Джек тени – Шипы кровавой розы (страница 35)

— Но теперь у нас есть, чем ей ответить, — возразила Лира. — Ты видел, что происходит? Дар проснулся у многих. А мой мощно усилился… — она на мгновение замолчала, и в её голосе я услышал нотки, которых никогда раньше не слышал.

— Боюсь спросить, чем же ты владеешь? — покосился на лисицу.

— Много чем, как минимум я хороший эмпат, разве ты не понял это несколько часов назад? — коварно захлопала глазами Лира.

— Это другое — съехал со скользкой темы.

— Ах, ты про мою темную сторону? — Лира прижалась ко мне сильнее, смотря прямо в глаза. Теперь в них не было игривости, только взгляд убийцы — Меня учили с детства пользоваться своими возможностями, они, скажем так, специфические. Не боишься меня теперь?

— Не вижу в этом смысла — пожал плечами, еще сильнее прижав Лиру. — хотела бы убить, давно уже лежал в земле. Но одно меня все-таки тревожит.

— Что именно, дорогой? — спросила лисица, устраиваясь в моих объятиях.

— Твое прошлое, я ведь не знаю откуда ты — ответила, поглаживая ее по голове. Лира на мгновение напряглась, но тут же снова расслабилась. — Ты говорила, что твое княжество далеко и разорено. Не скажу, что мне это критично, но все же…

— Может, я хочу все забыть? — тихо сказала Лира — и не возвращаться туда никогда. А ты моя надежда начать все с чистого листа…

— Как скажешь, милая — продолжил гладить лисицу — пусть будет чистый лист. Твоя семья погибла на войне, ты осталась одна. Теперь я твоя семья.

— Спасибо — еле слышно произнесла Лира.

Мы помолчали, глядя на огни празднующего города.

— Ты должен спуститься к ним, — сказала Лира уже прежним, уверенным голосом. — Они ждут тебя. Ты их вождь и герой. Ты должен быть с ними в эту ночь.

Я знал, что она права, хоть мне и не хотелось.

— Иди, — она мягко подтолкнула меня в спину. — Тебе это тоже нужно. Хоть на час, хоть на минуту, забудь о том, что будет завтра. Просто будь с ними.

Я спустился вниз. И едва я появился на площади, как толпа взорвалась приветственными криками.

— Железный Вождь! Слава Железному Вождь!

Мне всунули в руки огромный рог, наполненный вином. Я сделал глоток, потом ещё один. Крепкое вино ударило в голову, и я, сам того не ожидая, улыбнулся.

Но даже посреди этого всеобщего веселья, я не мог избавиться от тревоги. Краем глаза я следил за патрулями, которые, четко следовали моему приказу, сменяли друг друга на стенах. Я видел, что часть командиров не притронулись к вину, проверяют посты и лазареты. Когда праздник был в самом разгаре, я нашёл командира первого легиона. Он, как и я, не разделял всеобщего веселья, стоя в стороне и с мрачным видом наблюдая за происходящим.

— Алекс— я подошёл к нему.

— Ваша светлость, — выпрямился легионер.

— Увеличь количество патрулей вдвое, — тихо приказал ему. — И пусть разъезды Ястребов прочешут побережье в радиусе двадцати километров. Я не верю в то, что Мортана оставит это просто так. Я хочу быть готовым к любым сюрпризам.

Старый вояка молча кивнул, понимая меня без слов.

Я вернулся на площадь, меня снова подхватили под руки, снова налили вина. Я смеялся, пел вместе с ними песни, слушал их хвастливые рассказы о сегодняшней битве. Я был с ними. Но часть моего сознания была там, на стенах, вместе с часовыми, которые всматривались в тёмное, враждебное море, ожидая нового удара.

Глава 15

Ночь опустилась на Крейгхолл не как бархатное покрывало, а как мокрая, холодная тряпка. Праздник, ещё час назад гремевший на центральной площади, выдохся, оставив после себя лишь горы объедков, пустые бочки и пьяный храп в казармах. Костры, догорая, бросали на стены домов дрожащие, уродливые тени. Город спал, убаюканный победой и вином, не подозревая, что смерть уже скользит по его тёмным, молчаливым улицам.

Они двигались, как порождения самой тьмы. Тридцать фигур, одетых в чёрное, без единого металлического элемента, способного блеснуть в тусклом свете догорающих костров. Их лица были скрыты масками, а движения плавные и бесшумные. Ассасины Дома Кровавой Розы.

Их вёл капитан Ворлиан, темный был мастером своего дела. Миссия была проста и ясна, как удар клинка: найти и уничтожить Железного Вождя. Стереть с лица земли этого варвара, который посмел унизить Дом Кровавой Розы.

Патрули, которые предусмотрительно удвоили, оказались для них не преградой, а лишь досадной помехой, очередной разминкой перед основным блюдом. Часовые и патрули вокруг Цитадели умирали, не успев издать ни звука. Короткий, почти беззвучный свист арбалетного болта, быстрый, как мысль, взмах клинка в темноте, и вот уже очередной стражник, захлебываясь кровью, оседает на каменные плиты. Ассасины двигались дальше, не оставляя следов, не производя шума. Они были призраками, скользящими по спящему городу.

