Джек Уильямсон – Рождение новой республики (страница 36)

Я оставил Лероду с моими сестрой и матерью, а сам пошел вниз, чтобы заняться своими обязанностями. Дженкинс ждал, с обычными «депешами Уоррингтона, сэр». Я узнал, что Огненный Пик стал новой столицей Луны после гибели Куррукваррука. В интересах безопасности из города в пещеру был проложен туннель, на случай бомбардировки, чтобы использовать её как убежище. Собрание переехало в наш город, и большинство должностных лиц нового правительства находились тут. После нашего прибытия прошел ряд деловых встреч, чтобы ознакомить Лафоллетта и его офицеров с условиями на Луне и наметить определенные планы относительно ближайших кампаний.

Наши войска отдохнули два дня в Огненном Пике, потом они загрузились снова на девятнадцать из судов, которые были разделены на два флота. Девять судов несли Лэнгли и его людей к Колону, большому городу в лунных Аппенинах, где они должны были соединиться с силами Холла. Десять других судов несли людей и амуницию Уоррингтону, в Теофил. Наш флагман, «Комета», оставался в Огненном Пике, на случай неожиданного нападения из космоса. Конференции продолжались. Лафоллетт, Доэн, Гринвилл и мой отец были заняты разработкой новых планов. Гарднер, находясь все еще с Уоррингтоном, должен был вернуться с Брисом, командовавшим судами, посланными в Теофил.

В наши планы входило «сжать железное кольцо вокруг Нового Бостона», как выразился один красноречивый молодой оратор. Силы Лафоллетта и Уоррингтона должны были сокрушить Гумбольдта, в то время как Доэну предстояло разбить флот Фон Торена в решающем сражении.

У Лероды был талант проникать в самую гущу событий. Она посетила заседания Собрания Директоров — и скоро знала большинство делегатов. Она решила разработать «символ» или флаг для Луны. Она сделала модель — проект представлял собой полотнищем с белым полумесяцем, «старой доброй Луной» — и сделала так, что я представил идею всем делегатам, которых я встретил.

Естественно, с появлением молодых офицеров с Земли общественная жизнь небольшого города весело забурлила. Лерода и я были вместе на очень многих мероприятиях, но имели еще больше удовольствия, избегая другие.

Это было примерно в то время, когда случилась «Резня Эльдорадо». Не такой и важный инцидент сам по себе, возможно. Но у него были огромные последствия. Он вызвал вспышку лунного патриотизма у людей Лафоллетта, и рост лунного патриотизма вообще…

Два флота уже улетели. «Комета» являлась единственным военным кораблем, оставшимся в столице. Обращение по радио из Эльдорадо, маленького шахтерского поселка почти в двухстах милях к востоку от столицы, было как гром среди ясного неба. Сообщение было принято по радио; а вмешательство прямых лучей солнца, которые делают радиокоммуникацию невозможной в середине лунных дней, сделало его почти бессвязным, хотя солнце уже клонилось к западу. Так как у Луны нет слоя Хевисайда, отражающего радиоволны назад на поверхность, радиостанции на Луне работают немногим далее, чем две сотни миль, при лучших условиях.

— Ка-Ларбах… — услышали мы, — …миллионы «лунных телят»… поход. Запад… Дезинтеграторы… люди с ними… космические скафандры… военные космолеты над нами. Помогите. Ради Бога…

Это показалось невероятным Лафоллетту и его офицерам. Неужели Металлы опустились до союза с дикарями-людоедами; но с начала войны ходили многочисленные истории, как дикари действовали при поддержке флота и пехоты врага. Но до этого времени все сводилось к разбою на дорогах и мелким диверсиям. Однако сообщение однозначно дало понять, что на Эльдорадо напала ужасная орда. И хотя у нас было всего лишь одно судно, и его оставили, чтобы защитить столицу, Лафоллетт потребовал, чтобы мы отправились в Эльдорадо. Доэн был не против. После пламенного обращения Лафоллетта Собрание Директоров разрешило операцию. Через час после того, как прибыло сообщение, мы были на борту и взлетали.

Доэн командовал, а Лафоллетт и два или три из его офицеров, настаивая, что они на Луне, чтобы изучить искусство войны как можно скорее, были на борту в качество пассажиров. Я присутствовал как секретарь Лафоллетта.

Через полчаса мы были вблизи злополучного городка. Он лежал вне гор, на темной равнине пустыни, как яркий квадрат серебряной фольги. И вся равнина вокруг покраснела от блестящих красных гигантских селенитов. Колоссальные красно-чешуйчатые монстры прыгали, подобно гигантским блохам, очевидно, повинуясь нескольким наездникам в серебряной броне скафандров. Многие из существ были вооружены длинными, тонкими трубками дезинтеграторов.

