Джек Уильямсон – Рождение новой республики (страница 22)
Я прыгнул в воду и, сделав глубокий вдох, нырнул. Вместе с механиком мы общими усилиями вытащили цилиндр. Мы подняли его и, закинув через борт лодки, вскарабкались в нее сами, едва не опрокинув.
Брис с мокрым механиком налегли на весла, и мы понеслись к огромной серебряной сфере судна, которое плавало на воде на расстоянии ста ярдов. Промокший и продрогший, я в ужасе наблюдал за снижающимися кораблями врага, мчащимися на нас. Я бросил взгляд на Гарднера, который нетерпеливо изучал штуковину, которую мы вытащили из песка. Это был помятый серый цилиндр, возможно, фут в диаметре и три в длину. Ученый постучал по нему рукоятью карманного дезинтегратора, отделив серую корку. Сверкнул белый металл… Через мгновение мы были у воздушного шлюза «Орла». Механик схватил лестницу, зафиксировал лодку, в то время как мы передали заветный цилиндр на борт.
Затем отчаянно и торопливо мы вскарабкались по лестнице. Мы не стали терять времени, чтобы спасти лодку. Корабль начал взлет, как только мы ввалились в шлюз, и поднялся уже на сто футов, когда я из шлюза вывалился на орудийную палубу. Брис бросился на мостик, спеша на боевой пост. Солдаты собрались вокруг блестящих орудий, готовясь дать отпор врагу.
Гарднер и я перекатили металлический цилиндр на палубу и теперь очищали его от налета, отбивая корку тяжелым молотком. Это действительно был металлический цилиндр — меньше фута в диаметре, и три фута длиной. Не было никакого видимого соединения на его поверхности, никакого признака отвинчивающейся крышки.
Обнаружив, что мы не можем открыть его, мы поднялись по центральной лестнице, подняв цилиндр небольшим электрическим лифтом, используемым для того, чтобы поднимать продукты. Я хотел узнать, что происходит снаружи; но главный интерес Гарднера был сосредоточен на цилиндре, несмотря на подступающий вражеский флот.
Когда мы достигли мостика, Доэн и Брис склонились к круглому пульту в центре помещения, работая с рычагами и дисками. Наблюдая через крошечные иллюминаторы, я увидел мерцающую сферу военного корабля, теперь на расстоянии всего в две мили. Он был почти непосредственно над нами, на нашем пути. И разноцветные лучи его дезинтеграторов резали воздух вокруг нас. Наше собственное судно огрызалось в ответ. Все орудия на верхней палубе били по врагу. Внезапно я был ослеплен стеной огня, когда все наши орудия дали синхронный залп. Первый залп не причинил врагу особого вреда, лучи прошли мимо или бессильно отразились от зеркальной брони. Но наши канониры смогли сфокусировать лучи всех орудий в одну точку. Крейсер Металлов ослепительно вспыхнул на миг и исчез во вспышке взрыва. Его расплавленные обломки со свистом полетели вниз мимо нас. Благодаря слаженности действий команды, мы победили. Но оставалось еще два вражеских корабля.
Мы стрелой мчались в небо. Его синий цвет темнел, приближаясь к космической черноте, и тысячи звезд яростно вспыхнули в его глубинах. Два враждебных корабля висели над нами, выжидающие и зловещие. Доэн использовал свои бомбы космического экрана снова, ловко выпустив обширные облака пара, чтобы скрыть нас от глаз и радаров врага.
Я понял, что он сделал, только тогда, когда мы поднялись сквозь экран мерцающего белого тумана и увидели вражеские суда, обрушившие лучи друг на друга!
Доэн проскочил между ними так, что каждый земной командующий принял своего коллегу за «Орла». Если они и осознали свою ошибку, когда мы вылетели из искусственной туманности, то было уже слишком поздно, поскольку оба земных корабля падали.
Мы легли на курс к Луне. Наше судно было фактически цело. Луч от первого судна, с которым мы столкнулись, оплавил несколько квадратных метров нашей брони, одна из башенок дезинтегратора была расплавлена, погибли три человека. Но скорость мы не потеряли. Через несколько часов произвели ремонт и предали мертвых пустоте.
Только тогда Гарднер и я приступили к изучению металлического цилиндра. Цилиндра, который едва не стоил нам всем жизни и который, как мы надеялись, содержал тайну, которая подарит победу Луне. Так как мы не могли найти способ открыть его, я отнес контейнер в механический цех. Там я отпилил конец ножовкой. Наконец крышка трубы отвалилась, открыв край большого рулона бумаг.
