Джек Швагер – Таинственные маги рынка. Лучшие трейдеры, о которых вы никогда не слышали (страница 50)

– В старшей школе я изучал курс экономики, и в рамках этого курса у нас был виртуальный портфель акций на сумму $100 000. Этот курс был очень кстати – когда интернет стал доступным в школе, я находил время проверять рыночные цены перед открытием торговой сессии, чтобы определить, какие акции покупать. Я быстро обнаружил этот глюк в игре и превратил сто тысяч в миллион.

– Но это все же была игра.

– Совершенно верно.

– Когда вы впервые начали торговать по-настоящему?

– Я начал торговать на акциях на последнем курсе колледжа в компьютерном классе, потому что у меня не было своего компьютера.

– Что побудило вас начать торговлю?

– Я хотел бросить медицинский колледж.

– После летнего туристического путешествия в Европу вас привлек трейдинг, потому что вы думали, что это простой способ заработать много денег?

– В общем-то да.

– Были ли у вас какие-то знания? Читали ли вы что-нибудь о трейдинге или рынках?

– Нет. Я не читал ничего о бизнесе, спекуляциях или статистике до того, как начал торговать на акциях.

– Как же вы тогда решали, какие акции покупать и когда их следует покупать?

– Я начал наугад просматривать графики и нашел одну акцию, которая торговалась от семи до восьми центов и не двигалась в течение года.

– Вас привлекали центовые акции, потому что они были дешевыми?

– И потому что они были дешевыми, и потому, что когда они двигались в цене, то имели значительное процентное смещение. Когда я делал обзор самых прибыльных акций в любой из дней, это всегда были именно центовые акции.

– Сколько денег было на вашем торговом счете?

– В начале осени я попал во время поездки в сильный град и получил чек на $2500 от страховой компании. Я использовал эти деньги, чтобы открыть торговый счет. Одна из лучших вещей, которые я сразу сделал, – я установил цель по прибыли. Я увидел, что если бы я зарабатывал 3 % в день, то мог бы увеличить свой счет до миллиона менее чем за год.

– Это звучит очень наивно.

– Совершенно согласен. Возможно, мне повезло с выбором брокера, который в принятых ордерах стал использовать десятичные дроби от цента. Я начал торговать вскоре после перехода с восьмых и шестнадцатых частей на десятичные дроби. Мой брокер поставил два десятичных знака после запятой, хотя большинство в то время не учитывали долей цента, поэтому мои первые акции так и не сдвинулись с места; они застряли между семью и восемью центами.

– Вы имеете в виду, что бывали предложения по семь центов, а просили восемь центов?

– Да, это было нечто вроде 1 млн акций по семь центов и 1,5 млн акций по восемь центов.

– То есть они не принимали промежуточных ордеров?

– Да. Но мой брокер принимал. Мне разрешили разместить ордер по цене 7,01 цента, так что мой ордер мог исполняться всякий раз, когда кто-нибудь совершал продажу. Так я смог влезть вне очереди. Затем я выставлял свои акции на продажу по цене 7,99, и мой ордер исполнялся всякий раз, когда кто-нибудь совершал покупку. Я стал чуть ли не маркетмейкером. Так что, хотя мои акции внешне не двигались, застряв между семью и восемью центами, я зарабатывал около 13 % после вычета комиссии по каждой сделке.

– Устанавливали ли вы какие-либо стопы?

– Я никогда не устанавливал стопов, но, если происходил сдвиг на большом объеме ниже моей точки входа, скажем, по семь центов, я мог выйти. Таким образом, мой убыток составлял всего 0,01 цента на акцию.

– То есть в случае этой сделки вы всегда выходили по цене семь центов?

– Да, если она торговалась по этой цене на значительном объеме.

– Итак, даже несмотря на то, что вы были новичком, который мало разбирался в трейдинге, вы поступали очень умно, совершая асимметричные сделки.

– После первой сделки я подумал: «Этим можно зарабатывать на жизнь». Я начал, зарабатывая сотни долларов в день, но вскоре уже зарабатывал тысячи. Я записывал баланс, которого мне нужно было достичь в каждый последующий торговый день, чтобы выйти на $1 млн. В некоторые дни дела шли очень хорошо, и я мог вычеркивать по пять дней за раз. В какой-то момент я подумал: «Мне осталось всего 100 дней, чтобы достичь миллиона». На самом деле мне нужно было заработать еще более $900 000, но цель казалась вполне достижимой.

– Сколько времени вам понадобилось, чтобы заработать миллион?

