Джек тени – Перекрестки миров. Том 6 (страница 3)

В ту же долю секунды длинная нога Ирины просвистела прямо над головой майора — кошка била в висок падающей Валерии. Корнев пропустил удар над собой, перехватил летящую ногу за лодыжку, рванул на себя и провернул.

Ирина потеряла равновесие, рухнув на спину. Майор, не отпуская придавленную коленом Валерию, свободной рукой мгновенно захватил шею кошки, взяв ее на удушающий.

Спортзал пребывал в натуральном ахуе. Командир батальона прямо сейчас распластался на матах, придавив коленом насмерть перепуганную наследницу Империи и хладнокровно придушивая правой рукой самую опасную убийцу лесного клана.

Обоих отпустило не сразу. Валерия билась под коленом, пытаясь вдохнуть. Ирина сучила ногами, царапая предплечье майора. Корнев держал мертвой хваткой, выжидая, пока адреналиновый шторм пойдет на спад. Глаза Ирины начали закатываться от нехватки кислорода.

Барон чуть ослабил хватку.

— Можно… и понежнее… — закряхтела Ирина, судорожно глотая воздух.

Майор разжал руку и убрал колено с груди Валерии. Поднялся на ноги сам и, не меняя каменного выражения лица, протянул руку принцессе. Валерия тяжело дышала. Она смерила Корнева странным взглядом. В нем не было злости. Только внезапное осознание того факта, что эквит только что разнял их, как двух нашкодивших котят. Без магии, голыми руками. Принцесса молча приняла помощь и встала.

— И кто победил? — тут же спросила Ирина, потирая саднящую шею и садясь на матах. Кровь на ее губе уже начала сворачиваться.

— Ремень с якорем на бляхе, — пообещал Барон на русском. Тон был такой, что в зале температура упала градусов на десять.

— А чо не со звездой? — удивленно, с легкой долей привычной наглости ответила Ирина. — Ты ж пехота.

— От деда достался. Явно непростой, — сухо отрезал майор. — На жопе полосы заживают минимум неделю. Хочешь проверить?

Ирина внимательно посмотрела в глаза Корнева, оценила уровень угрозы.

— Я это… пойду, наверное, — с искренним сомнением в голосе произнесла девушка. Она медленно поднялась и бочком, прикрывая филейную часть и стараясь не делать резких движений, удалилась к скамье, где ее ждали две окончательно офигевшие от такого зрелища подружки.

Всё это было сказано на русском. Специально, чтобы не травмировать нежную психику римской принцессы нюансами земных методов воспитания.

Валерия стояла рядом. Грудь ее тяжело вздымалась. Она вытерла кровь с разбитой губы тыльной стороной ладони и посмотрела на Корнева. В ее взгляде явно читалось ожидание продолжения банкета. Как и у всех остальных десятков бойцов в спортзале, замерших как суслики в поле.

Алексей мысленно вздохнул. Доставать зажигалку и курить прямо в зале было не камильфо, но хотелось невыносимо.

— Ваше высочество, — наконец выдал Корнев, собравшись с мыслями. Он понимал, что динамить римлянку больше не выйдет. Ситуация накалилась до предела, и политику нужно было решать здесь и сейчас, пока она не разнесла ему батальон. — Думаю, нам стоит обстоятельно обсудить некоторые вопросы. В тишине и подальше от лишних глаз.

Валерия медленно кивнула. В ее синих глазах полыхнул триумф.

— Я жду тебя в своих покоях, майор, — ответила она на латыни. Развернулась и, не оглядываясь, пошла к выходу. Босая, с разбитым лицом, но с осанкой победительницы.

Казанова в углу зала тихо присвистнул.

— Расходимся, парни, — скомандовал Корнев, обводя всех тяжелым взглядом. — Тренировка окончена. Кто через пять минут будет стоять без дела — пойдет драить сортиры зубной щеткой…

Глава 2

Струи ледяной воды окончательно смыли едкий пот и остатки чужого адреналина. Барон яростно растер шею полотенцем. Натянув чистую флиску и набросив сверху форменную куртку, майор вышел на промозглый ветер. Небо над бригадой затянуло свинцовыми тучами, моросил мелкий, колючий снег. До гостевых апартаментов, где сейчас наверняка метала молнии Валерия, минут десять неспешного шага.

Мозги Корнева работали в аварийном режиме. Бабские истерики — это одно, дело житейское. А вот уязвленная гордость наследницы престола Третьего Рима — совсем другой коленкор. Тут простым «извини, бес попутал» не отделаешься. Девка молодая, горячая, с магией на «ты» и армией за спиной. Политика требовала ювелирной работы.

Правильные слова — хороший выбор. Но слова, подкрепленные солидной материальной базой, всегда пробивают любую женскую броню гораздо надежнее. Классика жанра, накосячил — тащи жене шубу. Майор криво, безрадостно усмехнулся, перепрыгивая глубокую лужу. Писец, дожили. До штампа в паспорте, да и вообще до официальной помолвки еще как до Китая раком, а он уже думает, чем откупаться за несуществующие косяки на личном фронте.

И тут возникал резонный вопрос логистики. Что вообще можно подарить римской принцессе?

