Джек тени – Шипы кровавой розы (страница 23)

— Сделаем в лучшем виде — с ленивой улыбкой ответила кицунэ.

— Отлично! Как только путь будет свободен, парни Урсулы ставят штурмовые лестницы и поднимаются на стену. Без шума и криков. Ваша задача, Урсула, не ввязываться в бой на стене. Вы должны прорваться к этой башне, — я снова ткнул в карту, — и вырезать там всех магов до единого. Чтобы ни один из них не успел даже пискнуть. С собой берете короткоствольные винтовки, так сказать, будет весомым аргументом в споре.

В шатре повисла тишина. Мой план был дерзким до безумия. Любая ошибка, и пятьдесят моих лучших штурмовиков окажутся в ловушке на стене, под перекрёстным огнём со всех башен.

— Это самоубийство, — наконец, произнёс Асаи, и это было, наверное, самое длинное предложение, которое я от него слышал за последнее время.

— Любая война, это смерть, — возразил я. — Вопрос лишь в том, кто умрёт первым. Да, это рискованно, но если нам это удастся, мы лишим Каэлана его главного козыря, дальнобойной магии. Мы сможем подтащить наши пушки ближе, начать планомерное разрушение стен, фактически начало конца осады.

Я посмотрел на Урсулу, именно от неё зависело, будет ли этот план реализован. Она стояла, нахмурив свои густые брови, и смотрела на карту. Я видел, как в её голове борются инстинкт воина, жаждущего битвы, и понимание смертельного риска.

— Мои парни справятся, — наконец, сказала орчанка, и в её голосе звучала уверенность. — Мы поднимемся на эту стену, и вырежем этих ушастых магов, как свиней. Даю тебе слово.

— Я верю тебе, Урсула, — кивнул ей. — Но вы пойдёте не одни. Асаи, ты и два десятка твоих лучших стрелков идёте с ними.

Молчаливый кицунэ лишь коротко кивнул.

— А я? — спросила Лира, с укоризной глядя на меня. — Ты решил оставить меня здесь, вышивать крестиком? Не рановато?

— У тебя будет своя, не менее важная задача, — улыбнулся в ответ. — Как только группа Урсулы начнёт штурм, я хочу, чтобы ты со своими лисичками устроила им небольшой фейерверк на южной стене. Шума побольше, огня, криков. Имитируйте атаку, отвлеките на себя внимание. Все, как обычно, игру никто не отменял.

Лира понятливо улыбнулась.

— Ну, вот и договорились, — я выпрямился. — На подготовку шесть часов, выдвигаетесь сразу после заката. И помните, от этой ночи зависит исход всей нашей кампании.

Вечер опустился на лагерь незаметно. Солдаты, ничего не подозревая, ужинали у костров, травили байки, чистили оружие. Лишь в одном месте, в секторе орков, царила необычная, напряжённая тишина. Там, вдали от посторонних глаз, полсотни лучших воинов Урсулы готовились к своей самой опасной миссии этого похода.

Я подошёл к ним, когда они уже заканчивали последние приготовления. Зрелище было впечатляющим. Орки, обычно шумные и неуклюжие, сейчас двигались тихо и сосредоточенно. Они чернили сажей свои лица и доспехи, чтобы не блестеть в темноте. Проверяли топоры и мечи, обматывая рукояти тканью, чтобы не стучали. Вместо обычных тяжёлых сапог они надевали мягкие кожаные мокасины. Даже Урсула, сменившая свои привычные доспехи на лёгкую кожаную броню, выглядела крайне соблазнительно.

— Вы знаете, что делать, — голос орчанки был тихим, но его слышал каждый. — Наша сила сегодня не в ярости, а в тишине. Мы поднимемся на эту стену, как призраки и пройдём по ней, как тени. Каждый, кто издаст лишний звук, будет прирезан на месте мною лично. Вопросы есть?

Я подошёл к Урсуле, когда она закончила инструктаж.

— Будь осторожна, — тихо сказал ей, воительница усмехнулась.

— Это ты им скажи, — кивнула в сторону Крейгхолла. — Им осторожность сегодня понадобится больше.

Она повернулась ко мне, и её улыбка стала мягче.

— Не волнуйся, мы вернёмся с победой. И я принесу тебе голову старшего мага в качестве сувенира.

С этими словами орчанка резко подалась вперед прильнула ко мне с поцелуем, под тихие смешки в строю. Затем надела на голову чёрный капюшон и растворилась в толпе своих воинов. Я смотрел им вслед, пока их тёмные силуэты не растаяли в сгущающихся сумерках. В эту ночь я не был уверен ни в чём, кроме одного, это будет очень длинная и кровавая ночь.

Тьма обволакивала, лишала звуков и красок, оставляя лишь холодное прикосновение ночного ветра и учащённое биение собственного сердца. Урсула двигалась в этой тьме, как хищник в своей родной стихии. Она не видела, но прекрасно чувствовала каждый камень под мягкими подошвами своих мокасин, каждую ветку, что норовила хлестнуть по лицу или треснуть под подошвой.

