Джек тени – Шипы кровавой розы (страница 4)

Лиса подвинулась ближе, её колени почти касались моих. Она заглянула мне в глаза, и в её взгляде, обычно насмешливом, сейчас была непривычная серьёзность.

— Ты загоняешь себя, Михаил. Я вижу это. Не спишь, почти не ешь, пытаешься контролировать всё и вся, от заточки лопат у сапёров до рациона лошадей в обозе. Так нельзя, ты не железный, хоть Урсула и любит тебя так называть. В итоге сгоришь раньше, чем мы дойдём до Крейгхолла.

— Я командующий, Лира, это моя работа, — устало возразил ей.

— Нет, — она покачала головой, её пушистые хвосты легонько качнулись. — Твоя работа — принимать решения. А не пытаться заменить собой каждого капрала в этой армии. Ты должен доверять своим командирам. Доверять мне, Урсуле, Корину. Мы не подведём.

Она протянула руку и осторожно коснулась моего виска, её пальцы были прохладными и нежными.

— У тебя на лице написано всё, что творится у тебя в душе. Тревога за Элизабет, страх перед неизвестностью этой «армии-призрака». Давление ответственности за тысячи жизней. Это слишком много для одного человека, даже для такого, как ты.

Я молчал, Лира была чертовски права. Я взвалил на себя слишком много. Попытка контролировать всё была лишь иллюзией, способом борьбы с собственным страхом перед неизвестностью.

— Иногда, — её голос стал тише, почти шёпотом, — даже самому сильному вождю нужно просто выдохнуть. Позволить себе быть слабым, хотя бы на одну ночь.

Лира, не отрывая от меня взгляда, медленно, почти лениво, начала расстёгивать пряжки на своей кожаной броне. Она делала это с такой естественной грацией, что я не мог отвести взгляд. Это не было похоже на пошлый стриптиз. Это был почти ритуал, жест доверия. Она снимала не просто доспех, снимала маску хищницы и шпионки, оставаясь просто женщиной.

Когда броня упала на пол, лисица осталась в одной тонкой шёлковой рубашке, которая не скрывала, а лишь подчёркивала изгибы её тела. Она подошла ко мне и села рядом, так близко, что я чувствовал аромат её кожи, смешанный с запахом полевых трав и чего-то неуловимо пряного, лисьего.

— Ты устал, Михаил, — повторила она, её рука легла мне на плечо. — Устал от войны, от политики, от интриг. Тебе нужно забыться, хоть на несколько часов.

Она наклонилась и легонько поцеловала меня. Её губы были мягкими и чуть сладкими от гномьей настойки. Это был, поцелуй-обещание покоя.

И я, привыкший держать всё под контролем, вдруг понял, что больше не хочу сопротивляться. Адреналин, который держал меня в тонусе последние несколько суток, начал отступать. Я сдался, позволил ей взять на себя роль ведущей. Её руки скользнули мне за спину, расстёгивая мою собственную броню. Её поцелуи становились всё смелее, всё настойчивее, будто в первый раз. Лисица повалила меня на шкуры, и в этот момент я перестал думать. Мозг, перегруженный расчётами и тревогами, наконец, отключился. Остались только инстинкты, запах её тела, прикосновения, тихий шёпот, от которого по спине бежали мурашки.

Проснулся я от холода, огонь в жаровне давно погас, и утренний воздух, проникавший в палатку, был свежим и бодрящим. Лира уже ушла, оставив после себя лишь лёгкий аромат своих духов и смятую подушку. Я чувствовал себя странно, тело слегка ломило, но голова была ясной, как никогда. Гномья настойка и общество Лиры действительно сделали своё дело. Тревоги не ушли, но перестали давить на меня чугунной плитой, превратившись в решаемые задачи.

Собравшись, я вышел из палатки. Лагерь уже просыпался, солдаты завтракали, чистили оружие, готовились к новому дню пути. Увидев меня, приветственно кивали, в их взглядах я читал не только уважение, но и какую-то новую уверенность. Похоже, моя короткая передышка пошла на пользу не только мне.

— Выглядишь посвежевшим, Железный! — громыхнула Урсула, проходя мимо с огромным куском жареного мяса в руке. Затем многозначительно добавила — Наконец-то выспался?

— Вроде того, — встретившись взглядом с Лирой, которая стояла неподалёку и с невинным видом обсуждала что-то со своими разведчицами. Но я чувствовал на себе её насмешливый взгляд.

Через два часа мы снова были на марше. Местность начала меняться, унылые равнины уступили место холмам, а затем и настоящим предгорьям. Воздух стал чище и прозрачнее. Мы шли по заброшенному тракту, который вился между скал. И к полудню мы упёрлись в преграду, которую невозможно было обойти.

Перед нами разверзся огромный глубокий каньон. На его дне, в сотне метров ниже, ревела бурная река. А через каньон был перекинут древний мост, построенный, без сомнения, гномами. Он был высечен из цельных каменных блоков, каждый размером с повозку. Широкий и мощный, мост выглядел так, будто мог простоять ещё тысячу лет. Но это было лишь первое впечатление.