Айфон? Ага, отличная идея. Будет им орехи колоть или в качестве зеркальца использовать, интернета тут все равно нет, а связь через ретрансляторы сугубо рабочая, никаких видосов с котиками пока не завезли. Золото и бриллианты? У нее папаша в золоте ест, спит и нужду справляет. Чтобы удивить Валерию местными или земными побрякушками, Барону придется продать обе почки, а то и кусок печени вдогонку, да и то не факт, что хватит на какую-нибудь завалящую диадему имперского уровня. Подарить квартиру в новом бетонном микрорайоне базы? Мелко. Скорее потянет на кровное оскорбление с последующей попыткой кастрации тупым кинжалом без анестезии.

Нужно было что-то уникальное. То, чего у других нет в принципе. Статусная вещь.

Барон свернул за угол штабного модуля, направляясь в сторону жилого сектора. Впереди, за высоким сетчатым забором, рычали тяжелые дизеля. Колонна снабжения, только что прошедшая через сибирские Врата, медленно втягивалась на территорию складов бригады. Прапорщики матом и размашистыми жестами загоняли тентованные «Уралы» и длинномеры под разгрузку.

Взгляд майора, привычно сканирующий периметр, мазнул по открытому кунгу.

Корнев замер. Пазл щелкнул, сойдясь в идеальную, беспроигрышную картинку.

Капитан резко крутнулся на каблуках. Маршрут перестроился мгновенно. Но, сначала к дипломатам.

Глава дипмиссии нашелся в своем новом кабинете, судя по всему, уже не отличавшийся по статусности и богатству от того, что он оставил в Москве, заваленном папками, распечатками и картами. Олег Асатьев сидел за столом, массируя виски, и пил давно остывший кофе из новой кофе-машины. Вид у дипломата был такой, словно он лично разгружал вагоны с углем.

— Олег свет-Андреевич, — Барон ввалился внутрь без стука. — Дело государственной важности.

Дипломат вздрогнул, пролив кофе на какие-то графики. Чертыхнулся, схватив салфетку.

— Корнев, у тебя есть понятие стука в дверь? — сипло выдавил Асатьев, промокая бумагу. — Что стряслось? Опять ушастые на перевале буянят?

— Хуже. Женщины, — майор подошел вплотную, упираясь кулаками в столешницу. — Но есть в вариант, как порадовать начальство в Москве новыми достижениями, не привлекая внимание санитаров…

Асатьев перестал тереть стол. Медленно поднял воспаленные глаза на офицера.

— Умеешь, ты Алексей, в интригу. Слушаю…

Тяжелый, кроваво-красный шелк цвета спелой вишни неприятно поцелуем холодил кожу. Валерия сделала резкий разворот, пройдя от массивного дубового стола до высокого окна. Пятый раз за последние десять минут.

Просторная гостиная апартаментов казалась тесной клеткой. Зеркало в массивной резной раме, привезенное сюда специально для нужд принцессы, отражало идеальную, выверенную до миллиметра картинку. Служанки, что в этот раз приехали вместе с ней, постарались на славу. Волосы уложены в сложную, высокую прическу, переплетенную тонкими золотыми нитями. Тонкий слой легкой пудры надежно скрыл наливающийся синяк на скуле — горячий привет от хвостатой дряни с матов спортзала. Дорогое платье плотно облегало фигуру, оставляя плечи открытыми.

Настоящая принцесса. Гордость Империи. Идеал аристократической красоты.

Только вот внутри всё скрутило тугим, болезненным, пульсирующим узлом.

Валерия остановилась перед зеркалом. Взглянула себе в глаза. И ей совершенно не понравилось то, что она там увидела. В синей глубине зрачков виднелся страх. Глухой страх, которого она не испытывала даже под шквальным обстрелом ледяных копий малоранских магов.

Чего ради весь этот маскарад?

Она вспомнила, как эквит повалил ее на резину. Легко и непринужденно, без капли магии. Словно нашкодившего щенка, которого нужно просто прижать к земле, чтобы не кусался. А потом, не меняя выражения лица, перехватил смертоносный удар этой лесной дикарки, или кто там сидел у нее в голове… Он играл с ними обеими. Контролировал каждый миллиметр пространства.

Злость накатила горячей удушливой волной. Валерия сжала кулаки так, ногти больно впились в ладони.

Ей казалось, что она прячется. Этот струящийся шелк, эти золотые нити в волосах — дешевая, картонная броня. Броня из бумаги, прикрывающая уязвленное эго. В спортивном зале, в простой льняной рубахе, босая, потная, с кровью на разбитых губах она была настоящей. Воином. А сейчас… Фальшивка, отчаянно пытающаяся доказать свою женскую значимость мужчине, который смотрит на нее как на политическое приложение к Вратам.

А может, она просто недостаточно хороша?

От этой мысли стало физически тошно. Принцесса Третьего Рима, за один взгляд которой римские мужики готовы были резать друг другу глотки, за которую отдавали жизни целые легионы, сейчас стояла перед зеркалом и сомневалась в собственной ценности. Потому что лесная кошка смотрела на эквита так, как Валерия не умела. С абсолютным, пугающим пониманием каждой его мысли, каждого жеста. Они говорили на одном, непонятном для римлянки языке, даже когда молчали.