Джек Кэнфилд – Куриный бульон для души. Первая любовь и школьные мечты. Истории, которые возвращают в юность (страница 2)
И ты учишься строить все свои дороги сегодня, потому что завтрашний день слишком неустойчив.
Через некоторое время ты убеждаешься, что даже солнечный свет обжигает, если его слишком много.
Выращивай свой собственный сад и украшай свою душу. Не жди, что кто-то принесет тебе цветы.
И ты узнаешь, что действительно можешь выстоять… что у тебя действительно есть сила и у тебя действительно есть ценность.
И ты учишься и учишься… с каждым прощанием ты учишься…
Родственные души
Я часто рассказываю своей дочери Лорен историю о том, как мы с ее отцом познакомились и как он за мной ухаживал. Сейчас Лорен шестнадцать, и она много думает о любви. Она понимает, что ее родственная душа может сидеть за соседней партой. Парень уже может пригласить мою дочь на свидание, но она еще не готова взять на себя те же обязательства, что и ее родители много лет назад.
Я познакомилась с Майком 9 октября 1964 года. Наши застенчивые взгляды пересеклись на празднике в доме общей подруги Андреа. Мы улыбнулись друг другу и завязали разговор, который продолжался весь вечер. Мы словно забыли обо всех остальных. Мне было одиннадцать, Майку – двенадцать. Через три дня у нас завязались отношения, которые закончились через несколько бурных месяцев.
Некоторое время спустя Майк все же позвал меня на свою пышную бар-мицву [1] и даже пригласил на танец. Через много лет он признался, что считает меня красивой, несмотря на скобки, тощие ноги и взлохмаченную шевелюру.
У нас с Майком было много общих друзей, мы общались в одной компании, поэтому наши пути постоянно пересекались в течение следующих нескольких лет. Каждый раз, когда я расставалась с парнем, моя мама говорила:
– Не переживай, ты все равно сойдешься с Майком Лебом.
Я кричала:
– Ни за что! С чего ты это взяла?
Она напоминала мне, как часто я о нем говорила и каким хорошим парнем он был.
В старшей школе было много новых симпатичных парней. Какое мне было дело до того, что Майк начал встречаться с моей лучшей подругой? Но почему этот факт медленно сводил меня с ума? Отчего мы с ним часами торчали на автобусной остановке? Никогда не забуду темно-синие мокасины, которые он носил. Ни у кого из моих знакомых не было таких замечательных туфель. Слова моей матери часто приходили мне на ум, но я пыталась выбросить их из головы.
К концу десятого класса мы с Майком стали проводить больше времени вместе – в компании его девушки, которая также была моей лучшей подругой, и с другими людьми.
Летом Майк уехал изучать испанский в Мексику. Я поняла, что мне очень не хватает его. В августе он вернулся, позвонил и зашел ко мне домой. Он был так очарователен со своей загорелой кожей и забавными историями. Он по-прежнему не мог сказать ни слова по-испански, зато выглядел замечательно. 19 августа 1968 года мы посмотрели друг на друга у ворот моего дома и поняли, что должны быть вместе. В тот вечер у меня было свидание с другим парнем. Я сказала ему, что хочу встречаться с Майком, поэтому мне надо уйти домой пораньше. А Майк сказал своей девушке, что расстается с ней навсегда.
Мы держали наши отношения в секрете, чтобы гордо объявить о них на следующей вечеринке. На нее мы пришли с опозданием и смело заявили всем, что отныне официально являемся парой. Ни один человек не удивился, все просто сказали: «Ну наконец-то».
После окончания школы я отправилась в колледж. Проучившись там десять недель, я перевелась в другой колледж, поближе к дому, чтобы быть рядом с Майком. 18 июня 1972 года мы поженились.
Мне было девятнадцать, а Майку – двадцать. Мы свили любовное гнездышко, пока оканчивали колледж. Я стала учителем, а Майк поступил в медицинскую школу.
Сейчас, четверть века спустя, я с улыбкой смотрю на нашу красавицу-дочь Лорен и сына Алекса. Зная историю знакомства своих родителей, они немного иначе смотрят на школьные отношения. Но зато никто никогда не скажет им: «Не воспринимай это так серьезно, это всего лишь детская влюбленность».
Упущенный шанс
Я никогда не забуду день, когда впервые увидел девушку своей мечты. Ее звали Сьюзи Саммерс (имя изменено в целях романтики). Ее улыбка и сверкающий взгляд заставляли парней падать перед ней штабелями.
Сьюзи выглядела сногсшибательно, но гораздо важнее для меня была ее скрытая красота. Она всегда заботилась о других людях и по-настоящему умела слушать. Ее чувство юмора могло скрасить ваш день, а мудрые слова всегда приходились к месту. Сьюзи не только восхищались, но и искренне уважали представители обоих полов. И при всем этом она была очень скромной.
Нет нужды говорить, что о Сьюзи мечтали все парни. Особенно я. Я каждый день провожал ее в школу, а однажды мы даже пообедали вместе. Я чувствовал себя победителем.