Глава XVI. Сражение в кратере Смита
Действительно, документы, которые мы извлекли из этого алюминиевого цилиндра, были бесценны. Написанные в современной «ментографической» стенографии и сжато изложенные, они включали тысячу страниц оригинальной рукописи. Это был, фактически, лабораторный журнал доктора Вардона, покрывавший двадцать лет всеобъемлющих исследований. Гарднер был опытный в чтении этой системы стенографии, и я изучил её достаточно, чтобы быстро читать. Все наши часы бодрствования в течение первой недели длинного рейса на Луну были проведены в исследовании нескольких тысяч записей, которые ссылались на сотни связанных разделов, так же как на основной объект работы Вардона — повторное открытие «атомного джета».
Вардон, это стало ясно из его отчетов, был гением, которого мир был не в состоянии признать, пока «Транко» не наняла его. Однако только на третий день нашего исследования мы нашли изодранный лист, на котором были записаны фундаментальные уравнения, на которых базируется распад золотого атома. Гарднер впал в экстаз от восхищения простотой и изяществом математических выкладок Вардона. Через несколько дней мы изучили до конца теоретическую сторону вопроса и вернулись к примечаниям гения относительно практического применения формул.
Я — неплохой чертежник, и, работая с помощью Гарднера, посвятил неделю нашего рейса созданию полных планов военного корабля, использующего открытие Вардона. Я никогда не делал ничего подобного раньше прежде; фактически, космический корабль никогда не строился вне больших верфей Металлов в Питтсбурге. Я загонял команду, изучая конструкцию «Орла». Новые суда должны были быть намного больше и мощнее, чем «Орел», который начал свою сложную карьеру на Земле прежде, чем я родился.
Согласно нашим вычислениям, оказалось, что доступная энергия должна быть по крайней мере на тридцать пять процентов больше, чем у генераторов Орлова, использующих платиновую группу, и это, мы чувствовали, даст нашим новым судам серьезное преимущество перед флотом Металлов.
После обсуждения мы остановились на сферической форме судна, взяв за основу модель, используемую начиная с древних кораблей Колона. Сфера имеет преимущество максимальной прочности и объема, с минимумом веса и внешней поверхности. Некоторые из судов, недавно построенных на Земле, были веретенообразными или цилиндрическими с коническими концами. Такой проект уменьшает сопротивление плотного воздуха Земли; но в разряженной атмосфере Луны или в вакууме космоса это скорее вредит.
Девять судов Мак Рена, которые мы сбили у Нового Бостона, были цилиндрическими.
Я надеялся, что мы сумеем совершить посадку около Теофила, поскольку я хотел увидеть отца и мать прежде, чем обязанности моего положения призовут меня на поле битвы. Но Гарднер сообщил мне, что мы должны будем прилуниться в том же месте, где оставили Луну — в диком кратере на западе от города. Он хотел войти в контакт с Уоррингтоном как можно скорее и обсудить вопрос построения флота для Луны. Некоторое секретное место должно было быть найдено, где тысячи людей могли быть собраны и снабжены пищей и материалами в течение многих месяцев.
Мягкая посадка огромного серебристого шара в плотных зарослях желтого, тернистого кустарника, внутри высокой оправы кратера прошла успешно. А несколько секунд спустя посадочная команда уже деловито укрывала корабль маскировочной сеткой. В кратере была расположена почти что деревня. Сто человек постоянно жили тут в обширных пещерах, выплавленных дезинтеграторами в стенах кратера. В стенах кратера располагались их квартиры, складские помещения и механические цеха. Тут они выращивали овощи и фрукты, обеспечивая витаминами себя и команду «Орла». И это было только одним из десятков тайных космодромов Луны.
Я провел несколько часов, выбирая безопасный путь через тернистые кусты. Меньшая сила тяжести Луны была восхитительна после того, как я почувствовал свой свинцовый вес на Земле. Через некоторое время я миновал проход в стене кратера, который был наполовину естественным узким проходом, наполовину — искусственным туннелем.
Я пристально оглядел обширную выжженную равнину в восточном направлении. Дикой, и невероятно пустынной и заброшенной выглядела она после недель, проведенных на Земле, но все же было что-то в мрачном загаре ее каменистого простора, что привлекало меня этот суровый мир был частью меня.
Теперь я увидел прыгающие красные точки далеко, на плече черного горного хребта. Я навел резкость своего карманного телескопа, и они превратились в небольшую группу