Путь отряда лежал на верхние этажи цитадели, где расположились покои Железного Вождя. Ворлиан знал, что это будет самая сложная часть операции. Цитадель, даже после штурма, охранялась особенно тщательно. Но для него и его подчиненных не было ничего невозможного.

Они подошли к подножию башни, как стая волков, подкрадывающаяся к овчарне. Ворлиан жестом разделил свой отряд. Десять темных, используя специальные кошки и верёвки, начали бесшумный подъём на следующий уровень Цитадели. Остальные во главе с самим капитаном, вошли через главный вход. Внутри Цитадель была погружена в тишину, охрана двигалась молча, которая тут же бесшумно исчезала, поглощённая тенями. Ворлиан вёл свой отряд вверх, по лестнице, его чутьё, отточенное сотнями подобных операций, подсказывало, что они близко.

На предпоследнем этаже, перед массивной, окованной железом дверью, ведущей в покои командующего, они встретили первое серьёзное сопротивление. Коридор охраняли не обычные солдаты, а те, кого в армии Железного Вождя называли «Призрачными Лисами». Четыре девушки-кицунэ и одна мускулистая орчанка. Они не спали, сидели на полу, скрестив ноги, и, казалось, медитировали. Но их расслабленные позы были обманчивы. В тот миг, когда Ворлиан и его эльфы шагнули из тени, они все как одна вскочили на ноги, их оружие уже было в руках.

Орчанка, Артемисия, ученица самой Лиры, издала короткий, яростный рык и первой бросилась в атаку, выхватив два клинка. Два ассасина посчитали орчанку легкой мишенью, за что тут же поплатились, один распоротым горлом, второй отделался пробитым бедром. Все заняло считанные мгновения, раненый темный отступил, его место заняли сразу трое. Как хороша не была Артемисия, она была лишь в начале своего пути, поэтому сразу пять ранений не стало для нее сюрпризом. Но этого хватило, чтобы одна из лисичек буквально выпрыгнула в окно, громко свистнув на всю округ. Ей ответил сигнальный колокол, и вся крепость проснулась в одно мгновение.

— Проклятье! — ругнулся Ворлиан — Шустрее!

Три лисички, оставшись без своего «танка», дрались отчаянно и умело. Их парные клинки сверкали в полумраке, описывая смертоносные узоры. Но их было слишком мало. Ассасины, работая слаженно и безжалостно, окружили их, отрезая пути к отступлению. Одна за другой, девушки падали на каменный пол, их тела были покрыты десятками мелких, но смертельных ран. Бой в коридоре длился не больше минуты. Когда всё было кончено, Ворлиан, перешагивая через тела, подошёл к двери.

— Выламывайте! — приказал он.

Двое ассасинов, поднатужившись, навалились на дверь плечами. Она затрещала, но не поддалась.

— Вместе!

Новый удар, и дверь, сорванная с петель, с оглушительным грохотом рухнула внутрь, открывая проход в логово зверя. Ворлиан, обнажив свой длинный клинок, указал на проем. Он был уверен, что застанет свою жертву врасплох, спящей и беззащитной. Но из темноты, вместо сонного бормотания, на него пахнуло жаром и смертью. Раздался оглушительный грохот, и двое из его ассасинов, что ворвались в комнату перед ним, просто отлетели обратно, как будто в него ударила молния.

Я не спал. Сон в этом новом, проклятом мире был роскошью, которую я редко мог себе позволить. Особенно после такой победы. Эйфория плохой советчик и ещё худший телохранитель. Она расслабляет и притупляет инстинкты, заставляет поверить, что ты неуязвим. А я слишком хорошо знал, что неуязвимых не бывает. Бывают те, кто ещё не встретил свою пулю. Или, в данном случае, свой клинок.

Поэтому просто сидел у огромного, во всю стену, окна, глядя на спящий город, и лениво потягивал из бокала трофейное эльфийское вино. Терпкое, с привкусом каких-то незнакомых ягод, оно неплохо прочищало мозги, не давая им скатиться в вязкую дремоту. За окном было тихо, лишь ветер гулял по пустым улицам, гоняя мусор и пепел от вчерашних костров. Но эта тишина не успокаивала, а наоборот, давила на нервы.

И тут я услышал пронзительный свист, который не был похож на завывание ветра. А за ним, через долю секунды, глухой удар колокола на одной из сторожевых башен.

Лира, спавшая до этого в моей кровати, свернувшись клубочком, как настоящая лиса, вскочила одновременно со мной. Не было ни крика, ни паники. И вот она уже стоит посреди комнаты, и от этого зрелища у меня по спине пробежали мурашки. С одной стороны, это была всё та же Лира, взъерошенная после сна, в одной тонкой, почти прозрачной ночной сорочке, которая не скрывала, а лишь подчёркивала изгибы её тела. Но с другой… её четыре хвоста стояли дыбом, а их кончики светились в полумраке комнаты недобрым, голубоватым огнём. В каждой руке она сжимала по короткому, изогнутому клинку, которые, казалось, материализовались из воздуха. И её глаза… в них больше не было ни ласки, ни игривости, лишь холодный блеск убийцы.