Я думал: «Если бы только у меня была такая девушка, как Сьюзи Саммерс, я бы даже не взглянул на других женщин». Но я понимал, что она наверняка встречалась с кем-то гораздо лучше меня. Я был президентом студенческого совета, но понимал, что у меня все равно нет ни единого шанса.
В общем, на выпускном я распрощался со своей первой любовью.
Через год я встретил в торговом центре ее лучшую подругу. Мы вместе пообедали. Сдерживая дрожь в голосе, я спросил, как поживает Сьюзи.
– Ну, она тебя наконец-то забыла, – ответила подруга.
– В каком смысле? – опешил я.
– Ты очень жестоко с ней поступил. Ты ведь постоянно провожал ее в школу и показывал, что она тебе интересна. Помнишь ваш обед? Она потом всю неделю не отходила от телефона. Все ждала, что ты позвонишь и пригласишь ее на свидание.
Я так и не рискнул признаться Сьюзи в своих чувствах. Боялся, что она откажет, если я приглашу ее на свидание. В итоге оно так и не состоялось. Хотя могло бы.
Как я научилась целоваться
Я была очень застенчивым подростком, и мой первый парень – тоже. Мы жили в маленьком городке, учились в десятом классе. Мы встречались около полугода, держались за руки, ходили в кино, чтобы
Наконец, когда однажды мы сидели на диване в моей гостиной, он решился. Мы болтали о погоде (серьезно, так все и было), и тут он наклонился ко мне. Я поднесла подушку к лицу, чтобы отгородиться. И он поцеловал подушку.
Я ужасно хотела, чтобы меня поцеловали, но слишком нервничала, чтобы позволить ему хотя бы попробовать. Поэтому я отодвинулась. Он придвинулся ближе. Мы поговорили о фильме (хотя кому какое дело!), и он снова наклонился вперед. А я снова отгородилась.
Я отъехала на самый край дивана. Он придвинулся ко мне, мы продолжили разговор. Он наклонился… Я вскочила, отошла к двери, прислонилась к косяку и, скрестив руки на груди, с вызовом спросила:
– Ты меня поцелуешь или нет?
– Поцелую, – ответил он.
Я выпрямилась во весь рост, закрыла глаза, поджала губы и посмотрела вверх. Я ждала… и ждала. (Почему он не целует меня?) Потом открыла глаза и увидела, что он уже рядом. Я улыбнулась.
ОН ПОЦЕЛОВАЛ МЕНЯ В ЗУБЫ!
Я чуть не провалилась сквозь землю.
Он ушел.
Я подумала, что он всем разболтает про эту неловкую ситуацию. Так как я была чудовищно застенчива, следующие два года я практически пряталась от парней – в старших классах у меня не было ни одного свидания. Завидев его или любого другого симпатичного парня в школьном коридоре, я тут же пряталась в ближайшем классе. Причем это были мальчики, которых я знала с детского сада.
На первом курсе колледжа я твердо решила больше не стесняться. Я хотела научиться целоваться уверенно и изящно. И научилась.
Весной я вернулась домой. Я пришла на вечеринку, и, как вы думаете, кого я увидела за барной стойкой? Разумеется, моего старого партнера по поцелуям. Я подошла и похлопала его по плечу. Потом, не раздумывая, обняла его, заставила откинуться назад и страстно поцеловала. Выпрямившись, я победоносно посмотрела на него и сказала:
– Вот так!
Он указал на женщину рядом и сказал:
– Мэри Джейн, познакомься с моей женой.
Жизнь, в которой Джон был бы со мной
В ночь моего первого настоящего поцелуя у нас с мамой произошла самая страшная ссора в моей жизни. Я давно положила глаз на Джона Гласса, и вдруг встретила его на вечеринке, куда мы с моей лучшей подругой Ларой набрались смелости заглянуть. Парень, устраивавший вечеринку, жил в кирпичном доме на безумно крутом холме в Сан-Франциско. Джон стоял в толпе людей в садике на заднем дворе, залитом светом от уличного фонаря. На мне была моя любимая розовая рубашка и джинсы с собственноручно пришитыми заплатками на коленях. Лара пригладила мне волосы, велела улыбнуться и вытолкнула из кухни в сад. Мы с Джоном тут же разговорились. Все вернулись в дом, а мы одни остались в саду, а потом вместе ушли с вечеринки рука об руку по крутой улице. А потом поцеловались, и я была так счастлива.
Вечеринка проходила всего в паре кварталов от моей школы, все улицы были мне знакомы. Но когда я держала Джона за руку, когда мы с ним останавливались и целовались по пути, мне казалось, что я вижу эти дома, деревья и весь мир впервые. Мне даже чудилось, что я впервые вижу самого Джона. Как будто раньше он был просто парнем – ну ладно, очень милым парнем с невероятно голубыми глазами, который помогал мне с домашними заданиями по математике и играл в футбол так, будто родился с бутсами на ногах, – а теперь он срывает мне цветок с дерева. Мы зашли в ближайший парк, посидели на качелях и полюбовались звездами. Я потеряла счет времени, и когда Джон наконец высадил меня у дома, небо уже начало окрашиваться в голубые и розовые оттенки рассвета.