Я подъехал ближе и спешился. Корин, мой главный инженер, уже был здесь. Гном с мрачным видом ходил вдоль моста, постукивая по опорам своим молотком и прислушиваясь к звуку.

— Что скажешь, Корин? — спросил у него, подходя к нему.

— Скажу, что строили его мои прапрадеды, — проворчал гном, не отрываясь от своего занятия. — И строили на совесть. Но с тех пор, как последний гном ушёл из этих гор, прошло лет триста. Никто за ним не следил, вода, ветер и время, Железный, это самые страшные враги любого камня.

Бородатый указал на одну из опор.

— Смотри, трещины, их почти не видно, но они есть. И вот здесь, — он ткнул пальцем в шов между двумя блоками, — кладочный раствор вымыло почти полностью. Держится на честном слове и собственном весе.

— Он выдержит пехоту?

— Пехоту и кавалерию выдержит, даже если они будут идти плотными коробками, — уверенно сказал Корин. — Но вот твои игрушки… — он кивнул в сторону танков, которые остановились в отдалении. — Десять стальных гробов, вот за них я не дам гарантии, что он не рухнет под первым же.

Я подошёл к краю каньона и посмотрел вниз. Зрелище было не для слабонервных, река внизу казалась тонкой серебристой ниткой. Упасть туда с такой высоты означало верную смерть.

— А обойти? — спросил с надеждой, хотя уже знал ответ.

— Ближайшая переправа в неделе пути на юг, — ответил Корин. — И то, если верить старым картам. Сейчас там может быть что угодно. Мы потеряем слишком много времени.

Неделя была непозволительной роскошью. Мортана не будет ждать, да и наша армия-призрак тоже. Мы должны были идти вперёд.

— Что, если пускать их по одному? — внес свежую струю, как капитан Очевидность.

— Все равно рискованно, — покачал головой гном. — Первый может пройти, а под вторым мост сложится, как карточный домик. Нам нужно укрепить конструкцию моста.

— Чем? У нас нет ни времени, ни материалов для полноценного ремонта.

— Есть идея, — задумчиво ответил Корин. — Мы можем использовать стальные тросы, перекинем их через каньон, закрепим на скалах, создадим что-то вроде подвесной системы. Она примет на себя часть веса и не даст мосту обрушиться. Но на это уйдёт минимум день.

Ещё один потерянный день. Я посмотрел на Урсулу и Лиру, которые подошли к нам.

— День, это слишком долго, — скривившись, сказала Урсула. — Враг может ударить в любой момент. Мои парни могут перебраться на ту сторону и занять оборону. А вы тут возитесь со своими железками.

— Твои парни без поддержки танков и артиллерии станут лёгкой добычей для магов, — возразила Лира. — Мы не можем разделять армию. Корин прав, нужно укреплять, риск при разделении армии слишком велик.

Они обе были по-своему правы. Я оказался между молотом и наковальней. Рискнуть и попытаться прорваться, или потерять драгоценное время, но обеспечить безопасность переправы.

— Мы не будем ждать, — твёрдо сказал, приняв решение. — Корин, сколько времени тебе нужно, чтобы натянуть хотя бы два страховочных троса под центральным пролётом с каждой стороны?

Гном задумался, прикидывая в уме.

— Часа четыре, если все сапёры и инженеры будут работать.

— Действуй, — кивнул ему. — Через четыре часа первый танк пойдёт по мосту. Урсула, твои парни помогают инженерам. Лира, Ястребы занимают позиции на скалах по обе стороны каньона. Мне нужно, чтобы мы видели всё вокруг. Если кто-то чихнёт в нашу сторону, я должен знать об этом первым.

Командиры молча кивнули и разошлись отдавать приказы, работа закипела. Орки, используя свою нечеловеческую силу, таскали к краю каньона огромные бухты стального троса. Гномы, обвязавшись верёвками, как пауки, спустились под мост, чтобы закрепить блоки. Ястребы бесшумно растворились среди скал.

Отведенное время пролетело незаметно. За это время мои инженеры совершили невозможное, две пары толстых, как моя рука, стальных тросов были перекинуты через каньон и намертво закреплены в скальной породе с помощью анкеров, которые гномы забивали в камень своими молотами. Тросы туго натянули лебёдками, и теперь они, как стальные жилы, поддерживали самый длинный и опасный пролёт моста.

Солнце уже начало клониться к закату, окрашивая скалы в багровые тона. Нужно было торопиться, переправляться в темноте было бы еще опаснее.

— Готово, Железный, — доложил Корин, вытирая пот со лба. — Держат, как родные, но я всё равно пойду первым. Должен быть рядом, если что-то пойдёт не так.

Он имел в виду, что пойдёт пешком рядом с танком. Этот упрямый бородач вызывал у меня огромное уважение.

— Хорошо, — кивнул ему. — Танки идут по одному, скорость минимальная. Авангард идет первым и занимает позиции, затем все остальные.