– Точно не помню, но не больше года. Я заработал больше миллиона еще до того, как вообще понял, что такое трейдинг. Мне было лишь 23 года, а я стал миллионером. Я думал, вообще перестану работать. Жил я при всем том очень скромно, у меня практически не было расходов. Я питался лапшой Ramen, а вся моя летняя поездка в Европу обошлась в $1500, включая перелет. Процентные ставки в то время составляли около 6 % – это означало, что с миллиона я мог зарабатывать $60 000 в год. Этого мне было более чем достаточно, чтобы жить после уплаты налогов.

– То есть вы планировали жить на проценты с миллиона?

– В тот момент я думал, что буду все время путешествовать.

– Зарабатывая свой первый миллион, смотрели ли вы вообще на графики?

– Я просто использовал графики, только чтобы найти акции, которые не двигались, – акции, которые долгое время оставались в одном и том же диапазоне спроса и предложения. Таким образом, я мог постоянно совершать одну и ту же сделку.

– Был ли этот маркетмейкерский тип торговли единственной сделкой, которую вы совершали?

– Да, кроме одного раза, когда я отошел от своего принципа. Я купил акцию, цена которой выросла с 20 центов до $2 за несколько недель, поскольку поверил, что я настоящий биржевой трейдер. У той акции была действительно крутая история. Это была компания по наблюдению за животными, а тут как раз произошла вспышка свиного гриппа. Так я попался на рыночный контекст. Едва я купил, акция стала резко падать.

– Через какое время после покупки она начала падать?

– Почти мгновенно. Буквально за считаные минуты акция упала с $2 до $1. Я помню, как покрылся холодным потом и подумал: «У меня была такая хорошая стратегия, я всего раз отошел от нее и слил кучу денег». Я подождал и вышел на коррекции, но все равно потерял около 30 % своего счета в той единственной сделке.

– Как долго вы удерживали ее, прежде чем продали?

– Я продал ее в тот же день.

– Вернулись ли вы к своим маркетмейкерским сделкам?

– Да, именно это я и сделал.

– И вы всегда размещали ордер на покупку на 0,01 цента выше округленной ставки в центах?

– Я начал с этого, но постепенно и другие люди стали делать то же самое, и мне приходилось повышать цену покупки и опускать цену продажи до уровней, на которых мой ордер мог бы исполниться.

– Когда закончилась эта игра?

– Примерно через год после начала моей торговли. Спред между ценой спроса и предложения настолько сузился, что в результате я продавал акции всего на несколько сотых цента выше, чем покупал.

– Что вы стали делать после этого?

– Я разработал свою программу для создания тикерной ленты в нижней части экрана, которая показывала только те акции, которые мне были интересны. Я наблюдал за акциями, по которым были размещены ордера большого размера, и смог отслеживать те из них, на которых делаются большие деньги. Я хотел быть только в тех акциях, где я видел накопление со стороны более крупных организаций.

– Как вы решали, когда следует покупать акции?

– Я начал использовать технический анализ.

– Где вы обучились техническому анализу?

– Я просто много времени смотрел на графики. На тот момент я еще не читал об этом книг. Я смотрел на графики, которые совершили большие движения. Почему акции стартовали с определенной точки? Был ли предварительно шип на объемах? Я придумал простейший анализ с помощью трендовых линий, который использую и до сих пор.

– Что это за анализ?

– Я ищу устойчивый нисходящий тренд и провожу линию, соединяющую шипы.

– Чем эта линия отличается от обычной трендовой линии?

– Советы, которые я слышал, часто говорили о пробое вверх горизонтальной линии боковой консолидации. Я почувствовал, что использование моей трендовой линии позволяет мне раньше входить в рынок и быть впереди уже на старте. [Нейманн фактически описывает пробой вверх горизонтальной линии боковой консолидации, а не пробой линии нисходящего тренда. Нейманн не использует другой тип трендовой линии, как можно заключить из его комментариев. Вместо этого Нейманн делает различие, что он покупает на пробое линии нисходящего тренда, а не на пробое вверх горизонтальной линии боковой консолидации, сформированной вблизи минимумов. По определению последний ценовой сигнал будет происходить по более высокой цене.]

Я хотел стать парнем, покупающим акции прямо тогда, когда они пробивают вверх линию нисходящего тренда. Зачастую, когда цены сжимались на линии нисходящего тренда, предлагались бóльшие суммы. Скажем, когда на продажу выставлено 100 000 акций по цене 31 цент, я бы попытался купить последние 10 000 акций.