инженер, взяв оставшегося помощника, надели легкие скафандры, взяли металлические заплаты и термитные шашки для сварки, которые всегда были наготове, и отправились заделывать пробоину, так что через считанные минуты отсек можно было разгерметизировать. Но сокрушительный удар ракеты не прошел даром для старого корпуса — давление продолжало падать. Хэйл с помощником отправились искать течь. Они нашли еще несколько трещин по швам корпуса и заделали их, однако воздух продолжал выходить и, как ни искали, обнаружить место утечки так и не удалось.

Занятые этой жизненно важной работой, инженеры поневоле оставили генераторы без присмотра. Станция нагоняла «Беллатрикс», на мостике Кемптон отчаянно кричал в переговорное устройство:

— Бога ради, Колин, дайте мне питание! Для Дуги Силби! Пока они не перезарядили трубу!

Но главный инженер был мертв, а остальные вели отчаянную борьбу за выживание станции. Но все же генераторы снова ожили, и голубая рука электрической дуги вырвалась наружу. Она коснулась защитного кожуха ракетно-торпедной установки над корпусом «Беллатрикс», кожух не выдержал, и труба превратилась в оплавленный, искореженный металл. Теперь лайнер был беззащитен.

Но Скал Дун, хотя и обезоруженный, все еще не считал себя проигравшим. Он снова проявил качество, которое и раньше его спасало — храбрость, достойную великого человека… или безумца! Лайнер внезапно изменил курс и по широкой дуге понесся вниз к Мертвой Звезде.

— Ныряет к звезде! — воскликнул Кемптон. — Собирается погибнуть, но не сдаться! И всех пассажиров берет с собой!

Но опытный Хьюм не спешил с ответом. Он молча изучал движение серебряного эллипсоида, затем, отложив в сторону инструменты, повернулся к капитану.

— Нет, Скал не такой дурак, сэр. Он не собирается падать на Звезду, он намерен облететь ее и уйти.

— Облететь? Мертвую Звезду?

— Он повышает скорость. «Беллатрикс» сейчас находится на параболической орбите. Она, словно комета, пронесется вблизи Звезды и снова уйдет в сторону.

— Параболическая орбита? При такой гравитации?

— Маневр крайне рискованный, но возможный.

Капитан замолчал. Мертвая Звезда настолько поразила его воображение, ее притяжение казалось таким колоссальным, что он не подумал о возможности параболической орбиты. Это была грубая ошибка, и Кемптон краем глаза взглянул на Хьюма — не смеется ли над ним помощник. Но тог был по-прежнему бесстрастен. Когда он был здесь новичком, и он ошибался. Все ошибались, пока не привыкали к Звезде.

— Нет, он не уйдет, — резко сказал капитан. — Здесь есть мы, чтобы его остановить.

— Вы собираетесь последовать за ним?

— Конечно. Мы догоним их, прикрепим станцию к корпусу при помощи магнитных якорей. «Беллатрикс» безоружна. Если Скал нс сдастся, мы будем штурмовать шлюз или прорежем корпус, — капитан взглянул на барометры и продолжал: — У нас просто нет другого выхода. Этот выстрел нас прикончил. Мы должны перейти на «Беллатрикс» или погибнуть. Давление уже упало на два фунта. С такими темпами воздуха нам хватит часа на три.