Когда мы прилетели, небольшая группа людей отчаянно пыталась достичь городских стен. В бинокль я наблюдал гибель бедняг. Было их только дюжина или чуть больше, в рваной рабочей одежде; они, должно быть, были шахтерами из дальней шахты.

Из оружия они несли только несколько ручных дезинтеграторов, причем не военных, а для работы в шахте. Они героически сражались, но их шансы против орды стремились к нулю. Я выронил бинокль в ужасе, когда увидел, как колоссальные темно-красные зеленоглазые твари схватили их, разрывая заживо на кровавые кусочки, страстно пожирая их. Дикари-селениты даже устроили драку между собой за жалкие фрагменты красной плоти и кровавых тряпок.

Лафоллетт и его офицеры были потрясены, и слова «Помни Эльдорадо!» стали потом их боевым кличем.

Селениты окружили город и пытались взять его штурмом, как раз когда мы появились в поле зрения. И высоко над прозрачной крышей города зависло три колоссальных серебряных шара, извергавших разноцветный туман выхлопов из своих атомных двигателей. Тонкие лучи — красные, зеленые и оранжевые — терзали стены обреченного городка; и огромные пылающие сферы атомных вихрей, шаровые молнии белого, фиолетового и синего неукротимого огня лились вниз непрерывным потоком уничтожения.

Эльдорадо был совершенно не готов к обороне. Был один генератор желтого лучевого экрана, и единственный проектор атомных вихрей. В отчаянии жители притащили дюжину шахтерских дезинтеграторов — добывающих машин, чтобы использовать как оружие. Это было всё вооружение, какое они имели против многотысячных орд адских, гигантских существ и трех боевых кораблей.

Один из кораблей сразу метнулся к нам, в то время как другие два продолжали бомбардировку небольшого городка. Наши улучшенные проекторы луча и навык, с которым наша команда обращалась с ними, уверили нас в быстрой победе. Через пять минут вражеский корабль упал, пылая, словно метеор. Крушение произошло около города; оно, должно быть, уничтожило сотни диких чудовищ, но нападавших это не остановило. Оба оставшихся корабля ринулись в атаку. Доэн принял бой с хладнокровным спокойствием профессионала. Земные военные корабли были равны нашему в размере и вооружении, хотя, возможно, наша команда немного лучше обучалась. Но наш двигатель был мощнее.

В течение нескольких минут мы обменивались ударами — безрезультатно. Вражеские пилоты управляли лучевыми экранами настолько умно, что каждый прикрывал экраном другого, не оставляя нам лазейки в силовом щите. Доэн вел бой, оттягивая время, чтобы спасти город. Вражеские суда были почти скрыты в шторме мерцающего многоцветного пламени.

Вдруг, ниже нашего корабля, прогремел сокрушительный взрыв, и мы начали падать. Атомный вихрь повредил нашу двигательную установку. Несколько секунд спустя казалось, что неприятность была устранена, поскольку наше падение было приостановлено, и мы быстро вернулись на нашу прежнюю высоту. Тем временем неисчислимые прыгающие красные орды селенитов обрушивались на город, Дезинтеграторы, в неловких щупальцах — хоботах селенитов рушили стеклянные стены и башни, несмотря на жестокий огонь защитников. «Лунные телята», должно быть, нашли вход через отверстия, пробитые атомными вихрями. Огромными прыжками орда устремилась вперед. На какое-то время их остановили лучи ручных шахтерских машинок. Но один за другим эти лучи погасли.

Эльдорадо оказался во власти Ка-Ларбах, самых ужасных из диких «лунных телят».

В то же самое время мы отчаянно отбивались. Смелым маневром Доэн, уловив момент, когда в силовом щите противников на миг открылась брешь, обрушил на врага пучок разноцветных лучей, и один корабль землян рухнул.

Ниже нас селениты кровавой рекой вливались в завоеванный город. Большую часть происходящего мы не видели. Но нам хватило и того, что мы смогли разглядеть. Блестящие, чешуйчатые, темно-красные чудовища, сверкая стеклянными зелеными глазами, копались в руинах в поисках мертвых и выживших. Мерзкие хоботы вытаскивали из-под завалов людей, только для того, чтобы отправить их в ненасытные пасти. С энергичной жадностью чудовища пожирали живых и мертвых, тела людей хрустели, как красный воск, на их сильных зубах.

Внезапно лунный ландшафт ниже нас качнулся от удара потрясающего взрыва, и яркий стеклянный город превратился в гриб пыли, осколков и пламени. Гриб стоял секунду в воздухе и обрушился на равнину дождем обломков. Только обширный оплавленный кратер остался на месте бойни.

Из десятков тысяч нападавших чудовищ только несколько смогли убежать, избежав самоубийственной мести завоеванного города. Все остальные сгорели в огне атомного взрыва. Возможно, реакторы были взорваны последним оставшимся в живых — мир никогда не узнает об этом.