Пять сотен орков, прирождённых воинов, привыкших врываться в бой с яростным рёвом, сейчас двигались тихо, как стая пантер на охоте. Ни единого бряцания оружия, ни единого лишнего шороха. Лишь тихое, слитное дыхание и тяжёлая, почти осязаемая аура сдерживаемой ярости и предвкушения. Урсула вела воинов, ориентируясь по едва заметным сигналам, которые подавали им лисички Лиры, скользившие впереди. Короткая вспышка магического огонька, тихий щелчок, похожий на треск сухого сучка. Эти призрачные дамы были мастерами своего дела.

Они обошли все ловушки, все сигнальные руны, которые Каэлан щедро расставил на подходах к своей крепости. На их пути встретилось два дозорных патруля. Оба они исчезли в тишине, не издав ни звука. Пара коротких, как вздох, вскриков, и всё. Урсула даже не замедлила шаг, она знала, что лисички и Ястребы Асаи делают свою работу.

И вот, наконец, первая десятка у цели. Перед ними, вырастая из темноты, вознеслась в небо циклопическая стена Крейгхолла. Она казалась чёрной, неприступной скалой. Наверху, на высоте двадцати метров, горели редкие фонари, отбрасывая на каменную кладку дрожащие пятна света.

Урсула подала знак, отряд замер, распластавшись на земле, слившись с камнями и кустарником. Орчанка достала из-за пояса небольшую подзорную трубу и начала изучать стену. Часовые, как и говорила Лира, были расставлены довольно редко, но все-же, темных на стене хватало. Они лениво прохаживались по парапету, кутаясь в плащи от холодного ветра. Чувствовали себя в полной безопасности. Глупцы…

Через несколько минут с южной стороны, оттуда, где Лира должна была устроить свой концерт, донёсся глухой взрыв. Потом ещё один. Небо на мгновение озарилось багровой вспышкой. А затем раздались крики, грохот, и в той стороне начался настоящий ад.

На стене Крейгхолла тут же поднялась суматоха. Забили тревогу, часовые забегали, вглядываясь в темноту. С южных башен открыли огонь по едва видимым целям. Каэлан клюнул на приманку.

— Время! — прошипела Урсула.

Из темноты, как по волшебству, появились лёгкие, но прочные штурмовые лестницы, ещё несколько секунд, и пять лестниц бесшумно прислонились к стене.

— Пошли! — скомандовала Урсула и первой начала подъём.

Она лезла вверх быстро, яростно, цепляясь за холодные перекладины своими сильными руками. Она не думала об опасности, не думала о том, что в любой момент её могут заметить. В голове была лишь одна цель, башня магов.

Первый орк, который поднялся на стену вслед за ней, оказался не таким удачливым. Его заметил один из часовых. Эльф не успел закричать, его рот был открыт в безмолвном крике ужаса. Но он успел взмахнуть своим коротким копьем. Орк, ещё не успевший толком встать на ноги, получил удар в грудь и с глухим стуком рухнул обратно, увлекая за собой лестницу.

Но это была единственная их потеря. В тот же миг, когда эльф замахнулся для второго удара, его голова дернулась от попадания стрелы. Это сработал Асаи, который со своей снайперской позиции контролировал каждый метр стены на этом участке. Урсула, уже стоявшая на парапете, не стала ждать, пока поднимутся остальные. Она, как разъярённая медведица, бросилась на ближайших часовых. Два коротких, почти неуловимых взмаха топора, и два эльфа, не успев даже понять, что произошло, рухнули на каменные плиты.

Её воины, один за другим, поднимались на стену, и тут же вступали в бой. Орки, верные приказу своего вождя, не издавали своих боевых кличей. Они убивали молча, быстро и эффективно. Короткий удар топора, быстрый выпад меча, хруст ломаемых костей, кому-то просто свернули шею. Часовые, застигнутые врасплох, умирали, не успевая поднять тревогу. За несколько минут участок стены был полностью зачищен.

— Вперёд! — тихо произнесла Урсула, указывая на тёмный силуэт башни, видневшийся в сотне метров от них. — К магам!

Они побежали по широкой стене, стараясь держаться в тени. Суматоха на южной стороне была им на руку. Серьезная часть гарнизона была отвлечена на ложную атаку Лиры. Но все прекрасно осознавали, что у них мало времени.

Вот и массивная башня, она казалась отдельной крепостью. Вход в неё охраняли пятеро гвардейцев в тяжёлых доспехах. Урсула не стала тратить время на хитрости. Она и двое её лучших воинов просто стремительно вырвались из тени. Гвардейцы, увидев перед собой трёх огромных орков, на мгновение опешили. Этого мгновения хватило, Урсула, сблизившись с ними на несколько шагов, метнула один из своих топоров. Топор, вращаясь, пролетел по воздуху и с отвратительным хрустом вошёл одному из гвардейцев прямо в лицо. Второй не успел даже поднять свой алебарду. Орки, подскочившие к нему, буквально изрубили темного на части. Урсула с размаху врезалась в следующего темного, который налетел на своего собрата, в результате чего эльф с криком ужаса улетел вниз со стены, но его крик поглотили взрывы и грохот отвлекающего маневра. Оставшиеся в живых гвардейцы протянули недолго.